Институт благородных отбросов - Екатерина Круглова

— Зима близко! — рявкнула ива вместо "здравствуй".

— В смысле? — напугалась Виктория.

— А что — не понятно? — тяжко вздохнула дриада и повертела головой, чтобы Тори оценила масштаб катастрофы. Та развела руками:

— Если бы я хоть чем-то могла помочь… Слушай! Может быть, закажешь парик? В вашем мире делают искусственные растения? В моем были такие: из ткани, а еще — из пластмассы, но эти — дешевые, некрасивые…

Тори осеклась — вспомнила кладбище.

Она не любила кладбища, не понимала тех, кто находил подобные места трогательными, а то и — совсем ку-ку! — романтическими. Сначала, думала Виктория, нужно найти правильное кладбище. Вот только дома оно походило на лес, страшненький во всех смыслах. Неухоженные заросли цвели пластмассовыми розами и ромашками. Высохшие деревья норовили упасть и уронить что-нибудь, словно в прошлой жизни были котами. Среди аляповатых джунглей и новых надгробий торчали старые кресты, облезлые и набекрень. От этого казалось, что каждую ночь обитатели забытых могил буйно тусили. Летом в низинах кладбища стояла вода, а комары пытались косплеить малярийных москитов. Зимой было чуть лучше, но только чуть: попрощайся с дорожками, почувствуй себя женской версией Марио.

Последней каплей для юной Вики стали наставления бабушки: у живых цветов нужно обрывать стебли, иначе пары часов не пройдет, как тот же самый букет продадут возле входа кому-то еще.

"Вот-вот!" — поддакивал дед, приковывая к ограде цепью помятый чайник, чтобы самодельную лейку не украли соседи. Кто должен был покуситься на лейку — живые или мертвые, дед не уточнял.

Окажись европейская нежить в российской глубинке — заблудится в лабиринте оград, споткнется о кучу мусора и напорется на искусственные подсолнухи, которые пострашнее кольев, думала Виктория.

Она вспомнила, как вместе с дедом и бабушкой прибиралась на могиле родителей. Прибиралась и всегда препиралась: дед порывался купить пластиковый венок — не от жадности, просто чтобы украшение справлялось с любой непогодой. Бабушка терпеть не могла искусственные цветы. Побеждала, разумеется, она, и Виктория ее поддерживала. Когда две могилы превратились в четыре, возле них по-прежнему не было пластмассы и тряпок — только живые букеты.

Впервые за все время в новом мире она осознала: "Никто не принесет им цветы теперь. Все-таки, дед оказался мудрее и дальновиднее всех".

— Эй, ты в порядке? — окликнула ее дриада.

— Что-то попало в глаз, — Тори нарочито беспечно улыбнулась. Единственным местом в детдоме, где удавалось поплакать, была душевая, и даже там — без шансов на одиночество. Хныкали и скулили слабые. Прояви слабость, и твое место будет под плинтусом. Виктория давно отучилась жаловаться на жизнь. Ива оглядела ее и скептически хмыкнула:

— Врать у тебя получается как-то неубедительно. Хочешь удобрений? Вкусные, с фосфором! — Виллоу подтолкнула Тори бумажный кулек, полный странно пахнущих гранул. — Нет? О! Я знаю, что тебя развеселит. Только чур — никому! Это еще не точно, но, кажется, в этом году полковник Брунс выбил-таки из попечителей ковры-самолеты.

Секретарша сделала эффектную паузу — видимо, ожидала, что Виктория будет прыгать от счастья. Та почему-то не прыгала — ответила иве недоуменным взглядом:

— Ковры-самолеты. Понятно. А мы тут при чем?

— Ну, ты — дуб! Вы наконец-то перестанете страдать фигней на тренажерах. Вместо этого начнете тренировки на всамделишных артефактах. Повезло, — вздохнула ива, — приземленным вроде меня полеты на коврах не грозят даже во сне. А ты со своим принцем, — Виллоу подмигнула Тори, ткнув ее острым локтем, — есть в списке допущенных. Учти, — тут же нахмурилась дриада, — я тебе ничего не говорила!

— О-о-о…

Наконец-то новость уложилась у Виктории в голове. Уложилась и расставила по местам то, чему прежде не удалось найти объяснение. Упражнения на кривых бревнах. Турник на высоте четырех этажей. Бесконечные отрабатывания прыжков. Какие только версии не лезли ей в голову. Сначала — бродячий цирк, потом — парашютный десант: дроу и орки подходили идеально, остальные пригодились бы как психологическое оружие, особенно — лепреконы. Эти могли создать кризис и панику где угодно.

Правда оказалась фантастичнее всех ее диких версий. Магический институт с летным уклоном! Или летное училище — с магическим. Ха! Подвинься, Гарри. Встречайте новый состав гвардейского полка "Ночные ведьмы!".

Остался только один неразрешенный вопрос. Кому его задать, Тори не имела понятия.

— Эм-м… Не знаешь, почему ковры, а не метлы?

Ива посмотрела на нее как на опасную сумасшедшую:

— Сама поняла, какую глупость сказала? Черенок метлы — тоньше моей руки. Ты усидишь на ней при сильном ветре, в дождь или на большой высоте? — Виллу бесцеремонно постучала Тори по голове кулаком. — То-то и оно. При полковнике только не ляпни: дураков к артефактам не подпускают, а я хочу первой узнать, как у вас все пройдет. Возможно, будет тотализатор.

* * *

— О, да!!!

— О, нет!..

…и даже вариант "Я буду жаловаться!" — все это грянуло хором, едва полковник объявил радостную новость. Эхо забилось под крышей спортивной башни, спугнув летучих мышей. Ответное "Молча-а-ать! Смир-р-рно!" наградило мышей и студентов звоном в ушах, но Тори это не огорчило. В этот раз Чарли не пропустил занятие! Возможно, они будут летать вместе! Виктория едва удержалась, чтобы не расцеловать его прямо в спортзале. И, наконец, она узнала: почти все друзья зачислены. После этого день засиял, словно Сильвия опять подожгла кабинет своей тетушки.

Увы, кое-что подпортило праздник: сестры де Ре не прошли отбор: Изабель — из-за прогулов, Жозефин просто не справилась с программой.

— Не дружишь с дисциплиной, кадет, — не допускаешься до полетов! — заявил Брунс Изабель. Та не ответила, только презрительно скривила губы.

— Я догадывалась, что нас ждет, и знала: Жози не сможет. У папеньки в замке был волшебный ковер — старый, взлетал невысоко, но даже с него сестра ухитрялась свалиться. Какие-то проблемы с вестибулярным аппаратом. Глупые стереотипы! Если вендиго — горные духи, это не значит, что все мы дружим с высотой, — рассказала она Виктории. Покосилась на физрука и добавила вполголоса:

— Осторожнее. Ковры — только начало. Вот увидишь: вояка на этом не остановится.

Полковник выгнал невезучих студентов из зала. Пока двое или трое храбрецов без инстинкта самосохранения пытались с ним спорить, Виктория огляделась. Остались немногие: кроме нее и Чарли — Берик, Пейдин с братьями, дроу и — вот уж сюрприз! — Лебедка. Гномка побледнела: она явно не ожидала ничего подобного, зато Пейдин радовался, словно получил деньги. Тори представила эту парочку на ковре, улетающую в закат. За ковром по закону жанра волочится баннер "Just married"[*], лепрекон хохочет, гномка вопит о технике безопасности, ее фата прицеплена к шлему.