Кукловод судьбы - Светлана Волкова

– Чего кружишься? Спускайся, становись человеком, поговорим.

От удивления Эдера не придумала ничего лучше, чем последовать приглашению. Она снизилась, перекинулась и поклонилась хозяйке избушки.

– Желаю здравствовать и процветать, добрая женщина. Вы должны сами владеть искусством перевоплощения, чтобы так легко распознавать его.

– Владеть владею, да не пользуюсь. Заходи, чай только что вскипел. Знакомство без чая – дурное знакомство. Всегда говорила: человеку, не умеющему заваривать хороший чай, лучше жить в одиночестве. Иначе покатится по дурной дорожке с дурными знакомствами. Ты не подумай только, что у меня или чай плохой, или дорожка со мной дурная. У меня были свои причины выбрать одиночество.

– Отлично вас понимаю, монна. Я, например, завариваю неплохой чай – не буду скромничать. А со знакомствами что-то туго – и с хорошими, и с дурными. Хотя с дурными еще как посмотреть… Не принимайте на свой счет, ладно?

– Да тебе палец в рот не клади, – усмехнулась хозяйка. За разговором они вошли в избушку. Петушиных ножек Эдера не разглядела, густой покров мха обволакивал фундамент дома. Может, избушка просто присела на корточки?

Внутри было тепло и уютно. У дальней стены стояла маленькая печурка, на ней сидел черный кот.

– Познакомься – Лапка, – серьезно отрекомендовала женщина. – Видишь, какие у нее подушечки? Потому и Лапка.

Кошка сидела на печке, вытянув передние лапы. Подушечки и впрямь были белее самой печки. Эдера прыснула, взяла кошку за белую лапку и слегка потрясла, как при рукопожатии. Кошка недовольно клацнула пастью на ее руку.

– Приятно познакомиться, Лапка. Я Эдера.

– А меня зовут Фелион, – представилась отшельница. – Вот и познакомились, вот и чудесно. Теперь можно и чай подавать.

Она взяла ухват, извлекла из печки маленький чистенький котелок. В центре деревянного стола лежала узорная подставка. Хозяйка водрузила на нее котелок. Варево пахло хвоей, мать-и-мачехой, иван-чаем и десятком тончайших ароматов, но Эдера легко различила их все: уроки сестры Орделии – это вам не превращения в птицу! На ее удивление, кошка вспрыгнула на самую высокую табуретку и чинно уселась за столом. Фелион поставила перед ней плошку с низкими краями и плеснула туда половник варева.

– Осторожно, милая. Дождись, пока остынет.

Кошка облизнулась, но не притронулась к питью. Только не отрывала расширенных зрачков от миски. Вот они какие, лесные ведьмы! – восхищенно подумала Эдера. Вот бы стать лесной ведьмой, завести избушку с печкой, кошку, отрастить избушке петушиные ножки!.. И чтоб ни души на десятки миль вокруг. Никаких колдунов-извращенцев поблизости. Лишь деревья, травы, цветы, птицы да звери.

Фелион разлила чай в две глиняные кружки и сунулась в угол за печкой.

– Не обессудь, лепешки вчерашнего дня. Сегодня с утра чай готовила, а чтобы чего-нибудь к чаю состряпать – руки не дошли.

– Да что вы, Фелион, я уверена, это самые вкусные лепешки в моей жизни!

– Не шути так о своей жизни, деточка. Судьба любит подслушивать опрометчивые речи и ловить остряков на слове. Можешь говорить мне «ты». Даже в королевском дворце выкают только слуги господам. Чем мы хуже государей?

– А вы… ты была при дворе, Фелион?

Эдера вытащила самую поджаристую лепешку и захрустела, не удержавшись от восхищенного вздоха.

– Гляди-ка, и впрямь понравилось. Кушай на здоровье. Как хорошо, что моя стряпня полюбилась кому-то кроме меня самой. Да, мне случилось побывать при королевском дворе. Кое-кто там даже обещал заглядывать ко мне, да пока не смог сдержать обещание. Вместо него ты вот объявилась.

Отшельница хитро прищурилась. Лапка тем временем решилась понюхать вожделенную плошку и тут же принялась лакать. Фелион покрошила туда лепешку.

– Вот так, славная, кушай…

– Фелион, ты волшебница? Ты сразу узнала, что я не птица, а оборотень. Ты учуяла меня и вышла навстречу.

– Конечно, волшебница. Ты думала, все волшебники расхаживают по дворцу в черных мантиях да заседают в Магической Академии, трижды будь она неладна?

Эдера поперхнулась.

– Чем тебе не угодила Магическая Академия?

– Как ты считаешь, кому она нужна? Кому выгодна? Испокон веков магии обучались в одиночку или в ученичестве у опытного мага. Существовала в столице Гильдия Магов и Знахарей, но вступали в нее не истинно могучие волшебники, а посредственные колдунишки, чьих сил хватало, чтобы утишить зубную боль. Даже не исцелить причину боли – только утишить. Оттого и хирела Гильдия, что подлинные маги избегали ее. Ничтожества объединялись, чтобы легче было заработать на роскошь. Деньги, не магия интересовали их. А потом вожжи подхватил Придворный Маг Кэрдан. Он убедил короля Готора присвоить хирой Гильдии статус Академии. Академия – компромисс с совестью для гордецов. Теперь тот, кто вступал в магическое сообщество, не приравнивался к мастеровым и торгашам. Он становился ученым, студентом, профессором. Тут тебе и слава, и почет, и богатство. Кэрдан ввел высокие стипендии. Теперь представь себе: молодой человек из бедной семьи обнаруживает магический дар. Станет ли он, как прежде, уединяться в глуши, чтобы познать сокровища магии собственным неторным путем? За него это сделает толпа учителей, да при этом ему пожалуют стипендию. Если не леность, то чувство долга перед семьей погонит его в стены Академии. Он сможет содержать и родителей, и братьев-сестер, а если тех немного, то и родительских братьев-сестер. И нет больше учеников у старых мастеров. Зато доносится до них молва о столичной Академии. Приезжают они посмотреть на это чудо и видят, что их там ждут и желают, что приготовили для них и деньги, и почет. Так поглощает Академия и молодые таланты, и опытных магов.

– Что плохого, если молодые талантливые волшебники могут кормить семьи, а опытные мастера – обучать не одного ученика, а многих? И у каждого ученика не один учитель, а несколько? За многими истинами своя дорога заметнее, чем за одной истиной одного учителя. А еще в Академии учат не только волшебству, но и другим наукам. Человеку это на пользу, маг он или обычный смертный.

– Это что же за польза, просвети меня? Превращать людей в зомби да убивать мирных соседей? Воистину великая польза академического учения! Пока я не вижу, на что иное способны питомцы вашей Академии. Все они на виду у лорда Придворного Мага – вот ее единственная польза! Каждый талант подконтролен ему. И если у кого талант особенно ярок, а воля особенно сильна, то милорд герцог де Глисса вовремя уберет будущего соперника. Обработает так, чтобы бедолага не помышлял действовать без указки мастера. А кому достанет умишки и воли сопротивляться – в болото! Строптивцам нет места под одной луной с Придворным Магом.

– Фелион… ты говоришь это ученице Кэрдана.

– Не просто ученице, – усмехнулась отшельница.

– Как ты догадалась?

Ухмылка Фелион стала шире.