Место Снов - Эдуард Веркин

Шалаш зашевелился, и на свет выдвинулись сначала крупные пятки, а вслед за пятками обнаружил себя большой чумазый гуманоид неопределенного пола.

– Это и есть эльф, – Лара указала на гуманоида пальцем.

– А я думал, просто куча, – не удержался-таки Ляжка.

Зимин представлял эльфа несколько по-другому.

Зимин представлял эльфа худым существом с утонченным лицом и благородными манерами, вылезший же из шалаша субъект был хотя и высок, но как-то грузен, с лицом как непропеченный блин. Причем грузность у него была не такая приятная и круглая, как, допустим, у Ляжки, а какая-то рыбья или даже осьминожья. Пожалуй, эльф был даже не грузным, а тучным, похожим на стог. Никакого лука у него за спиной тоже не наблюдалось, хотя все источники в один голос утверждали, что лук – непременный атрибут эльфа, эльф рождается с серебряной флейтой в одной руке и луком в другой. Из лука эльф может попасть в обручальное кольцо или даже в летящего слепня.

Лука у эльфа не было. Зато у него в обилии присутствовали длинные грязные волосы, длиннее плеч. Одет эльф был необычно для эльфа – в фиолетовое кашемировое пальто. Очень поношенного вида, надетое на голое эльфийское тело. Видимо, это пальто было когда-то элегантной вещью, но от скверного обращения все его качества нарушились.

Пальто придавало эльфу вид разорившегося банкира средней руки.

Эльф безразлично осмотрел дракона, коня, Лару, Зимина, Ляжку и сказал:

– Чо надо? Перхоть замучила? За проход платите, а то нематод напущу. С толстого в двойном размере, за вес.

Говорил эльф с ярко выраженным непонятным акцентом.

– Привет, Корова, – ответила Лара. – От Персиваля тебе поклон.

Во взгляде эльфа появилась осмысленность.

– Чюз, Лариска, – сохмылился он. – Ты… Давно тебя не видел. Зрю, у тебя все рулем. Леха не дрищет?

– Твоими молитвами, – Лара постучала по шкуре Лехи. – Здоров как коров.

– Ну, гут, располагайтесь, – довольно негостеприимно предложил Корова, указав в сторону кривого стола и врытых вокруг чурбаков. – Только не мельтешите, я бороду отращиваю.

– А чего в избушке не живешь? – спросила Лара. – Все глючит?

– Не, больше не глючит. Маусы там просто завелись, – вздохнул эльф и запахнул полы. – Большие. Никак не справлюсь. Бобровая струя нужна, а где ее тут возьмешь? Дыра-с… Хоть и Страна Мечты. А Доминикус, мой котик, слишком утончен, чтобы ловить мышей, не могу же я его заставить насильно? Мы не в Уругвае, в конце концов… А с тобой это что за человеки?

– Благородный рыцарь Батиста, Кавалер Ордена Локона и Чаши, сокращенное имя Зима, – представила Лара. – С оруженосцем Джа. Сделайте знакомство.

– Эльф фон Берлихинген, – представился эльф со значением. – Мастер Белого Огня, Двойной Протектор Сущего. Сокращенного имени нет.

– Да ладно тебе, Коровин, – засмеялась Лара. – Какой еще там Берлихинген Белого Огня! Васька Коровин… И акцент свой брось…

– Короче, – разозлился вдруг Коровин, но акцент забыл. – Давай, шпрехай чо надо, а то и в самом деле нематод напущу, потом год чесноком лечиться будете…

– Что за гостеприимство, Корова? – тоже разозлилась Лара. – Ты чего мне тут пащелками дробишь!

Сизый кот проснулся и насторожил морду. Лара спрыгнула на землю и двинулась на эльфа. Леха нахмурился.

– Ты с кем так разговариваешь, сарафан мохнатый! – продолжала Лара. – На кого раструб раззявил? Ты чо, совсем перевернутый?!

Зимин слегка удивился переходу из девочки с красными волосами сразу в красноволосую фурию. Ляжка смотрел на разворачивающуюся сцену с жадным вниманием.

– Коровин, не вешай суши мне на уши! – наступала Лара. – Каких нематод, а? Каких? Ты место-то свое не забывай! Я пальцем поведу – тут сразу армия будет! Когда на тебя колдоперы наехали, тебя кто крышевал-то?

Это впечатлило и эльфа. Он отвернулся и стал с независимым видом вертеть единственную пуговицу пальто.

– Ты перед кем на коленях ползал?! Защити, Пашка, завтра урезать приедут! А я уж тебе там…

– Колдоперы! – зашипел грузный Коровин. – Что может быть презренней презренных колдоперов?! Когда я слышу это наименование, я просто башку теряю! Я хочу рвать и метать! Жалкие ничтожные фокусники, я им всю морду расцарапаю! Я из них фенстербротов понаделаю!

Коровин вскочил, забегал вокруг стола, его пальто развевалось, и бледное пузо выпрыгивало на свет, в волосах скакали шишки, Коровин краснел и тряс кулаками.

– А тебе, матушка, уж и до земли поклониться не переломлюсь! – Эльф Коровин поклонился. – Поклон тебе эрдальный в ноги! Твой френд – мой френд и сюзерен! Приветствую тебя, мастер Зима Батиста, и простираюсь перед тобой в уважении и лобызании. А тебе, доблестный оруженосец Джа, я приготовлю пива, подобающего тебе по формату и даже…

– Пашка вот тоже хотел скоро заехать, – сказала Лара. – Посмотреть, как ты тут…

– Милости просим-с, – поклонился Коровин. – Всегда рад такому гостю, Павел Арсеньевич мой большой друг и жизненный учитель. Глаза мне раскрыл, уши растопырил. Кольчугу новую или там книжку в сафьяновом переплете – всегда битте, всегда нахбарн… Чтобы громил позорных колдоперов и мочил их повсеместно! Я ему новый меч сделаю, хотя и старый мой меч вполне ничего…

– Кстати, Корова, о мечах. Вот тут мастеру Батисте нужен один девайс[26], – Лара подмигнула Зимину. – Особого свойства.

Коровин просиял и сложил ручки на голом животе.

– Все что смогу, все что могу, – заюлил он. – Чего изволите. Любую зюзюку, любую, с любыми примочками. Эксклюзив до последнего зуба. А пока давайте-ка перекусим, закинем в топку килокалов. Вы не против?

– Не против, Коровин, – согласилась Лара. – Удиви меня, Коровин! Удиви, и я, может быть, не испепелю твою вонючую просеку…

Коровин еще раз поклонился, схватил топор с длинной ручкой и принялся с хаканьем рубить дрова.

– Он, вообще-то, хорошо материализует, – шепнула Зимину Лара. – Сделает тебе бластер, наверное…

– А мне пусть сделает… – начал было, но Ляжку не стал никто слушать.

Они присели за стол. Делать было нечего, и Зимин решил закурить. Надевая утром броню, он обнаружил в ней тайный карман, а в нем кисет табаку, трубку и огниво. Видимо, это добро принадлежало предыдущему владельцу брони. Правда, Зимин никогда не видел, чтобы Перец курил. Зимину было грустно, он набил трубку и чирканул кресалом.

С этого момента Зимин начал курить и курить, ему неожиданно понравилось. Ляжка курил и раньше. Трубки у него не было, но он быстренько вырезал ее себе из еловой коры. Они забили трубки и стали курить. Эльф посматривал на них с явной завистью и еще ожесточеннее набрасывался на дрова.