Казак в Аду - Андрей Белянин

То есть, когда она самолично всплыла в чёрном небе над всем бардаком, громогласно приказав остановиться и слушать её коленопреклонённо, юноши и девушки начали палить, выражаться нецензурщиной, делать неприличные жесты, строить рожи и показывать язык. Последнее почему-то показалось самым обидным…

— Таки я им родная мать или кто?!

Однозначного ответа не было — наша сторона молча пожимала плечами, а те, кто бесновался на плацу, красноречиво ломали всё деревянное, заботливо готовя барак с богиней к ритуальному аутодафе! Быстро посовещавшись с остроухими, казак предложил «прорваться с боем», однако после раскидывания баррикады изнутри оказалось, что дверь заботливо прикрыта снаружи. Окон в бараке не было, выхода на чердак тоже, знакомого гула пикирующей летающей тарелки не доносилось, то есть положение складывалось как-то особенно неласково. Тем более что запах дыма уже начал просачиваться во все щели…

Обычно любой нормальный писатель-фантаст, щекоча нервы читателя, стремится загнать своих героев в самое безвыходное положение, а потом ловко их оттуда извлекает, к счастливому вздоху облегчения того же читателя. Вопрос лишь в том, насколько интересно автор это сделает, ведь и читатель сейчас пошёл жутко привередливый, искушённый уймой книг, набитый умными знаниями (если кто считает, что «неумных» знаний не бывает, пусть вспомнит уроки пения в общеобразовательной школе…) и безошибочно угадывающий фальшь любого произведения.

Его не надуешь и не проведёшь, он отлично знает все ходы, штампы и увёртки фэнтезийной литературы. Писатель зачастую ещё и сам для себя не решил, что произойдёт, а читатель бац кулаком по странице — я так и знал! Везёт им…

Я вот до последнего момента не знал, как наши выкрутятся. Их вытащили эльфы…

— Что встал, Древобрад йрухлявыт?! Доставай его! А-а-пчхи на тебя…

— Но, милая… — неуверенно потупился Миллавеллор, пятясь от Нюниэль.

— Лучше не зли меня, любимый! И так нервы не из митрилла, — сдержанно прорычала Рыдающая Принцесса, при всех запуская руку тощему жениху в штаны. — Надо ж было так запрятать, ни один йбдолбанныо Саурон не додумался бы! Стой, не дёргайся-я… апчхи! чхи! хи! Вот, смотрите все!

Иван и Рахиль дружно зажмурились, не желая ни на что смотреть…

— Невинные ыолокососм, — нежно умилилась Нюниэль и высоко подняла руку. — Это Синее кольцо Гиль-Галада, хранимое Элрондом, пропавшее в землях чёрных эльфов. Священная реликвия нашего Арддурхоума!

— Таки тётя толкиенулась окончательно, или я пропустила смысл. — Недоверчивая израильтянка на портрете открыла один глаз.

Бывший подъесаул рискнул подойти поближе и, скептически оглядев тоненький почерневший артефакт, неуверенно пробормотал:

— С одной стороны, у нас похожим барахлом все узбекские рынки забиты. А с другой — чёрные эльфы, ваше бегство, погоня, предательство нас, там, у костра… Всё это говорит о каких-то высших целях, может, и вправду всё это вы делали ради кольца?

— Мама дорогая, таки они его сперли!

— Не выражайтесь так, девица Файнзильберминц! — наконец подал голос и остроухий философ. — Кольцо Элронда наше по праву первородства на земле! Как говорил великий, но усопший мудрец Мянь У: «Не есть кража — забрать у врага то, что его не по праву, или чего он недостоин, или вам оно нужнее…»

— Железная логика, — прицокнул языком казак. — Ну а нам-то что толку с этого перстенёчка? Жарковато становится, и дышать уже нечем… Рахиль права, в чём смысл?

— Если он настоящий король, а не гоблинская аадницз, то может повелевать им, — патетично начал тётя Нюня, но сбилась, глотнув слишком много дыма. На продолжение речи её уже не хватило, пожилая женщина рухнула пластом и могла бы здорово ушибиться, если бы не бдительный молодой человек…

— Эй, на барже, кого ждём?! — перехватило инициативу плоское лицо еврейской девочки. — А ну, пулей желать чего надо, у меня уже края обугливаются!

Добрый Иван Кочуев тут же перекинул принцессу на руки тощему эльфу и бросился отдирать от стены свою возлюбленную. Рахиль орала, возмущалась, угрожала, но поделать ничего не могла — её бесцеремонно свернули в трубочку. Обстановка зримо накалялась, во всех смыслах этого слова…

— Я не… не уверен, что… — Под грозным взглядом чубатого казака тощий наркофилософ отступил к стене, с трудом удерживая на весу свою нетяжёлую супругу. — И дело не во мне, я-то точно король! Но вот кольцо… то ли оно, за кого себя выдаёт?! Начитанный и умнейший Линь Шу, всегда учил нас, что…

— Через пару минут мы задохнёмся все, как крысы в трюме, — скептически признал бывший филолог, даже не хватаясь за шашку. — Угрожать рубкой на месте не буду, смысла нет. Либо все выживем, либо…

— Иван, я всё понимаю. Но… я, право… а вдруг оно не… И что тогда моя прекрасная избранница будет вынуждена обо мне подумать?

— Возьми кольцо, лозёк йонючив! — едва ли не матом выругалась очухавшаяся Нюниэль, глотнула новую порцию дыма и откинулась уже всерьёз…

Отчаянный подъесаул тоже почувствовал, что начинает задыхаться. Воздух был слишком горячим, он обжигал лёгкие, и его было катастрофически мало! А в этот миг, как и должно по динамике сюжета, прямо из закрытой двери всплыли донельзя довольные оранжевые глаза…