Ночь Королей. Игра с судьбой - Стелла Так

– Элис Солт. Надо же, как быстро мы встретились, – усмехнулся Джексон.

В ответ от меня он получил лишь короткое, но яростное: «Пошел ты!».

Близнецы рассмеялись. Бастион тяжело опустился на дерево рядом с Джексоном.

– Ты уверен, что нам нужна Элис? По-моему, она бешеная, – пробурчал он.

– Как ты? – спросил Айвори.

– Гав, – поддержал его близнец. Несмотря на свое состояние, я не могла сдержать усмешку.

– Вы закончили? Я хотела бы поскорее разобраться с этим, – холодно сказала Регина.

– Разумеется. – Джексон быстро вскочил на ноги. Он был одет в черную школьную форму, которая, за исключением цвета и герба, была идентична форме Честерфилда. – Готова ли она сменить сторону? – спросил он.

– Конечно, она готова, – сказала Изольда.

– Не добровольно, – мрачно бросила я. Речь между тем давалась мне так тяжело, что после этих двух слов мне пришлось отдышаться.

Джексон лишь приподнял густую черную бровь.

– Я бы сказал, что никто из нас не делает здесь ничего добровольно.

Все замерли в молчании, ожидая от меня чего-то непонятного, и я даже не была уверена, что смогу сделать это. Меня передернуло.

– Ты можешь стоять? – обеспокоенно спросил меня Винсент.

Я заколебалась и покачала головой.

– Положите ее на бревно, – предложил Джексон.

Винсент колебался, но потом кивнул. Гнилое дерево тихо скрипнуло под моим весом, когда он опустил меня на него. Передо мной стояли белые игроки, за мной – черные. И когда Бастион протянул мне окаменевшую черную руку, все взгляды остановились на мне.

– Кто это? – спросила я, вздрогнув.

– Это была Пейдж, – холодно ответил Джексон, и его взгляд переместился на Винсента. – Мы нашли ее останки несколько дней назад.

Лицо Винсента осталось непроницаемым. Атмосфера стала еще более напряженной. Мой желудок сжался, и я судорожно выпрямилась.

– Что мне с этим делать? – спросила я, хотя уже знала ответ.

– То же самое, что ты сделала с пальцем Ларк, – сказал Джексон нетерпеливо.

Винсент опустился передо мной на колени и заправил прядь волос мне за ухо.

– Просто прикоснись к камню. Ты справишься, – заверил он меня.

– Ты уверен, что все так просто? – слабо возразила я.

– Нет, – признался он. – И нам придется это выяснить.

– А если я не сумею?

Я почувствовала, как Винсент колеблется, и вздрогнула, когда Джексон вдруг схватил мой конский хвост и наклонил мою голову, обнажив тем самым шею. Бастион замер на месте и оскалил зубы.

– Если ты не сумеешь… или не захочешь… – Джексон подошел ко мне сзади, – то ты умрешь, Элис. Для процедуры передачи тебя мы договорились о временном перемирии, но это все зависит и от твоих следующих действий.

Он внезапно отпустил меня, и по моей спине прошла судорога.

– Я ненавижу тебя, – тихо сказала я, глядя на него.

Джек поднял уголок рта.

– Абсолютно обоснованно, chérie^[5].

Я сжала зубы и схватила окаменевшую руку. Едва мои пальцы коснулись холодного камня, как все тело пронзила боль, словно я припала к открытому электрическому проводу, и это произошло так внезапно и резко, что я услышала, как застучали зубы. Налетел порыв холодного ветра, и, как и тогда, с Ларк, у меня возникло чувство, будто мир перестал существовать. Как будто жизнь на секунду замерла, а бестелесный голос шептал мне в ухо стихотворение: