Период полураспада. В ядерном аду - Алексей Махров

До границы тайного анклава отряд полковника Третьяка добрался в сумерках. Полковник, осмотрев растущие в кадках кусты и молодые елочки, неопределенно хмыкнул, но ничего не сказал. Однако какие-то выводы все-таки сделал.

– Оставляем машины здесь! – приказал он бойцам. – Завтра утром найдем подходящую площадку в окрестностях, поставим технику, замаскируем…

– А тяжелое оружие? – спросил лейтенант Кленов.

– «Корды» и АГС берем с собой! И боеприпасы по максимуму! ДШК, извини, Скорострел, не понесем. Воду и продукты из расчета на семь дней, – распорядился Третьяк. – Сам понимаю, что тащить на горбу тяжело, но нарваться на узкой дорожке на огонь КПВТ – тяжелее. Впоследствии… Поэтому пойдем лесом! Ножками, ножками!

И, отвернувшись от бойцов, начавших разбивать лагерь под ночную стоянку, тихонько спросил Пашку:

– Ты-то как? Дойдешь? Или останешься машины охранять?

– Дойду! – уверенно сказал Пашка. – Нога почти и не беспокоит уже. Вы меня только не нагружайте сильно – воду, еду и патроны для себя я как-нибудь дотащу, а вот остальное…

– А я уже хотел взвалить на тебя пару барабанов к АГС, – усмехнулся Юрий. – Ладно, налегке пойдешь!

На следующий день они вышли только поздним утром. Слишком долго провозились с поиском подходящего места для укрытия техники. Так что маскировать ее доверили трем остающимся караульным.

С тяжелым грузом, даже часто сменяясь, разведчики двигались относительно медленно. К месту боя, а вернее – расстрела Пашкой бронетранспортера группа добралась только на второй день. Продырявленный корпус так и торчал в болоте, погрузившись до половины. Оружие с башни сняли и, судя по распахнутым верхним люкам, вытащили трупы из десантного отделения.

– Эк ты его… расковырял! – похвалил Третьяк. – Вот что значит с детства оружия из рук не выпускать! Учитесь, парни!

Разведчики посмотрели на Пашку с уважением и легкой завистью.

– Впрочем, повстречав вражескую «броню», гораздо проще долбануть по ней из граника, нежели поливать очередями! – неожиданно добавил полковник. – Не вздумайте геройствовать – гранатометов у нас хватает! Жаль только, ПЗРК взять не догадались. Но уж кто знал, что здесь целую эскадрилью «Ночных охотников» встретим!

Пеший марш продолжился, но идти, в принципе, уже было недалеко. Еще не стемнело, когда они дошли до контрольной точки. Там их ждал Борода.

– А где лейтенант Сапожников? – после взаимных приветствий спросил Третьяк.

– Остался наблюдать за КПП! – ответил сержант.

– Что еще за КПП? – удивился полковник. – Ставим лагерь, ребята! А ты давай рассказывай, что видели!

Бородулин подробно доложил о встреченных колоннах грузовиков с охраной из бронетехники. О поселках, ведущих странные сельскохозяйственные работы. И о заборе с мощным контрольно-пропускным пунктом. Полковник выслушал внимательно, задал несколько уточняющих вопросов, после чего жестом отпустил сержанта и впал в глубокую задумчивость.

– О чем задумался, старшой? – спросил Пашка, присаживаясь рядом. – Ребята уже ужин на скорую руку сварганили, а ты все думу думаешь. На вот, держи! – И бредун сунул в руки полковника сухарь с салом и кружку холодного чая (огня не разводили, чай остался с утреннего завтрака).

– Видишь ли, Скорострел, перед нами довольно крепкий орешек… – ответил Третьяк, глядя куда-то сквозь парня. – С одной стороны, своих бросать не хочу, с другой – как бы самим не лечь под пулеметами. Ты ведь Бородулина слышал – у них «брони» до хренища! – и полковник машинально откусил кусок «бутерброда». – Тут дуриком соваться нельзя – зубы обломают. Ладно, завтра сам пойду на рекогносцировку, а уж по ее результатам решу, что делать.

Весь следующий день отряд осторожно продвигался вдоль дороги. Пока бойцы медленно, из-за тяжелого груза, топали к центру анклава, полковник налегке, в сопровождении одного лишь Бороды, «сбегал» посмотреть на поселки.

– Сдается мне, что они изучают влияние радиации на растения и животных! – с некоторой веселостью прокомментировал Третьяк увиденное. – Странные какие-то люди – словно только вчера с Луны упали! – Тут полковник снова задумался и через пару минут добавил: – Или из глубокой норы вылезли…

Из-за низкой скорости продвижения к забору вышли уже в глубокой темноте. Но Третьяк все равно отправился вместе с Бородулиным к контрольно-пропускному пункту, где их встретил Сапожников.

– Ну, Федя, показывай, что тут у вас! – словно приехавший на новоселье важный гость, сказал полковник.

Лейтенант показал. Третьяк смотрел долго.