Герой высшего качества - Дмитрий Казаков

— Готово… что дальше? — пропыхтел Егор, вытирая со лба пот и глядя на лежащих спутников.

— Это ты у меня спрашиваешь? — уточнил Яхирон. — Поверь мне, я не знаю.

— Ждать, — ответил Аладдин. — Они должны очнуться, сбросить наведенное Ка… этим городом очарование.

Ждать пришлось долго — Егор успел поесть, а солнце спустилось к горизонту, когда Ганди-Ла зашевелился.

— Что это? — спросил он слабым голосом, отпихивая рубаху с лица. — Где я?

— Только не гляди в ту сторону! — поспешно воскликнул Егор. — Опять попадешься.

Рахива сел, ошалело заморгал желтыми глазами:

— Я помню, мы увидели город… а потом меня понесло к нему, точно по тоннелю… я слышал музыку, ужасную музыку, и видел силуэты, уродливые и нелепые, что танцевали в бездне…

— Глюки поймал? — Яхирон хихикнул. — У вас, четырехконечностных, это бывает.

— Главное — больше туда не гляди, — повторил Егор, понимая, что его самого до сих пор тянет посмотреть на жуткий город. — А лучше нам отойти подальше, туда, откуда не видно ничего.

— Да, здравая идея… — Ганди-Ла закряхтел и встал.

Бешеного Соню подняли в воздух левитационным заклинанием, Егор повел за собой пони, и они отправились на юг, прочь от гор, в чащобу. Стало легче, когда циклопические здания скрылись из виду, а затем весь мир затопила ночная тьма, показавшаяся уютной, как теплое одеяло.

Махот пришел в себя уже на стоянке, когда они развели огонь и принялись готовить ужин.

— Ну хренота… — сказал он, резко садясь. — А?

— Ты как себя чувствуешь? — заботливо осведомился Ганди-Ла. — Голова не болит? Что видел?

— Нет, — ответил Бешеный Соня непонятно на какой вопрос, а затем рухнул обратно и захрапел, давая понять, что перешел в обычный непробиваемый сон и что до утра кантовать его бесполезно.

Серый замок Ольвхоретан Пердигийский Младший возводил, не особенно заглядывая в «Справочник по цитаделям Темных Властелинов», и поэтому строение получилось не пафосное, лишенное мрачно-злобно-отпугивательного имиджа, но зато удобное и в плане обороны, и в плане обычной жизни.

Тут даже имелась весьма продвинутая для фэнтезийного мира система канализации.

Для особых совещаний Три Пальца, тем не менее, использовал не просторный зал, расположенный в донжоне, прямо под заклинательным покоем, а спрятанную в подземелье комнатушку, и вовсе не потому, что страдал клаустрофилией или хотел произвести впечатление на тех, кого приглашал на совещания.

Нет, величайший черный маг Нифигляндии просто знал все о шпионских чарах и о том, как с ними бороться.

В зале тоже проводились совещания, но, как бы это сказать, «на публику», а заметив, что их подслушивают, Ольвхоретан удовлетворенно вздыхал и продолжал вдохновенно «нести пургу».

Настоящие же обсуждения проходили на глубине десяти метров ниже уровня земли, в помещении, которое было невозможно обнаружить с помощью магии, и о существовании коего знали даже не все приспешники. Здесь принимались решения, обсуждались секретные вещи, а порой осуществлялись показательные казни, быстрые, но зрелищные и жестокие.

Сегодня ночью в секретной комнате находилось пятеро людей, точнее — двое людей, вампир, баргуд и гоблин.

— Все в сборе, однозначно, — сказал Три Пальца, наливая вина в серебряный кубок. — Докладывай, Диро.

Лик Ужаса, меж своих откликавшийся на обычное, «мирское» имя, пригладил волосы и заговорил:

— Кодрон взят, в нем установлен порядок. Прежние власти во главе с председателем магистрата Арно Вельдаром оказывают содействие. Они добровольно, — он презрительно хмыкнул, — взяли на себя содержание нашей армии. К выступлению на Смутный лес мы будем готовы через месяц, с учетом того, что придется провести отвлекающую операцию против гномов Серых гор. Если этого не сделать, они сами могут ударить нам во фланг и спутать все карты.

— Что слышно из владений Ушастого Папаши?

Синее лицо баргуда отразило недовольство:

— Эльфы хорошо стерегут рубежи. Нашим лазутчикам не удалось проникнуть туда. Мы смогли захватить языка, а также получить косвенные сведения — они объявили мобилизацию, а также собрали и отправили через Великое Дупло группу Хранителей.

— Хранителей? — Три Пальца фыркнул. — Как это похоже на остроухих — верить во всякие древние байки. И эта их Великая Дупа — курам на смех. Полезная вещь, не скрою, но уж слишком много ограничений на ее использование: армию не проведешь, области выхода четко локализованы…

Вслед за хозяином замка заулыбались и его гости, только бледная физиономия вампира осталась неподвижной.

— Теперь ты, Арчибальд, — Ольвхоретан перевел взгляд на второго человека, высокого и мощного, с гривой пепельных волос и татуировкой в виде драконьей головы на щеке.

— Мы готовы выступить в первый день грибневика, — сказал человек. — Непокорные будут покорены, города их — сожжены, а предводители — посажены на колья. Ожидаемое время, что уйдет на операцию, — два месяца, до начала осенней распутицы. Все гоблинские княжества и республики от Тол-Астор до Буревого мыса окажутся под вашей пятой, повелитель.

— Так быстро? — усомнился Три Пальца. — Это же тебе не три пальца откусить…

— Основные силы коалиции Северо-Запада будут сокрушены в первой же битве, — Арчибальд говорил неспешно, но уверенно. — В каждой из крепостей есть подкупленные предатели, что откроют нам ворота. Может затянуться лишь осада Тол-Вардиса, но самое позднее к весне и он будет взят. Без осеннего подвоза продовольствия они долго не продержатся, а гавань мы перекроем в первую очередь. Неплохо было бы начать партизанскую войну в северных лесах, но мы, насколько я знаю, остались без союзников…

Ольвхоретан помрачнел, залпом выпил еще один кубок вина.

— Это так, — сказал он. — Храм Пожирателя в предгорьях Табурона сокрушен, и я до сих пор не понимаю, как это вышло.

— Ходят слухи о герое, — шипящим голосом проговорил вампир, и глаза его вспыхнули.

Кровосос откликался на имя Рагудил, служил еще Сумрачному Властелину Костей, а после его падения два десятилетия укрывался в заброшенном могильнике на Островах. Сколько лет он прожил, Три Пальца точно не знал, зато понимал, какой магической силой обладает этот приспешник, и поэтому старался без особой необходимости его не раздражать.

— О герое? — Лик Ужаса пощелкал себя по рогу.

— О герое? — лицо Арчибальда отразило удивление.

— Ну да… он явился, — Ольвхоретан махнул рукой. — Но, во-первых, он слаб и ничтожен, а во-вторых, ни вам, ни мне нет смысла тревожиться об этом типе — им занимаются профессионалы.

— Так это он сокрушил храм, повелитель? — спросил Арчибальд, отличавшийся, помимо дара управлять войсками, еще и упорством, и привычкой получать ответы на свои вопросы.