Дорога без возврата - Анджей Сапковский

«Ты можешь проявить ко мне любовь, Тристан, – думалаИзольда. – Прежде чем я тебя потеряю, прояви ее. Один-единственный раз. Ятак хочу этого. Не принуждай меня смотреть на паруса этого корабля. Не проси,чтобы я сказала, какого они цвета. Не заставляй меня сыграть в твоей легендероль, которую я играть не хочу… »

«Я не могу, – думал Тристан. – Не могу… ИзольдаЗлатокудрая… Как мне холодно… Как мне чудовищно холодно… Изольда… Изольда… МояИзольда… »

«Это не мое имя, – подумала Изольда. – Это не моеимя». – Это не мое имя! – крикнула она.

Тристан раскрыл глаза, обвел взглядом комнату, поворачиваяголову на подушках.

– Госпожа… – прошептал он свистящим шепотом. – Бранвен…Моргольт…

– Мы здесь. Все, – очень тихо сказала Изольда.«Нет, – подумал Тристан. – Здесь нет Изольды… А

значит… все так, словно нет никого».

– Госпожа…

– Не заставляй меня… – шепнула она.

– Госпожа… Прошу… Я прошу…

– Не заставляй меня смотреть на паруса, Тристан. Непринуждай меня сказать тебе…

– Я прошу… – напрягся он. – Прошу… И тогда он сказал.Иначе. Бранвен вздрогнула в моих

объятиях.

– Прошу тебя, Изольда. Она улыбнулась.

– Я хотела изменить ход легенды, – очень спокойносказала она. – Что за сумасбродство. Легенду изменить невозможно. Изменитьнельзя ничего. Ну, почти ничего…

Она осеклась, взглянула на меня, на Бранвен… Мы все ещеобнимали друг друга на фоне вышитой на гобелене яблони Авалона. И улыбнулась. Язнал, что никогда не забуду этой улыбки.

Медленно, очень медленно она подошла к окну, остановилась,развела руки, уперлась ими в стрельчатый проем.

– Изольда, – простонал Тристан. – Какие.. Какие…

– Белые, – сказала она. – Белые, Тристан. Белые,как снег. Прощай.

Она повернулась. Не глядя на него, не глядя на нас, наБранвен и меня. Она вышла из комнаты. В тот момент, когда она выходила, яперестал слышать ее мысли. Слышал только шум моря.

– Белые! – воскликнул Тристан. – ИзольдаЗлатокудрая! Наконец-то…

Голос угас у него в горле как задутый огонек каганка.Бранвен крикнула. Я подбежал к ложу. Тристан шевелил губами. Пыталсяприподняться. Я придержал его, легким нажимом руки заставил опуститься наподушки.

– Изольда, – шепнул он. – Изольда, Изольда…

– Лежи, Тристан. Не вставай.

Он улыбнулся. Клянусь Лугом, я знал, что никогда не смогузабыть этой улыбки.

– Изольда… Я должен увидеть сам…

– Лежи, Тристан…

– …эти пару…

Бранвен, стоявшая у окна, там, где только что стояла ИзольдаБелорукая, громко всхлипнула.

– Моргольт! Этот корабль…

– Я знаю, – сказал я. – Знаю, Бранвен… Онаповернулась:

– Он умер.

– Что?

– Тристан умер. Только что. Это конец, Бранвен. Я глянул вокно. Корабль был уже ближе, но все еще

слишком далеко.

Слишком далеко, чтобы можно было разглядеть цвет парусов.

Я встретил их в большой зале, той самой, в которой насвстречала Изольда Белорукая. В зале, в которой я отдал ей свой меч, попросив,чтобы она пожелала распоряжаться моей жизнью. Что бы это ни означало.

Я искал Изольду и капеллана, а нашел их.

Их было четверо.

Один валлийский друид по имени Гвирддиддуг, сообразительныйстарикан, когда-то сказал мне, что намерения человека, пусть даже не знаю какхитро скрываемые, всегда выдают две вещи: глаза и дрожание рук. Я внимательновзглянул в глаза и на руки рыцарей, стоявших в большой зале.

– Я – сэр Мариадок, – сказал самый высокий из них. Натунике у него красовался герб: на перерезанном пополам наискось красно-голубомполе две черные кабаньи головы, изукрашенные серебром. – А эти добрыерыцари – Гвиндолин, Андред и Дегу ап Овейн. Мы прибыли из Корнуолла. У наспоручение к сэру Тристану из Лионессе. Веди нас к нему, сэр рыцарь.

– Вы опоздали, – сказал я.

– Кто ты, господин? – нахмурился Мариадок. – Ятебя не знаю.

В этот момент вошла Бранвен. Лицо Мариадока сморщилось,злоба и ненависть выползли на него, извиваясь словно змеи.

– Мариадок?

– Бранвен!

– Гвиндолин, Андред, Дегу? Вот уж не думала, что ещекогда-нибудь вас встречу. Говорили, что Тристан и Горвенал прикончили вас тогдав Лесу Моруа.

Мариадок зловеще усмехнулся:

– Пути судьбы неисповедимы. Я тоже не думал когда-нибудь ещеувидеть тебя, Бранвен. Тем более здесь. Ну, ведите нас к Тристану. Наше дело нетерпит отлагательства.

– Что за спешка?

– Ведите к Тристану, – гневно повторил Мариадок. –У нас к нему дело. Не к его челядникам и не к сводницам королевы Корнуолла.

– Откуда ты прибыл, Мариадок?

– Из Тинтагеля, как сказал.

– Интересно, – усмехнулась Бранвен. – Корабль-тоеще не подошел к берегу. Но он уже близко. Хочешь знать, под каким парусомплывет?

– Не хочу, – спокойно ответил Мариадок.

– Вы опоздали. – Бранвен все еще загораживала собоюдверь, опершись о стену. – Тристан из Лионессе мертв. Умер только что.

Выражение глаз Мариадока не изменилось ни на миг. Я понял,что он уже знал. И понял все. Свет, который я видел в конце темного коридора,разгорался все ярче.

– Уходите отсюда, – буркнул он, положив руку наоголовье меча, – покиньте замок. Немедленно.

– Как вы сюда попали? – ухмыльнувшись, спросила Бранвен. –Случайно не приплыли ли в ладье без руля? С черной рваной тряпкой вместопаруса? С волчьей мордой, прибитой к задранному носу ладьи? Зачем вы здесь? Ктовас прислал?

– Уйди с дороги, утопленница. Не препятствуй. Можешьпожалеть.

Лицо у Бранвен было спокойным. Но на этот раз это не былоспокойствие отчаяния и бессилия, холод отчаянного, бесчувственного безразличия.На сей раз это был покой непоколебимой железной воли. Нет, я не мог еепотерять. Ни за что.

Ни за что ? А легенда?

Я чувствовал аромат яблок.