Ловец видений - Сергей Лукьяненко

Мертвый лес кончился вскоре после того, как они вышли из хижины. Деревья стояли все реже и реже, чаще попадались холмики праха. Потом вокруг раскинулась бесплодная серая равнина. Шли молча – говорить больше было не о чем.

Пустоши кончались, и наставала пора умирать тем, кто должен был умереть.

А потом местность изменилась. Равнина превратилась в склон, ровная поверхность вздыбилась валами – разделяющими широкие, но неглубокие рвы. Возможно, склон был частью воронки – но такой исполинской, что с уверенностью это сказать было трудно.

– Это все ложь, – сказала Мария, когда они остановились. – Самое обидное, что все это – ложь.

Григ пожал плечами.

– Все сны лживы.

– Я не о Снах. Неужели ты не понимаешь – нас послали не для того, чтобы уничтожить какой-то дурацкий артефакт.

Григ насмешливо приподнял бровь. Посмотрел на Августа-Роберта.

– Да понимаю я, понимаю, – кивнула Мария. – У него наверняка есть с собой какая-то цацка. Но неужели ты всерьез считаешь, что нас послали ее уничтожить?

– Тогда для чего?

– Если бы я знала… – Мария вздохнула. – Я пытаюсь понять.

– Давайте пройдем свой путь, – ответил Григ. – Обычно ответы находятся в конце.

Они стали подниматься на первый склон.

Местность была пустынна. Рвы оказались неглубокими, в полтора-два метра глубиной, кое-где склоны совсем развалились, земля осыпалась, и перейти их было нетрудно. Повсюду виднелись обтесанные камни, будто когда-то над рвами были переброшены мосты и своды, но уже много веков, как обрушились.

– Злые Щели, – сказал Август-Роберт и поежился.

– Ну и где же стенающие души? – спросил Григ. – Где все эти льстецы и прорицатели, обольстители и взяточники?

– И без них тошно, – отозвалась Мария. Повернулась к своему симулякру, кивнула: – Пора. Прости, но пора.

Две женщины – настоящая и сотворенная, секунду смотрели друг на друга. Потом симулякр Марии сказал:

– Ты права. Только твоя мудрость позволила нам пройти так далеко. Только твой план позволяет выполнить нашу великую миссию.

Мария кивнула.

Григ поморщился. Итак – лесть. Симулякр Марии подставлялся второй раз.

– Ты так умна, Мария, – продолжал говорить симулякр с наигранным восхищением. – Ты все просчитала наперед…

Григ вдруг вспомнил, что льстецам, согласно мнению Данте, суждено навечно “влипнуть в кал зловонный”, и его передернуло.

Ну что стоило Марии дать симулякру другое задание? Разумеется, лесть изобразить куда проще, чем прорицание (где всегда есть шанс случайно угадать будущее) или обольщение. Но все-таки была в этом выборе какая-то запредельная подлость.

Они перебрались через один ров, через второй.

Симулякр Марии все говорила и говорила. Она расхваливала целеустремленность Марии, с раннего детства занимавшейся самообразованием, чтением и изучением наук. Ее собранность и сосредоточенность, не дававшую растрачивать время попусту. Открытость к новому, гибкость сознания, отрицание догм – позволившее поверить в Страну Сновидений и достичь в ней положения, достойного и Снотворца. Ну и, наконец, мудрое руководство экспедицией, бережное отношение к спутникам, правильные советы…

Григ вдруг почувствовал укол сомнений. Что-то было не так. Да, симулякр Марии безбожно ей льстил и нахваливал, да, Злые Щели (они же Злопазухи) готовили льстецам неизбежную кару, но…

Но Злопазухи – самый большой из кругов Ада. Десять рвов. Десять видов «обмана недоверившихся». Обольстители, льстецы…

– Я думала, все кончится на втором рве, – сказала Мария, оглянувшись на Грига. – А мы уже на шестом.

– Лицемеры, – вспомнил Григ. – Тут мы все можем полечь.

Мария улыбнулась, но в улыбке сквозила фальшь.

– На выходе, – сказала она. – Видимо, все происходит на выходе из круга. Восьмой круг очень большой.

Они спустились в седьмой ров. Симулякр Марии ровным голосом продолжал восхвалять хозяйку.

– Здесь должны были быть воры, – сказала Мария. И вдруг вскрикнула, уставилась на Грига широко открытыми глазами.

– Что? – спросил Григ. – Что? Что со мной?