Ночь девы - Юлия Бабчинская

Камень без символа, сломанный силоцвет… И я возвращаю ему былую мощь. Я нашла ему не только символ, но и хозяина. Я…

– Благодарю, – слышу далекий голос, доносящийся из зеленых глубин камня.

На этот раз я вкладываю силоцвет в руку Бено. Странно видеть советника с такой искренней улыбкой. Но вдруг лицо его искажается, зеленые молнии бегут по рукам, добираясь до глаз. Бено падает на колени, но камень не выпускает. В его глазах пылает безумный огонь – белое, зеленое, синее пламя. Волнистые медно-рыжие волосы встают дыбом.

– Бабушка! Надо ему помочь!

– Стой, Ирис! – строго отвечает бабушка Лирия. – Теперь он должен сам. Ты и так сделала много. Даже больше, чем может кто-либо другой. Гораздо больше.

Под суровым взглядом бабушки я замолкаю. Если она силомант, то должна знать про камни все. Она ведает, что правильно, а что нет.

Спустя несколько бесконечных мгновений напряжение уходит из тела Бено, его ноги подкашиваются, и он падает на пол.

– Не трогайте его, пусть поспит, – приказывает бабушка, никто с ней не спорит.

За окном мир обретает прежние очертания. Небо проясняется, стихает. Будто и не было бури.

– Самое время пить чай, – говорит Мадьес, уходя на кухню и бурча под нос ругательства.

Я сижу в обнимку с книгой и читаю про Изумрудный Ураган – так называется силоцвет Бено. В этом камне соединены стихии воздуха и огня, что, как говорит бабушка, довольно редкое явление.

– Стихиями управляют элементали, – возмущается она, расхаживая из стороны в сторону. – Как случилось, что у нас под носом оказался силомант, да еще с такой способностью! Почему я не учуяла его?

– А должна была? – спрашиваю я, оторвавшись от книги. Меня теперь от нее за уши не оттащишь. Хочется узнать о камнях все. Интересно, а про меня она знала?

– Конечно! Силоманты за версту чуют друг дружку.

– Странно, – говорю я, вбирая в легкие воздух. – Ничего не чую.

Бабушка лишь машет на меня рукой:

– С тобой отдельный разговор! Возможно, Бено тоже скрывал свой след, как и я, и твой отец. Вот только… в одиночку он бы ни за что не справился, слишком мал.

– Сейчас много чего странного творится, – говорит Лорд. – Пока я ехал сюда, в небе было полно белогрудок.

– Вестницы смерти… – ахает бабушка. – Они летели к нам или от нас?

– К вам. Лучше на время уехать из королевств. Особенно вам, бабуля. Вы в наибольшей опасности.

– Это еще почему? – говорит бабушка, подбоченившись.

– А вы сами-то как думаете? Откуда тут крылатый голем?

– Здесь должно быть какое-то разумное объяснение. Я долгие годы жила в королевстве, и если здесь и случалось что-либо магическое, так крайне редко. Вся магия осталась за Огненной Долиной, здесь она давным-давно никому не нужна. Не один год создавались легенды и страшные сказки про камни и магию. Мы очень надеялись жить… нормально.

– И все же сюда смог пробраться стратум, чтобы разбередить свое гнездо.

– Сюда или отсюда? Я много чего слышала про стратумов, но сквозь Огонь Очищения они бы не прошли.

– А вы давно были в Долине? Кто-то наследил там и оставил лазейку. Ваша защита нарушена.

Я кручу головой из стороны в сторону, стараясь поспеть за их разговором. Мне многое неясно.

– Вы не могли бы говорить понятнее? – вспыхиваю я и тут же вспоминаю, что прочла недавно о своем авантюрине. Не от него ли я стала такой раздражительной?

Делаю несколько глубоких вдохов, стараясь успокоиться. Бабушка и Призрак мельком бросают на меня равнодушные взгляды и снова погружаются в свою чрезвычайно важную, но нервирующую меня беседу.

– Да и откуда взяться стратуму! Последние из них сгинули полвека назад, – говорит бабушка.

– Не совсем так. Вы забыли о битве в Нижбургском замке? Или до вас эти вести не долетели?

– Я слышала. Но слухи быстро угасли. Это было похоже на очередную байку.

– Я был там. – Призрак сжимает руки в кулаки.

Алые шрамы скрыты перчатками, только не чешуйчатыми, а обычными. Бабушка все же не удержалась и вернула костюму Призрака приличный вид.

– Сколько тебе лет, мальчик? Эта битва, по слухам, была на юге, в королевстве Прим, около тридцати лет назад. Ты выглядишь гораздо моложе, а ведь ты даже не…

– Я был там, и точка. – Призрак сутулится, уставившись на чаинки, которые плавают по янтарной поверхности в его кружке. – Стратумы уничтожили всех, кто имел для них значение.

– Очевидно, что ты не имел… – добавляет бабушка.

– Один из стратумов здесь, и это все, что пока важно. От него нужно избавиться как можно скорее. Его следует не просто изгнать, а уничтожить.

– Месть не делает из человека героя, – говорит бабушка, подходя к сундуку с мамиными вещами.

– А я и не планировал быть героем, – угрюмо отвечает Призрак и отворачивается.

Я встаю со скамьи и подхожу к бабушке, не в силах даже посмотреть сейчас на Призрака. Даже не знаю, что ему пришлось пережить, но боюсь спросить. Может, позже… Когда мы останемся наедине.

– Тебе помочь? – спрашиваю я у бабушки.

– Я хочу, чтобы ты забрала вещи Сирин. И одно платье в особенности. Я сама сшила его для твоей матери, не без помощи силоцвета. Возможно, оно сможет рассказать тебе что-то большее, чем могу я.

– Рассказать? Платье?

– Да, когда ты наденешь его.

Вдруг на меня наваливается необычайная усталость, и бабушка чуть смягчается, становясь той, которую я знала раньше.

– Иди наверх, Ирис, и отдохни. Когда будешь готова, вы вернетесь в замок, а я пока попробую что-нибудь разузнать о твоем отце. Его слишком долго нет.

Я обнимаю бабушку и иду прочь с кухни. Призрак встрепенулся, желая последовать за мной, но бабушка грозит ему метлой и указывает на стеклянную дверь.

– Жди ее в саду, плут несчастный, – говорит она, проявляя верх гостеприимства. – Таким мерзким шакалам, как ты, нечего делать в моем доме.

Призрак оскаливается и выходит наружу. А я-то уж было подумала, что буря между ними улеглась.

Изумрудный ураган (на алтыни – esmaragdes tempestum) – сила повелевать бурей. Соединяет две стихии – воздуха и огня. При должном усилении навыка возможно мощное объединение этих стихий или при необходимости их разъединение. Наделяет обладателя мужеством и верой в свои силы.

Др. названия – Путь к славе, Лесная молния, Проклятие Небес.

На рассвете мы уезжаем из бабушкиного особняка. С виду дом держится на одном честном слове. Странно, что ураган и вовсе не смел его с лица королевства. Травяные заросли, бурелом, развороченные ворота.