Тенеловы. Сердце ночи - Ольга Герр

Остаток пути мы молчали. Я смотрела в окно на подсвеченные гирляндами окна магазинов и кафе. Сколько красок в них было! Как если бы кто-то макнул кисть в радугу и щедро разрисовал улицы.

В Новый год случаются чудеса – верила я в детстве, но не задумывалась, что чудеса далеко не всегда добрые. Взять хотя бы меня: чудо разрушило мою жизнь, но этого ему показалось мало и оно принялось за мою младшую сестру.

Вадим остановил «Москвич» около гаража, но выходить не торопился. Урчал мотор. Сиденье подо мной вибрировало от его работы. Печка гнала теплый воздух с запахом бензина.

– Она сойдет с ума? – спросила я.

– Не сразу, если сумеет выстроить стену и огородить себя от теней. Тенеловы теряют рассудок из-за связи с тенями. Связь помогает нам творить магию, но она же разрушает нас. Чем чаще тенелов обращается к магии, тем сильнее на него воздействуют тени. Со временем маг перестает отличать реальность от теней. Люди называют это сумасшествием, хотя на самом деле это всего лишь неспособность контролировать свой дар.

– Но сейчас Ксюшу не преследуют тени, – сказала я.

– Она еще не проявила себя, как маг. Не обнаружила себя для теней.

Я рассмеялась – до того все было легко. И чего я испугалась?

– Пусть и дальше не проявляет себя, – заявила я. – Живет, как всегда. Не будет дара, не будет и помешательства.

Вадим развернулся и посмотрел на меня:

– Она всю жизнь проживет, как обычный человек.

– Ты бы отказался от дара, чтобы сохранить рассудок?

Он кивнул:

– Но я не уверен, что Ксюша выберет то же самое.

– А мы ничего ей не скажем. Ей не из чего будет выбирать. Ты сам говорил: меньше знаешь, крепче спишь.

Всю дорогу до квартиры мы спорили на повышенных тонах. Вадим утверждал, что человеку необходима свобода выбора. Это его законное и неотъемлемое, полученное при рождении право. Я гнула свое: незнание порой спасает от неверного выбора.

– Как ты не понимаешь, – возмущалась я, скидывая куртку в прихожей, – это для ее же блага!

– О чьем благе речь? – заслышав голоса, из гостиной выглянул Марк.

– О Ксюшином, – откликнулся Вадим и тут же выложил всю подноготную.

– Не служить тебе, Шальной, в разведке, – сказала я тенелову, а Марку пояснила: – Ксюша – моя сестра. Мне решать, что для нее хорошо, а что плохо. И я запрещаю вам сообщать Ксюхе о ее даре тенелова.

– Твое решение пропитано лицемерием, – заметил Марк. – Попав в схожую ситуацию, ты хотела, невзирая на последствия, выяснить о себе все. И заявления наподобие «это для твоего же блага» воспринимала в штыки.

– Не путай одно с другим, – я одарила Марка взглядом Горгоны Медузы, жаль эффекта, как у нее, не достигла. – И потом, это еще вопрос, стала ли я счастливее после того, как все узнала.

– О чем вы, народ? – спросил Вадим.

Я захлопнула рот. Как меня угораздило забыть, что Шальной не в курсе моего происхождения от рубина? Я чуть все не разболтала!

– Ни о чем, – выручил меня Марк. – Пустяки. Раз Светлана считает правильным держать Ксению в неведении, так и поступим. Вадим, пообещай, что сохранишь тайну.

– Как скажете, – пробормотал тенелов. – Может, незнание убережет ее на какое-то время от теней, но не рассчитывайте, что оно обезопасит ее на всю жизнь. Рано или поздно дар проявит себя.

На этом мы разошлись: Вадим отправился к своему лучшему другу – телевизору, а я – в оранжерею. В окружении мертвых растений отлично думалось. Но мое уединение длилось всего пару минут – ко мне присоединился Марк.

– Пришел отругать меня за самоуправство? – спросила я.

– Это не в моей компетенции, – сказал он. – К тому же мне понятны твои мотивы, и я считаю их благородными. Ты хочешь оградить сестру от опасности. Я восхищаюсь твоей заботой о близких.

– Но ты со мной не согласен, – догадалась я.

– Это не имеет значение. Главное, ты веришь в свою правоту. А еще я убежден, что ты никогда не причинишь вреда Ксении, тем более умышлено.

– Я не хочу, чтобы она сошла с ума, или что там происходит с тенеловами. Хватит одной ненормальной сестры, – усмехнулась я.