Сон и Пепел - Алекс Анжело

Академия Снов, тридцать один год назад…

Сара

Изабель подошла ближе и прищурилась.

— Ты нарушила приказ, — прозвучало резко. — Глава будет недоволен.

— Я не могла поступить иначе. Надеюсь, глава ордена смягчится.

— Твой дар, Сара, достояние ордена. И тебе было наказано не раскрывать его.

Я посмотрела прямо в серо-зеленые радужки, которые без всякой магии меняли цвет, бывая разных оттенков моря.

— Он мог умереть. Разве чужая жизнь не является достойным оправданием?

— Нет. Ведь ты не знаешь, как обернется спасение его жизни для тебя и ордена. Если бы он умер, то было бы распоряжение судьбы. Важно послушание приказам главы. В будущем могут возникнуть ситуации, когда придется делать тяжелый выбор. И поверь, зачастую любое решение не обходится без жертв.

Я несколько секунд молчала, обдумывая ее слова, и спросила:

— Но если я все же могу избежать жертв, почему не спасти кого-то? Разве не для этого все наши тренировки?

Изабель отошла.

— Если ты не начнешь думать иначе, то в будущем это принесет тебе немало проблем. И обители в том числе, — проговорила она. — А пока… По возвращении домой тебя ждет наказание. Отправишься в пещеры у Духовного озера. Раз ты так симпатизируешь теневым даэвам, то тьма пещер будет тебе по душе.

— Я вас поняла, — отозвалась я. От Изабель я и не ожидала другого решения. — Можно задать вопрос?

— Говори.

— Как поживает госпожа Долорес? — спросила я, с трепетом в душе ожидая ответ.

— Пока ее состояние без изменений. Но врачеватели обещают, что она скоро придет в себя.

— Насколько скоро?

Дэва смерила меня холодным взглядом.

— Сара… Наш орден гордится тобой и возлагает большие надежды. Постарайся их оправдать. Можешь идти. — Изабель повернулась спиной, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

И я покинула кабинет. Прауда снаружи не оказалось — видимо, наставник убежал по делам. Этаж пустовал, но едва я дошла до лестницы, как безмятежность светлой башни нарушилась покидающими учебные помещения даэвами.

На ступенях я встретилась с Фредериком.

— Ты видела Изабель? — сразу догадался он, останавливаясь и отступая к стене.

— Да. Это ее прислали для расследования?

— Похоже, что так.

Мама Айвен занимала одно из главных мест в ордене. И выглядело очень необычно то, что именно ее прислали в Академию Снов.

— Наверное, дело в недавней охоте, где погибли светлые.

— Возможно, — согласилась я и сразу же рассказала о том, зачем меня вызывали.

— Подземелье? — удивленно вскинул брови див. — А это не чересчур?

— Ты сам бывал там дважды.

— Все равно это слишком строго, — нахмурился он. — Я понимаю, почему ты раскрылась, но все же… — Див вздохнул. — Ладно, пока забудем об этом. Как думаешь, Айвен уже знает, что ее мама здесь?

— Теперь уже да, — ответила я, глядя на замершую на лестнице девушку. Она хотела подкрасться и напугать Фредерика, но, услышав новость, остановилась на полпути. Похоже, мы обе одновременно вспомнили о том, что дэва недавно проиграла подряд почти с десяток сражений, результат которых заносился в рейтинговую таблицу.

— Похоже, я пропала, — побледнев, испуганно прошептала она.

Когда занятия завершились, я вдруг вновь стала чувствовать. Эмоции вернулись быстро и совсем не вовремя. Мысли постоянно возвращались к наказанию. Чем больше я задумывалась об этом, тем сильнее меня одолевало беспокойство.

Ноги сами привели меня к тренировочной площадке. Сталь звенела. От множества столкновений в округе словно разливалась мелодия. Когда-то я корила Морана за то, что он выплескивал эмоции в сражении, теперь же сама была близка к этому, следя за спаррингами на площадке.

Само наказание волновало меня мало. Тревожила причина.

— Как Айвен? — спросила я, когда ко мне подошел Фредерик.

— Вроде хорошо. Хотя и получила нагоняй. Кажется, она даже рада, что увидела маму, — отозвался брат, и мы вместе прошли к скамейке, откуда можно было наблюдать за происходящим на площадке.

Значит, мне не стоит беспокоиться о кошмаре Айвен, который я увидела в кристалле? Всего лишь навязчивый страх? Возможно. Но дурное предчувствие, все равно не отпускало.

— Ах да. Это тебе. — Брат достал из кармана глухо запечатанный конверт. — Оно почему-то оказалось в моих письмах. Наверное, малец воспользовался золотой птицей. Хотел, чтобы оно скорее дошло.

Я перевернула конверт, увидев изящное «Саре», — даже в таком юном возрасте каллиграфии Сезара могли позавидовать взрослые даэвы.

Улыбнулась.

— Наверное, — отозвалась, вспоминая, как он жаловался в последнем послании о том, что письма доходят слишком долго.

— Этот ребенок меня пинает, а тебе шлет письма, — проворчал Фредерик, поднимая взгляд к небу.

— Ты просто не нашел к нему подход. Ничего, скоро он привыкнет.

— Кого-то он мне напоминает…

— Кого?

— Тебя. Правда, ты не пиналась. — Брат рассмеялся. — Лишь толкалась.

Когда я только появилась в обители, Фредерик ходил за мной по пятам. Даже когда я попыталась сбежать, чтобы еще раз увидеть свой прежний дом, он отправился меня вернуть. Далеко уйти я не смогла — дошла лишь до Духовного озера в получасе пути. Когда брат меня нашел, я попробовала толкнуть его, но он уклонился, а я свалилась прямо в озеро с невысокого обрыва.

Утонула бы, если бы брат меня не вытащил.

В то время я была не похожа на саму себя. Может быть, поэтому я нашла общий язык с Сезаром, когда он появился в обители Сорель год назад. Мне хотелось помочь этому ребенку, как когда-то помогли мне.

Я убрала конверт в карман, собираясь прочитать письмо чуть позже. Запустила руку под ворот мантии, вытаскивая серебристый кулон-полумесяц на толстой, выполненной из темного металла цепочке. Эта вещица всегда напоминала мне о детстве — беззаботном и счастливом, в котором мой отец был еще жив.