Метод новичка - Дмитрий Зимин

Никак не могу к этому привыкнуть...

— Ты правда думаешь, что может сработать? — во мне снова затеплилась надежда.

— Или они сами, или те, кто подбросил тебе записку, — философски пожал плечами Эврисфей. Или те, кто их видел, на худой конец. К нам много кто заходит.

— Ладно, — я бросил взгляд на Пенелопу. Та подмигнула и отправила в путешествие по барной стойке десятилитровую кружку... — Во сколько начинается наплыв?

— Около полудня. Ну знаешь, под покровом дня чудовища кажутся страшнее.

— Это всё потому, что тогда их можно разглядеть во всех чудовищных подробностях, — ляпнул я, не подумав.

Эврисфей расхохотался.

— Мне нравится твоё чувство юмора, малёк, — он осторожно хлопнул меня по спине.

Светало.

Задница осторожно просовывал белые пальцы в узкие, как бойницы, окна под самым потолком, в его лучах танцевали крупные, как моль, пылинки.

Народ потихоньку начал рассасываться.

Лилит, помахав мне на прощанье, упорхнула, в обнимку с Гавриилом.

Пила и Шаробум уехали ещё раньше — горилл объяснил, что новые знакомые пригласили их на свой загородный трек, погонять на байках, и я не стал возражать: проблема с охраной отпала сама собой, так что пусть ребята развлекутся.

Я зевнул.

— Если надо перекантоваться, наверху есть свободные комнаты, — посоветовал Эврисфей.

— Спасибо, — внезапно я почувствовал себя бодрым и полным сил: к нашему столику направлялась Пенелопа... — Но меня уже пригласили.

— Готов, красавчик? — широко улыбнулась девушка.

Она может укачивать меня на руках, как младенца, — с затаённым ужасом подумал я. И поднялся.

— Всегда готов.

— Тогда идём, — и она пошла между столиками, покачивая бёдрами так завораживающе, что я чуть не забыл попрощаться с горгонидом.

— Уважуха, малёк, — прошептал тот, пожимая мне руку. — Я это говорю, потому что Пенелопа — не из тех девушек, что бросаются на первого встречного. Понимаешь, о чём я?

— Она мне правда нравится, — сказал я совершенно искренне.

— Надеюсь, — улыбнулся горгонид. — Не хотелось бы потом наткнуться на твои глазные яблоки в рагу.

Я поперхнулся.

— Шучу, — Эврисфей улыбнулся ещё шире. — Обычно Пенни сама съедает самое вкусное...

Прекрасную горгониду я догнал уже в дверях. Галантно открыл перед ней дверь и мы вышли под начавшие припекать лучи Задницы.

— Я живу недалеко, в Шлюшьих Ямах, — улыбнулась Пенелопа.

А потом наклонилась и поцеловала меня.

И я погрешу против истины, если на скажу, что этот поцелуй захватил меня ЦЕЛИКОМ.

— Ух ты, — сказал я, когда снова смог дышать. — Шлюшьи Ямы — какое обнадёживающее название.

— Это квартал Белошвеек, — пояснила Пенелопа, беря меня за руку и устремляясь к парковке, на которой одиноко посверкивали хромом всего несколько байков. — У мадам Люсинды отличная охрана, да и плата умеренная.

— Никогда там не бывал, — совершенно искренне заявил я.

Но когда мы подошли к моему транспортному средству, Пенелопа настороженно остановилась.

— Что это такое, Макс? — спросила она.

— Эт' чоппер, детка, — ну не мог я удержаться. А вы бы смогли?.. — Он принадлежит Энди.

— А где сам Эндимион? — внезапно в глазах горгониды стало слишком много оранжевых искр...

— Там же, где и всегда: у себя в казармах, во дворце патриция, — поспешно заверил я Пенелопу. — Энди мне его просто одолжил.

— Байкеры не одалживают свои машины, — горгонида недоверчиво сложила руки на груди. Я сглотнул.

— Думаю, у него просто не было выбора. Ведь чоппер для меня попросила его девушка, Лолита.

Пенелопа оттаяла так же быстро, как и отморозилась. В глазах её заплясали восторженные зайчики, а на губах расцвела широкая улыбка.

— Так ты знаком с Каллиопой?

— Э... Мы вместе работаем, — дипломатично увильнул я. — И если ты её хорошо знаешь, то должна понимать: ей трудно отказать в просьбе.

— Да, Лола бывает очень настойчивой.

— Наверное, это у них семейное, — я перекинул ногу через седло, вежливым кивком пригласив Пенелопу устраиваться позади меня. — Пил я как-то с её старшим братом...

— ТЫ ПИЛ С БРИАРЕЕМ?..

— Ну да, — я немного оторопел. — Когда был у него в гостях, на Оранжевом море...

— ТЫ БЫЛ У НЕГО ДОМА?

Она смотрела на меня так, словно я только что признался, что я — человек-паук.

Это льстило.

Но также заставило втихую порадоваться: Пенелопа пригласила меня до того, как узнала о моих крутых "связях"

— Ребята ПРОСТО УМРУТ, когда я им про тебя расскажу...

— Если ты ещё не передумала, может, уже полетим?

Стыдно признаться: но мне, крутому ловеласу, и лучшему другу горгонид, страшно хотелось по-маленькому.

Выпитое пиво, согласно законам выпитого пива, просилось наружу...

— Ещё бы! — Пенелопа восторженно махнула ресницами. — Расскажешь мне парочку историй про Бриарея?

— Ты действительно хочешь слушать истории про Бриарея? — сердце моё упало.

— Он — легенда, — отрезала Пенелопа. — Но их я хочу услышать ПОСЛЕ того, как мы с тобой хорошенько познакомимся, — и улыбнувшись, она поцеловала меня так, что я моментально забыл все обиды. — Только, если ты не возражаешь, полетим на моём байке, — промурлыкала она мне на ушко. — Стрёмно, если рядом с моим домом заметят чоппер эцилопа. Могут пойти неправильные слухи.

А через несколько часов, уже конкретно так после полудня, я спрыгнул с байка на той же самой стоянке, и пьяно покачнувшись, опять поцеловал Пенелопу.

Народ! Не покривив душой, могу признаться: кажется, я влюбился. И знаете что? В постели разница в росте ВООБЩЕ не чувствуется.

— В дневной смене сегодня Эмпедокл и Эсхил, — сказала горгонида после того, как у меня закончился кислород не только в лёгких, но и в других частях тела. — Шепнёшь им, что ты мой парень, и они откроют тебе счёт.

— А я твой парень? — можете смеяться, но мне понравилось, как это звучит.

— После всего, что между нами было? — лукаво прищурилась горгонида. — Ты пользовался моим лосьоном для бритья!

Я моргнул.

— Шучу. Лосьон оставил мой жених.

Я икнул.

— Вкус на парфюм у него отменный.

— Это я ему подарила.

— О...

Мы вновь принялись целоваться. Как подростки, честное слово. Нет, правда. Я давно такого не чувствовал. С тех пор, как ухаживал за Кассандрой...