Отбор для неудачницы - Маргарита Дюжева

Старые ступени скрипели под ногами, когда я, ведя рукой по холодной шершавой стене, в поисках опоры, осторожно спускалась вниз. Пахло пылью и плесенью, где-то капала вода. Тихо пискнула мышь, потревоженная моим появлением.

Вообще не похоже на путь к светлому будущему, но я упрямо продолжала идти вперед, гадая, как скоро стражники отправятся на поиски, если я вовремя не вернусь.

***

На нижнем ярусе было прохладнее. Стены покрывал липкий конденсат, бликуя в слабом отсвете факелов, под ногами хрустели мелкие камешки, обсыпавшиеся из старой кладки, и сновали мыши, испуганно улепетывая при моем приближении.

Я продолжала идти, то и дело останавливаясь, прислушиваясь. Уверенности в том, что путь выбран правильно — никакой, но и обратно при всем желании вернуться не могла. Столько развилок уже пройдено, что и не вспомнишь, где и куда поворачивала. Оставалось только идти вперед и надеяться на то, что не заплутаю здесь окончательно. Умереть я планировала старой, дряхлой в своей постели, окружённая многочисленными детьми и внуками, а не от голода в темном подземелье.

Спустя пару минут, мне насторожил мышиный писк. Не тихий и возмущенный, как раньше, а истошный, наполненный ужаса.

Обернувшись назад, я сначала ничего не заметила. Тот же коридор, тот же полумрак.

Хотя…

Тьма в конце была плотнее…и двигалась.

Странная тень стремительно приближалась, будто огромное облако бежало по небу, закрывая землю от солнца. Свет факелов рядом с ней дрожал и мерк, уступая темноте, а бедные мышки с таким истошным писком пытались спастись, что у меня волосы на затылке дыбом встали. От простой тени они бы так не бежали. Те, кого она настигала — падали замертво и бились в агонии.

Черное облако неумолимо приближалось, а я не могла пошевелиться. Ноги от страха словно к полу приросли, и только когда между нами оставалось метров десять, я пришла в себя и бросилась бежать. Как назло, на пути не попадалось, ни ответвления, ни ниши, ничего, в чем можно было бы укрыться.

Темнота неумолимо нагоняла, дышала в спину зловещим холодом.

Не придумав ничего лучше, я упала на пол, прикрывая голову руками и задержала дыхание. Черное облако, потрескивая морозом, прокатилось прямо по мне. Стужа достигла апогея, а потом растворилась, так и не причинив существенного вреда. Только кожу на руках щипало, будто зимой в прорубь опустила. Все остальное было прикрыто одеждой.

Выдохнув, осторожно приподнялась, и посмотрела вслед облаку. Оно прокатилось вперед еще метров на двадцать и рассыпалось темными осколками. Факелы снова загорелись, давай ровный тусклый свет, будто ничего и не произошло. Все закончилось?

Осторожно поднявшись на ноги, я обернулась и чуть не заорала во весь голос. Недалеко от меня стояла Натаэлла, и вид у нее был странный. Она и так добротой не отличалась, но сейчас глаза горели лютой злобой.

— Привет, — я скованно улыбнулась, но ответной улыбки так и не последовало. — ты видела это черное облако?

— Видела? — хмыкнула Натаэлла, — я его создала.

— Зачем?

— Разве не понятно? Чтобы избавиться от надоедливой соперницы, — шагнула ко мне, сжимая кулаки, — не понимаю, как ты вообще смогла дойти до финала. Здоровенная, несуразная…да на тебе только в поле пахать.  Как ты вообще посмела сюда сунуться? А еще не понимаю, почему с тобой все носятся. Смотрящие тебя оставили несмотря на то, что ты опозорилась на третьем испытании. Бабка эта бестолковая возле тебя крутится…

— Сама ты бабка бестолковая, — огрызнулась я. Ромерту обижать не позволю.

— Даже жених на тебя обращает больше внимания, чем на всех остальных.

— Влюбился, наверное, — невесело усмехнулась я, но Натаэлла шутки не оценила. Зубы стиснула, так что по щекам белые пятна пошли и шагнула ко мне. Зловещие тени залегли у нее на лице. В трепещущем свете факелов красивая девушка внезапно стала похожей на старую злобную ведьму.

— Тебе здесь не место, — прошипела она.

— Мне уже говорили, но тем не менее, я здесь.

— У тебя был шанс уйти по-хорошему. Проиграть в первом же туре и уехать в свою дыру, чтобы не позориться.

— Я бы опозорилась, если так сделала, — холодно отреагировала на ее выпад, пытаясь придумать, что делать дальше. Натаэлла явно не просто отыскала меня в этом подземном лабиринте.

— Тебе же хуже, — от ее улыбки, у меня кровь в жилах застыла.

— Чего ты хочешь?

— Только одного, чтобы ты не путалась у меня под ногами.

— Кто еще у кого путается, — проворчала я, глядя на нее сверху вниз.

— Зря ты увернулась от Тени.

— Это еще почему?

Чувствую, в загашнике у нее есть что-то пострашнее холодного облака.

— Было бы проще. И не так больно. Тебе.

— Магию использовать нельзя, — попробовала ее вразумить, хотя уже знала, что бесполезно.

— Разве кто-то использует? — ухмыльнулась она, и погладила медальон на груди. Тот самый, которой каждой вручила провидца в начале отбора, — свою магию я приберегу на потом. Пригодиться. Чтобы тут порядок навести, когда женой Нольда стану. А пока…можно обойтись и безделушками.

Она сняла с пальца кольцо:

— Старая ведьма специально для меня заговаривала, — любовно погладила темный, будто наполненный кровью, камень в золотой оправе и с наигранно-сожалеющим вздохом бросила его на пол.

От удара кольцо раскололось, и в воздух тут же поднялось новое облако. В этот раз туманно — молочное.

— Не переживай. Ты не умрешь, но вот с памятью будут большие проблемы, — зловеще произнесла она и навела на меня указательный палец. Облако рваными клубами тут же ринулось в мою сторону.

Я попятилась, пытаясь увернуться, но оно сначала свилось вокруг моих ног, а потом начало стремительно подниматься кверху. Бежать было некуда.

— Пока-пока, — это последнее прощание было последним, что я услышала, прежде чем белесая мгла полностью меня поглотила.

Холодными мазками туман прошелся по щекам и хлынул в рот, наполняя привкусом плесени. Зажмурилась, ожидая самого страшного. Холод добрался до груди, узлом свился за ребрами.

Внезапно что-то во мне щелкнуло, взорвалось обжигающим пламенем и окатило с ног до головы. Зеленая вспышка, такая, будто луч света, прошел через изумруд, озарила все вокруг.

Натаэлла охнула и осела на пол, а я продолжала стоять и озираться по сторонам, пытаясь понять откуда шел тот свет. Так ничего и не поняв, осторожно подступила к затихшей сопернице.

— Ты жива?

Она что-то промычала, тяжело приподнялась на руках и села. Смахнула с лица прядь волос, нахмурилась, посмотрела в одну сторону, в другую, потом перевела недоуменный взгляд на меня: