Ловец видений - Сергей Лукьяненко

– Не знаю, – упрямо сказал Григ. – Ты меня не убедила. Мне проще представить себе чью-то волю, которая сформировала и Страну Сновидений, и Пустоши именно такими. А сны всего лишь поддерживают уже заданную форму.

Мария развела руками.

– Не спорю. Я не знаю, кто прав. Но легенды говорят именно о таких Пустошах, и мы идем по гротескному подобию ада.

– Будем исходить из этого, – согласился Григ. Обнял Августа-Роберта за плечи: – Понял, парень? Современное школьное образование не знакомит юных джентльменов с картами ада, но ты должен узнать, что нас дальше ждет.

– Я и так знаю, – кивнул Август-Роберт. – Шестой круг – лжеучителя и еретики. Так что не обязательно ложь – твои сомнения в богах Сна вполне годятся.

– А он тебя уел! – засмеялась Мария. – Григ, мальчик тебя уел!

– И тебя с твоей «ложью» – тоже, – сказал Григ раздраженно. – Но седьмой круг – насилие, я точно помню.

– Верно, – сказал Август-Роберт. – Причем во всех формах. Годится и глумление над богами – так что ты снова проходишь.

Он насмешливо улыбнулся.

– Мальчик, годится еще и насилие против естества, – сказал уязвленный Григ. – Так что советую придержать язык.

Видимо, Август-Роберт понял, что перегибает палку.

– Потом обман, лесть, колдовство, – быстро сказал он. – Там много всего. А под конец – предательство во всех видах.

– Вот оно, классическое образование! – сказала Мария. – Полагаю, английское? Или Швейцария?

Август-Роберт не ответил.

– Мальчики, не ссорьтесь, – попросила Мария. – Нас, людей, осталось трое. Мы вполне можем дойти все вместе. Надо лишь правильно использовать симулякров. Их пять, так что хватит с запасом. Выбираем, кто останется?

Григ размышлял, глядя на занятых работой симулякров. Потом сказал:

– Я не хочу видеть двойников Ли и Лины, раз уж они погибли.

– Согласна, – быстро сказала Мария.

– И твой симулякр, – безжалостно продолжил Григ. – Ты – последняя с парой. Это нечестно.

– Хорошо, – помедлив, согласилась женщина.

– Ну и тогда выбираем между Кати и троллем, – Григ развел руками. – А что тут выбирать? Кати – секс-игрушка. Симулякр Креча – мощь, боевая сила и, что для нас очень хорошо, послушание. Отдаем приказы – и двигаемся.

Надо признать, что Григ вовсе не был уверен в этом выборе. Кати, по ясной лишь ему причине, отправил с ними в поход Клиф. Быть может, он планировал, что девушка-симулякр сыграет какую-то важную роль? Но, с другой стороны, роль Кати могла оказаться непредсказуемой и вовсе не такой уж приятной для живых членов отряда…

– Пусть останется двойник Креча, – согласилась Мария. Соскочила с плиты, пошла к симулякрам. Ее двойник, будто почувствовав, развернулась и двинулась навстречу.

– Не будем мешать, – сказал Григ.

– Даже не собираюсь, – ответил Август-Роберт. – Григ…

– Что?

– Не обижайся, что подначивал.

Григ деланно рассмеялся.

– Еще бы я обижался на детские шуточки…

– Григ, как создают симулякров?

– Что? – Григ даже растерялся от вопроса. – Ну… как мы во Сне делаем еду, одежду, оружие? Мы можем приснить себе что-то. В том числе и симулякра.

– У меня еда плохо получается. Но ведь двойник человека – это не пудинг.

– О, разница не так уж и велика… – внимательно наблюдая за разговором Марии и ее симулякра, ответил Григ. – Тут главное – самоуверенность. Ты говорил, что не умеешь летать?

Август-Роберт покачал головой.

– А дети часто умеют, – сказал Григ. – Если ты поверишь, что проломишь рукой стенку – ты ее проломишь. Во сне, разумеется. Если поверишь, что в кармане у тебя лежит вкусная конфета, она там будет… держи! – он протянул Августу-Роберту конфету «Мишка на Севере» – в чуть помятом фантике, слегка растопившуюся в кармане, так, что когда ее разворачиваешь – часть шоколада остается на фольге, и это самый вкусный шоколад, который первым делом хочется слизать. – Так вот, если ты поверишь, что у тебя есть… ну, допустим, друг – он появится.

– Выдуманный друг, – кивнул Август-Роберт, разворачивая конфету.

– Приснившийся друг, – поправил Григ. – Выдуманное живет только в твоей голове, а приснившееся – в Стране Снов. Твоя мама не сможет поговорить с твоим выдуманным другом, а вот с приснившимся поговорила бы запросто. Во сне.

– Так ты можешь создать симулякра?

– Я? – Григ рассмеялся. Ему не нравилось, как долго длится разговор Марии и ее двойника. С библиотекаря могло статься придумать что-то совсем иное… к примеру – принести в жертву самого Грига. Уж больно легко она согласилась пожертвовать своей копией. – Я не могу. Я самоуверенный, да, конечно. Мы все самоуверенны, потому и живем в Снах, как в обычной жизни. Но для создания симулякра нужно еще одно… нужно уметь отпустить.

– Отпустить? Это как?

– Дать сотворенному свободу. Дать волю своему воображению. Позволить тому, что ты создал, жить своей жизнью, думать, решать, совершать поступки – пусть даже в рамках каких-то правил. Яблоко хочешь?

Григ протянул мальчику яблоко. Тот взял его, непонимающе посмотрел на Сноходца.

– Ты можешь съесть это яблоко, – пояснил Григ. – Оно будет вкусным. Я его таким придумал и приснил. Но если ты положишь яблоко в шкаф – оно так и останется там лежать. День, месяц, год. Я не могу дать ему свободу, даже если это свобода сгнить. И если ты посадишь семечки из яблока, они не прорастут. Дерево я тоже смогу приснить. Но оно не будет расти, не будет плодоносить, не засохнет в жару и не облетит по осени. Умение сотворить – великая сила, великая тайна. Но еще труднее дать сотворенному жить своей жизнью. Это умеют только Снотворцы. Созданное ими по-настоящему живет, растет, умирает.

– Им трудно это делать?

– Кому как, – Григ пожал плечами. – Хотя, может, они и врут, может, им это легко, просто они не хотят делиться и множить сущности. В тех районах Города, где Снотворцы правят, они создают себе свой маленький рай. С блэкджеком и шлюхами, как говорится. С симулякрами-слугами, с симулякрами-любовницами…

Он с сомнением посмотрел на Августа-Роберта.

– Ладно вам, я не маленький, – сказал тот, но все же чуть-чуть покраснел. – Я совершенно все знаю. Так выходит, симулякры – они как мы?

– Не совсем, – ответил Григ. – Все-таки у них есть ограничения, заданные при создании. Их может переделать другой Снотворец, так наша Кати превратилась из девочки для удовольствий в проводника и охранника. Но сами по себе они ограничения преодолеть не могут.

– Так и у людей есть ограничения… – пробормотал Август-Роберт.

– Они преодолимы. Мы люди, и мы меняемся как угодно.