Фактор мести - Марина Рубцова

— Твоя ирония неуместна, — спокойно произнес Эндрю.

Надеюсь, эти перемены предвестники чего-то хорошего. С чего это он стал таким вежливым и обходительным? Так, стоп! Изначально Эндрю гонялся за моей кровью, теперь, кажется, это его мало волнует. Ему больше хочется насолить Кевину и зачем-то заставить меня сомневаться в нем. Обычно так поступают ревнивцы, но в случае с Эндрю — это может быть простым соперничеством. Не стоит расслабляться, нужно закончить игру.

Я поднялась с постели, и в тот же миг Эндрю оказался передо мной так близко, что я замерла. «Это шанс укрепить свою позицию. Ну же, — говорила себе, призывая к действиям, — поцелуй его. Давай! Нет ничего проще!»

— Ты такая красивая, — прошептал он и, протянув руку к моему лицу, медленно убрал прядь волос за ухо.

А потом его губы слегка коснулись моих, нежно, едва задевая кожу... Дрожь скользнула по телу. Закрыв глаза, я сжала зубы, брови сдвинулись у переносицы. Отвращение забурлило внутри, подобно океану при шторме, но я удержалась от попытки оттолкнуть вампира. Ведь, возможно, это единственный шанс, который позволит приблизиться к нему.

Я не видела лица Эндрю, но ощущала, как его губы медленно и плавно скользят по моим. Нет, я сумею не взорваться, сумею воспламенить в вампире страсть, доведу его до безумной слабости, до истощения. И превозмогая над своими чувствами, впилась в губы врага страстным поцелуем.

Все дальнейшие события развивались так стремительно и неожиданно для меня самой, что я совершенно потеряла голову. Неужели это его влияние? Эндрю пылко прижал меня к себе. Позабыв, для чего ввязалась в эту игру, я растворилась в страстном поцелуе и уже не думала ни о гипнозе, ни о чем другом. А когда до мозга добралась мысль, зачем я все затеяла, открыла глаза и попыталась оттолкнуть вампира, так легко доводящего меня до безумия одним поцелуем. Он, точно насмехаясь, чуть ослабил объятия, будто поддаваясь моему сопротивлению, но не выпустил из кольца своих рук.

— Отпусти! — поймав на себе жгучий взгляд, потребовала я.

Раздражение извивалось в душе диким пламенем. Я ненавидела себя за то, что пошла на поводу минутной слабости.

— Тебе ведь понравилось? — спросил Эндрю, улыбаясь так, словно знал, что я скажу «да».

Я с трудом перевела учащенное дыхание и почувствовала дрожь в коленях, но знала — сдаваться нельзя.

— На тройку, — соврала, желая завести его.

На самом деле поцелуй был просто потрясающим. Что-что, а целоваться этот вампир умел.

— Как это на тройку? — не понял Эндрю, ухмылка тут же исчезла. — Может, повторим?

Он уже потянулся ко мне за добавкой, но я уперлась ладонью ему в грудь:

— Ни за что.

А что, если проверить его реакцию? Как он поведет себя, если я немного понижу его самооценку и заставлю ревновать?

— Я не получила абсолютно никакого удовольствия. Не знаю, кто учил тебя целоваться, но потренироваться бы стоило. Никакого сравнения с Кевином. Вот от его поцелуев я теряю голову…

Я наблюдала за тем, как меняется выражение лица Эндрю. Сейчас на нем застыла растерянность. Видимо, он не понимал, как мне мог не понравиться его сногсшибательный поцелуй, но я была настроена серьезно. Провокация — вот мой метод.

— Ты и мизинца Кевина не стоишь, — продолжала я. — Он помогает мне, а ты… Ты эгоист.

— Никогда не сравнивай меня с ним, — презрение отразилось на лице Эндрю.

— Ты не сможешь мне запретить. Я могу говорить все, что пожелаю. А если ты не хочешь это слушать, отпусти меня.

— Нет.

— Тогда слушай. Кевин самый страстный любовник из всех, что у меня были. Слышал бы ты, как я стонала, извиваясь под ним...

— Лучше бы тебе помолчать, — он угрожающе наставил на меня палец, будто это должно меня испугать.

— А не то что?! Затрахаешь меня до смерти, показывая, какой ты замечательный любовник?

Сама не знала, что говорю. Меня просто понесло и, кажется, не в ту сторону…

Эндрю одним легким движением руки повалил меня на кровать и навис надо мной. Я задрожала, чувствуя, как сердце колотится все сильнее. Взгляд вампира сочетал раздражение, гнев и даже похоть. Я испуганно смотрела на него, понимая, что сейчас он может сделать со мной все, что пожелает. А хотел Эндрю лишь одного — доказать, что он не хуже Кевина. Это очевидно, и к гадалке не ходи. Похоже, попала. Что я буду делать, когда он заставит меня покорно подчиняться своей воле и стонать ему в лицо от удовольствия?

Не в силах вынести взгляда в упор, я уперлась ладонями в грудь Эндрю, пытаясь оттолкнуть, но он даже не пошевелился.

— Ты готова испытать настоящее наслаждение? — прошептал вампир и провел языком по моей шее.

Я зажмурилась и осознала, что не сумею выбраться из его рук; перед глазами поплыли цветные пятна, медленно сливаясь в одно большое.

— Отпусти, — потребовала я, быстро открыв глаза.

Он не посмеет и пальцем меня тронуть! Но я понимала, что если Эндрю захочет, мне его не остановить.

— Не смогу… Твое сердце так сильно бьется. Ты дрожишь, но не от страха. Я чувствую твое желание быть моей.

Я сжала зубы, сдерживая ярость, но это не помогло — все негодование выплеснулось ему в лицо:

— Ты думаешь, я хочу тебя, — приложив усилие, я снова попыталась оттолкнуть Эндрю, но он, точно вагон с углем, не сдвинулся с места, — после того, что ты сделал с моим отцом?

— А если бы я не совершил тогда этого преступления, ты бы разрешила мне целовать себя?

В ответ я только рассмеялась.

Эндрю слез с меня, позволив наконец-то вздохнуть полной грудью. Я встала, пригладила волосы и подняла на него глаза. Он сидел на краю кровати, опустив голову и сцепив пальцы в замок.

— Я сожалею, — буркнул вампир и пулей вылетел из комнаты.

Глава 26

Очнулась я в постели Эндрю. Приподнявшись, с ужасом обнаружила, что мою наготу прикрывает лишь нижнее белье. Где мои вещи? Взгляд скользнул по комнате и остановился на большой коробке на столе. Рядом находилась еще одна, поменьше. Я поднялась и ленивой походкой направилась к столу. Раскрыла коробку. Сверху, на бежевой бумаге лежала карточка со словами: «Надень это». Обертка зашуршала под натиском пальцев. Я достала красивое шелковое платье черного цвета, к которому прилагалось болеро из легкой ткани. Во второй коробке оказались черные туфли на высоком каблуке.

Я усмехнулась. Похоже, здесь будут чьи-то похороны.

Представив потрясающую картину, как я в трусиках вышагиваю по городу, со злостью натянула платье и бросилась к выходу. Надо бежать отсюда как можно скорее. Уничтожить Сакратэлум — и дело с концом. Адриан отвяжется от меня раз и навсегда, ведь того, что ему нужно, больше не будет.