Фактор мести - Марина Рубцова

— Что? — недоумевая, я села в кровати.

— Я спрашиваю: есть хочешь? — также любезно повторил Эндрю.

Присел рядом, поставив поднос себе на колени.

— Я… Я вампир? — дрожащим голосом спросила, внутри все сжалось.

В ответ губы Эндрю только растянулись в непонятной усмешке. Как хотелось содрать эту едкую улыбку с его лица. Идиот, он еще издевается!

— Так я вампир? — повторила, ожидая единственного ответа — нет.

— Нет, — словно желая доставить мне радость, произнес Эндрю и посмотрел в глаза.

— Как это нет? Ведь Адриан вчера… — я задумалась, стараясь выжать из затуманенной памяти обрывки воспоминаний.

— Такое чувство, что ты жалеешь, что не обратилась, — заметил он.

— Нет, я рада, что осталась собой, но как такое возможно? Ведь он порезал мне ладонь и... — я посмотрела на руку — шрама не было.

— Сам не знаю. Видимо, в тебе все-таки что-то есть. Ни один человек никогда не пережил смешение крови. Все обратились, а ты сидишь сейчас передо мной, и я чувствую в тебе жизнь. Под утро я дал тебе свою кровь, — пояснил Эндрю. — Адриан слишком много у тебя взял… — он помедлил. — Ты могла умереть.

Я смутилась и с отвращением отвела взгляд. Значит, я жива благодаря ему. Во мне течет его кровь — кровь убийцы папы.

— Почему ты спас меня? — я подняла на него глаза.

— Хочешь услышать правду?

Я кивнула.

— Я скажу, но не сегодня.

Такой ответ меня вполне устроил, несмотря на желание услышать, что он заботится обо мне. Я не могла скрыть радости от того, что снова могу жить, она переполняла меня. Хотелось смеяться, веселиться, шутить, и я натянула одеяло на лицо, чтобы не показывать Эндрю довольную улыбку.

— Ладно, отдыхай. Еще зайду. — С этими словами он вышел из комнаты.

Я заметила, что поднос с едой остался на кровати, взяла стакан с молоком и залпом выпила. Несколько дней ни капли во рту не было. Закончив с едой, подошла к окну и раздвинула шторы. Небо так завораживало.

Меня не покидало двойственное чувство. Я должна была быть благодарной Эндрю за то, что он для меня сделал. Но неугомонная ненависть и желание наказать его оказались сильнее. Хорошими поступками он никогда не сможет оправдать того, что сделал с папой.

Мысли оборвал звук открывающейся двери. Негромкие шаги вынудили обернуться.

— Как ты себя чувствуешь, Кристина?

Я бросила пренебрежительный взгляд на Смотрящего, который подозрительно разглядывал меня. Он приблизился. Внутри забился страх. Я невольно отклонилась спиной к окну, прижала руки к груди.

— Не трогайте меня, — я напряглась, опасаясь, что он снова сделает мне больно.

— Не бойся. Я больше не причиню тебе страданий. С этого дня ты можешь считать меня другом. Никому не позволю обижать тебя.

С чего бы это Смотрящему становиться мне другом? Неужели все из-за того, что я не обратилась? Теперь он точно не позволит мне спокойно жить, пока не поймет, почему это произошло.

Следующим вечером я наконец-то приняла душ. Выйдя из ванной, обернулась в махровое полотенце. И в этот момент в комнату вошел Эндрю.

— Какая прелесть, — расплылся он в улыбке.

— Да что вы говорите, мистер похотливый «я хочу видеть то, что мне не положено», — поддела его. — Ты что-то хотел?

— Вообще-то, это моя комната, и мне, чтобы войти, не нужно твое приглашение. Это ты у меня в гостях, — напомнил он, скрестив руки на груди.

— Все шутишь? — хмыкнула я. — Напомнить, как я сюда попала?

— Ты сама пошла со мной.

— Но ведь не за твои красивые глаза, — ехидно отозвалась я.

— О! Ну, хоть что-то во мне не вызывает у тебя отвращения! — довольно воскликнул Эндрю. — Давай не будем пререкаться. Лучше оденься. Не в полотенце же пойдешь.

— Куда?

— Прогуляться. Разговор есть.

***

— Адриан что-то задумал, — сказал Эндрю, как только мы вышли из особняка и направились в сторону леса по выложенной красной плиткой дорожке. Шум листвы порождал мелкую дрожь. Я вдохнула свежий воздух и на мгновение закрыла глаза, обняв себя за плечи.

— Сегодня я слышал его разговор с Ирэной, — продолжил Эндрю. — Они говорили о тебе.

— Строили планы, как заставить меня отдать Сакратэлум? — усмехнулась я. — Скажи, что мешает Адриану найти Антона и убить?

— Он не сделает этого, пока есть хоть малейшее опасение, что ты можешь уничтожить оружие.

— Ты уверен?

— Да.

— Получается, я буду заложницей до конца жизни? Так что ли?

— Нет.

— Ты отпустишь меня?.. — рискнула спросить я. — Ты ведь обещал.

— Всему свое время, Кристина. Я должен выяснить планы Адриана. В разговоре с Ирэной он произнес одно слово — Электа. Я пытаюсь узнать, что это и как связано с тобой.

Тут же в памяти промчались воспоминания того дня, когда мы с Кевином летали к мудрецу. В реплике Ламарка тоже проскользнуло это имя, но тогда я не придала этому значения. Вероятно, так называют людей, которые по какой-то причине не обращаются. И мудрец увидел это, считав мою ауру.

— Прости, что залез в твои мысли, но скорее всего ты права. Однако есть еще что-то, судя по тому, как резко Адриан изменил свое мнение.

Эндрю задумался и, поцеловав меня в макушку, поспешил в особняк со словами:

— Обратную дорогу найдешь?

Я кивнула и осталась стоять неподвижно, все еще чувствуя прикосновение его губ у себя на коже.

***

Следующим вечером ко мне в комнату влетела Патрисия.

— Кристина, — прошептала она, — быстрее. За дверью нет охраны. Мы должны бежать. Солнце садится. У нас не так много времени.

— Что ты здесь делаешь? — удивилась я.

— Меня бросили в подвал, но я обхитрила идиотов вампаров и сбежала. Это не важно, Кристина. Нужно торопиться.

Патрисия схватила меня за руку и вывела из комнаты, не давая возможности все обдумать.

Странно, что она снова рискует жизнью, помогая мне, ведь один раз уже попалась.

— А куда делись вампары? — удивилась я.

Всю неделю они охраняли меня, а сейчас их нет.

— Да черт с ними, с вампарами. Бежим… — она крепко сжала мою ладонь.

Мы пробежали по длинному коридору, потом спустились по ступеням в холл.

— Ты спрячься за дверью, а я отвлеку охрану у ворот.

Я только сейчас заметила в ее руке рацию. Она попыталась связаться с охранниками, но почему-то они не отвечали.