Тяжело в учении - Елена Тебнёва

Начало новой учебной седмицы вышло на редкость неудачным: в расписании стояло всего две пары, но зато — по некромагии, а это, учитывая любовь наставника к практическим разъяснениям, означало, что тихо-мирно отоспаться не получится. Выходного у меня не было. Вместо него пришлось демонстрировать мастеру Ривенсу свои сомнительные успехи в фехтовании, потом — внимательно слушать, смотреть и повторять движения, после — отрабатывать полученные знания, а ближе к вечеру я оказалась в целительском покое, потому что, говоря о своей полной несовместимости с оружием, не шутила. Рана была неглубокой, но нога болела, а ночью к ней присоединились настрадавшиеся за день мышцы. Ничего удивительного, что утром я чувствовала себя настоящей развалиной. Странное на запах и вкус зелье, которое заставил меня выпить сердобольный Лис, неожиданно помогло, однако общая усталость и недовольство жизнью не исчезли, что я с готовностью и демонстрировала, даже не думая повторять за покорными судьбе однокурсниками пассы очередного сложного заклинания защиты. Вместо этого я, подняв воротник куртки, ковыряла мыском сапога подмерзшую корочку снега и пыталась не зевать совсем уж откровенно. Чуть ли не впервые было совершенно безразлично, как отреагирует на мое вопиюще неподобающее поведение Ривенс, и отреагирует ли вообще…

— Виорика, не желаете ли присоединиться к нашим занятиям? — Голос заметившего-таки мое пренебрежение к защитным заклинаниям Лиона просто сочился медом, что, вопреки ожиданиям, немного меня взбодрило.

— Не особо, — осторожно ответила я, с подозрением взирая на хмурого наставника, который тоже выглядел невыспавшимся и не очень добрым. Я с изрядной долей злорадства понадеялась, что это сказались вчерашние прыжки с мечом — не одной же мне мучиться, в конце-то концов!

— И отчего же вы столь категоричны в своем нежелании приобщиться к предмету сегодняшнего урока? — Тон преподавателя стал опасно сладким, и не будь я так вымотана и раздражена, то непременно прекратила бы бодаться с Лионом — мне ли не знать, у кого из нас больше шансов на победу?

— На других занятиях мы вначале подробно знакомимся с теорией и лишь потом приступаем к практике! — выдала я давно выстраданную мысль, причем не только свою.

Лис, помогавший мастеру на этом занятии, за спиной Лиона делал какие-то малопонятные отчаянные знаки; Ланка же, верная самоотверженная подруга, решительно встала на мою защиту:

— Мастер, но ведь Виорика правду говорит! Например, на травоведении…

Поймав особо задумчивый взгляд Ривенса, Лантэлия осеклась и шагнула назад, вжавшись в меня спиной, как в каменную стену. Я в свою очередь пыталась слиться со снегом — хотя бы цветом лица, ибо вид Лиона не сулил ничего хорошего… «Зря, ох зря!» — вопиял нежданно-негаданно объявившийся здравый смысл, и в кои-то веки я была целиком и полностью с ним согласна.

— Значит, вам захотелось теории? — неожиданно дружелюбно, я бы даже сказала — ласково, начал мастер.

У меня мурашки по коже в разные стороны прыснули, но я все же нашла силы на короткий судорожный кивок. Лис закатил глаза и хлопнул себя по лбу, но я уже и без него поняла, что совершила величайшую ошибку, посмев что-то доказывать конкретно этому злобному некроманту.

— Что ж, — радушно улыбнулся чародей, и Ланка, не сдержавшись, клацнула зубами, — не смею противиться похвальному рвению… Виорика, Лантэлия, ступайте в свою комнату и ждите меня!

Четко развернувшись, мастер зашагал по направлению к Школе. Неуверенно переглянувшись, мы с Ланкой обреченно поплелись за ним.

— Дурочки! — припечатал вослед Лис, и негодование в его голосе мешалось с откровенным сочувствием.

Удивительное дело, но ждать нам с Ланкой не пришлось. Когда мы, нога за ногу, добрались до комнаты, за столом уже сидел Лион, непривычно радостный и улыбающийся. Я украдкой постучала по двери, Ланка изобразила что-то вроде отгоняющего злых духов знака, но, вопреки чаяниям, Ривенс не развеялся туманом. Тоскливо вздохнув, мы с подругой застыли у порога, с подозрением поглядывая на высоченную стопку лежащих на столе книг. Еще утром оной здесь не имелось. Переведя взгляд с толстых фолиантов на сияющего Лиона, я начала догадываться о причинах его полного счастья…

— Ну что же, девочки, сегодня вы меня порадовали! — довольно ухмыльнувшись, провозгласил Ривенс. — Столь искреннее рвение слишком редко, и ваша любовь к учебе — как бальзам на учительское сердце!

У меня нестерпимо зачесалась правая пятка. Ланка нервно теребила рукав, исподлобья наблюдая за мастером. За ее спиной я незаметно стряхнула сапог и со смаком почесала пятку о косяк. Косяк, старый и зазубренный, сердито скрипел и царапал кожу. Пятка продолжала чесаться.

— А потому вы достойны награды! — невозмутимо вещал Лион. — А лучшей наградой для тех, кто жаждет знаний, являются эти самые знания. Я предлагаю выполнить письменную работу. Вопросы, представленные в ней, основываются на изложенной в сих книгах теории. Дня вам будет более чем достаточно. Если же нет — что ж, я готов предоставить дополнительное время. — Не обращая внимания на наши вытягивающиеся лица, Лион невозмутимо встал и, отодвинув нас в сторонку, открыл дверь. Смерил задумчивым взглядом валяющийся в уголке сапог, переключил внимание на поджимающую босую ногу меня — и, усмехнувшись, добавил: — Да, еще… Полагаю, ваше стремление к знаниям столь велико, что вы не пожелаете покинуть своей комнаты до того, как выполните задание. Я не ошибся? — до отвращения бодро закончил Лион, с явным удовольствием глядя на наши побледневшие лица. — Что ж, девушки… Успехов!

— Кровопивец! — простонала я, едва за Ривенсом захлопнулась дверь.

Ланка молча кивнула.

Рядом с горой книг лежала стопка бумаг, испещренных заковыристым почерком мастера. Задание, которое нам предстояло выполнить в ближайшие сутки.

— Виорика… — пришибленно протянула Ланка, с ужасом взирая на стол. — Что это?!

— Книги, — кратко ответила я, водя пальцем по обложке самой верхней. Фолиантов, кстати, было всего-навсего четыре, но малое количество они изрядно окупали непомерной толщиной. — Та самая теория, на которую мы нарывались на сегодняшнем занятии…

— Да ничто на свете не стоит таких страданий! — решительно заявила подруга, демонстративно скрещивая на груди руки. — Пусть Лион хоть что делает, но я не стану это читать!