Дегустатор ядов - Анастасия Маркова

— С удовольствием, — отозвался он с легкой хрипотцой.

Судя по настрою Дамиана, эта ночь будет такой же бессонной, как и прежняя. Что ж, я даже рада подобной перспективе. Кто знал, сколько их еще выпадет мне?

Стоило ступить в ванную комнату, как шею пробрал морозный озноб. Противный скрип вынудил посмотреть на зеркало. Увидев рисунок кулона, молниеносно сняла цепочку и убрала в карман кителя.

— Спасибо, — поблагодарила архимага Клирела и вытерла рукавом его «творчество».

В следующий миг в ванной появился Майе, встал за моей спиной, сомкнул руки на животе, положил на плечо подбородок и несколько долгих мгновений вглядывался в наше отражение.

— Я говорил, что ты очень красива? — прошептал он на ухо.

Сердце незамедлительно пустилось вскачь.

— Нет, — немного сипло произнесла в ответ и откинула голову ему на грудь.

— Ты очень красивая, — повторил Дамиан. — Еще удивительно умная и смелая.

Отстранившись, он положил ладонь на красный кристалл. Из крана потекла горячая вода, наполняя потихоньку мраморную чашу. Не успела я снять китель, как оказалась в крепких мужских объятиях, которые уняли волнение и согрели, не хуже глинтвейна в холодную пору года.

* * *

Проснувшись, не сразу поняла, почему просторная кровать кажется узкой. Воспоминания вернулись быстро. Я улыбнулась, тихонько зевнула и перевернулась на спину. Дамиан даже не пошевелился. Он лежал на боку, погрузившись в крепкий сон. Серебристые волосы спутались, переплелись в хаотичном беспорядке, что не вязалось с характером Майе, привыкшего все контролировать. Рука невольно потянулась к светлым прядям в намерении провести по ним пальцами. Я вовремя спохватилась, сообразив, что прикосновения разбудят генерала, а мне хотелось еще немного понаблюдать за ним. У меня имелся шанс хорошенько разглядеть его и остаться незамеченной.

Широкий разворот плеч, бьющаяся жилка на шее, крепкие грудные мышцы. Внутренняя поверхность мужских рук казалась менее загорелой, чем внешняя. На тыльной стороне правой ладони от указательного пальца к запястью тянулся белый след от шрама. Нашелся он и на левом боку Дамиана. Его плоский живот поднимался и опадал при каждом вздохе. Узкая лента светлых волос убегала вниз и скрывалась за простыней.

— За рассматривание начальника во время сна вам, Морена Лоуренс, грозит серьезное наказание, — шутливо проговорил Майе, напугав меня до полусмерти. Я даже дернулась и взвизгнула. — Прости… — виновато прошептал он, придвинулся ко мне и запечатлел на губах приветственный поцелуй. — Доброе утро, Рина! Который час?

— Доброе! Начало шестого, — просипела я.

Дамиан тяжело выдохнул, лег на спину и положил руки за голову.

— Пора вставать, а так не хочется. Может, уйти в отставку? Кстати, забыл вчера рассказать довольно неприятное известие, — внезапно спохватился он. — На следующей неделе король планирует дать бал.

— Уже слышала от слуг. Что в этом плохого? — в моем голосе прозвучало удивление.

— Тебе придется продегустировать минимум двадцать бочек коньяка и столько же портвейна. Выдержишь? — вопросительно вскинул Майе бровь.

— Задача, однако…

— Вот именно. У архимага Клирела был припасен специальный амулет на такой случай. Он, конечно, пьянел, только с ног не падал и в тарелке не спал, — продолжил любимый маг. — Не находила?

— Нет, но, думаю, отыщу.

— Прекрасно. Значит, мне не о чем волноваться, — Дамиан снова улегся на бок и принялся водить пальцем по светлому участку кожи на моей груди — следу от кулона. В какой-то миг он произнес: — У меня был некогда похожий.

— Что с ним стало? — спросила я с поразительным спокойствием.

— Потерял, о чем очень жалею. Мне он был бесконечно дорог. Единственная вещь, доставшаяся от матери, — прошептала моя сердечная боль, многое прояснив и заставив испытать чувство вины.

— Жаль, — только и сказала я и поспешила сменить тему разговора: — Поговаривают, что у Ламара во дворце есть любовница. Тебе известно, кто она?

Я задала вопрос в намерении понять, стоит ли опасаться за жизнь блондина.

— Знать не знаю и знать не хочу. На дух не переношу этого сопляка, — раздраженно проговорил Майе и перевернулся на спину. — Моя воля — духу бы его здесь не было. Но он дружит с принцем, выросли вместе, поэтому и чувствует себя здесь, как дома. Почему интересуешься? Нравится?

Челюсти Дамиана были крепко сжаты, желваки ходили ходуном на скулах, губы превратились в тонкие ниточки, а взгляд серых глаз метал молнии. Неужели приревновал?

— Просто так. Нельзя? — я усмехнулась и повела плечом.

— Не стоит. Чем планируешь заняться по окончании службы? — одна неприятная тема сменилась другой.

— Пока не думала. Еще дожить нужно. Полтора года — немалый срок.

— А стоит. Сентябрь не за горами, — с необычайной веселостью произнес любимый эльф. — Вопрос решен. Король подписал вчера приказ. Пять с половиной месяцев — и ты свободна!

Вероятно, он хотел обрадовать меня, но эффект получился обратный: на глаза навернулись слезы, горло перехватил удушающий спазм, острая боль пронзила сердце.

— Такое впечатление, что ты приложил к этому руку, — не удержалась я от обвинения.

Улыбка сползла с мужских губ, на лице застыло недоумение.

— Не без этого, — не стал отпираться Дамиан.

— Зачем?

— Так надо, — включил он начальника, не пожелав дать каких-либо объяснений.

Мне только показалось, что Майе начал меняться, что в нем стали возрождаться светлые чувства, как одной фразой перечеркнул все надежды.

Выругавшись, он вскочил с постели, оделся в два счета и бросил на прощание:

— Встретимся в дегустационной!

Хлопок двери резанул по ушам и новой болью отозвался в сердце. Я накрылась с головой простыней, уткнулась лицом в подушку, еще хранившую любимый запах, и разрыдалась.

Даже сквозь плотную ткань я ощутила, как по спине прошелся леденящий ветерок.

— И что тут у нас? — скрипучим голосом поинтересовался архимаг Клирел, явившийся так не вовремя, словно караулил где-то поблизости.

— Что у нас, что у нас? Вместо ягодки на торте получили ананас! — дерзко ответила я, не глядя на соседа.

— Шутишь, значит, в порядке. Зачем сорвалась на Майе? Он же хотел, как лучше. Любой другой на твоем месте обрадовался бы подобной перспективе — уйти отсюда своими ногами, а не в сбитых досках, как вышло со мной. Зажить мирной жизнью, построить дом, завести семью…

Я выглянула из-под простыни, опустив ее до подбородка, убрала упавшие на лицо длинные пряди волос и спросила с нажимом:

— Откуда знаете? Подслушивали?