По краю Вечности - Дарья Гущина

Вернее, действительно страдал от безделья лишь Эраш. Бальзар же сразу впал в спячку и не подавал признаков жизни. А мой рыжий спутник, отоспавшись и не зная, куда себя девать, нервно расхаживал по еловой пещере то по кругу вдоль стен, то по прямой мимо костра, чем скоро начал раздражать.

— Мне скучно!

— Хочешь летописи почитать?

— Да! — обрадовался он.

— А тайнопись темных знаешь? — да, здесь у меня наконец нашлось время, чтобы освоить случайную находку, прежде скрытую в Спящем страже.

— Нет… — мой собеседник тяжко вздохнул.

— Но бродить заканчивай, дыру же в полу протрешь.

— Может, ты мне расскажешь что-нибудь? — робко попросил он, присаживаясь на одеяло напротив меня.

— Может, и расскажу, если дочитать дашь, — отозвалась я.

— А в нишах можно порыться?

— Ройся, — разрешила я. — Только не разбей ничего.

Не успела я дочитать летопись, как Эраш в очередной раз меня отвлек, издав дикий вопль радости. Я неохотно оторвалась от свитка:

— Чего орешь?

— Карты! — он в восторге потрясал толстой потрепанной колодой. — Сыграем?

— Делать мне больше нечего, — фыркнула я.

— Проиграть боишься? — прищурился весело.

— Старый, избитый и дурацкий прием, — я пожала плечами. — Не пройдет. Я не в том возрасте, чтобы вестись на провокации.

— Ну, пожалуйста! — заныл Эраш. — Давай пару раз сыграем, для разнообразия… — и посмотрел с таким непередаваемым выражением тоски и мольбы в глазах, что я не смогла отказаться. Поганец, совсем как Джаль…

— Ну… пару раз давай. Но потом ты сам займешься развлечением себя.

— Ладно! — и он шустро сел ко мне на одеяло.

Я пододвинулась и отложила летопись, наблюдая, как он ловко мешает колоду. Серые измусоленные карты быстро мелькали в гибких ладонях, не выскальзывая. Хм, а игрок он заядлый… Проиграть я не боюсь, но…

— Замечу мухлеж — будешь развлекать себя сам, — предупредила я.

— И не собираюсь мухлевать! — обиделся парень, но взгляд отвел.

— Во что играем? — я подобрала под себя ноги.

— А во что хочешь?

— Да мне все равно.

— В битву теней тогда, — решил Эраш, раздавая карты.

Самая распространенная игра, основанная на легенде об эпохе Войны. Я взяла свою стопку карт и внимательно ее перебрала, заодно припоминая правила. В последний раз я играла в карты, будучи Младшим искателем, а после сама начала возглавлять поиски, и свободное время кончилось. Так… Колода раздавалась полностью и состояла из трех ходовых мастей — света, тьмы и сумерек, и одной отличной — карт Девятерых неизвестных, Великой, Вечности и пустышки, которая била любую старшую карту, включая карту Вечности. В каждую из ходовых мастей входило по двенадцать карт — по четыре карты магов Младшего, Среднего и Старшего поколений.

— У тебя больше Младших, ходи первой, — с довольной улыбкой сообщил Эраш.

Еще бы ему не улыбаться — собрал шестерку Девятерых плюс Вечность… Да рано радуется. Я начала с Младшего сумрака. Суть игры — в том, чтобы забрать все возможные биты. Вариантов хода три: либо побиться старшей картой той же масти, либо — отличной мастью, либо развязать поединок, выставив карту другой масти, но того же ранга. И Эраш так и поступил, выставив против моего сумрака Младшего светлого.

Игра пошла. Я вставила Среднего светлого, он — Старшего. Я хмыкнула и развязала второй поединок, выставив темного Старшего, на что Эраш ответил Старшим сумраком. Карты с азартным шорохом ложились друг напротив друга. Зная карты противника, я просчитала стратегию на пять ходов вперед и, не закрывая первого кона, выманила у него по очереди три карты Девятерых и Вечность. И, определив число оставшихся на руках карт, выложила на Вечность пустышку.

— Мой кон, — я улыбнулась. — Дальше можно не играть.

— Как так? — не понял он. — У тебя же одна мелочь осталась, а у меня — еще три отличные!..

— А ты посчитай, сколько карт у нас на руках, — посоветовала я. — Всего в колоде сорок восемь карт, а в моей бите — тридцать. Сколько тебе достанется в итоге?

Эраш разочарованно сплюнул и кинул свои карты поверх биты.

— Теперь ты мешай, — буркнул он, видимо, сетуя на примету картежников: кто мешает, тот проигрывает.

Я перемешала, и все началось по новой, но с прежним результатом — я неизменно выигрывала. В битву теней мы сыграли пять раз, и парень, устав проигрывать, предложил попробовать что-нибудь другое. Я пожала плечами и согласилась, хотя планировала не более двух игр. Но, видимо, взяли свое воспоминания о вечерах у костра, когда мы собирались играть большой компанией, с тремя-четырьмя колодами и кувшинами вина, и резались в карты до рассветных сумерек. А потом, похмельные и не выспавшиеся, уныло бродили по окрестностям, усердно изображая поиски, чтобы вечером опять продолжить веселье. Оказывается, я так соскучилась по прошлому…

— Нет, это нечестно! — не выдержал Эраш, проиграв подряд три раза в шепот Вечности, два раза — в круг Девятерых и пять раз — в сети сумрака.

— Нечестно — потому что ты думаешь, будто играешь лучше меня, а я не даю тебе мухлевать? — весело уточнила я.

— Но у тебя карты всегда хуже!..

— А ты не думаешь и не просчитываешь ходы, — возразила я. — Играешь, положившись на «а вдруг», ради интереса, а не ради результата, поэтому и остаешься ни с чем. И нечего дуться, я не играю в поддавки. Учись проигрывать, парень, пригодится в жизни. И, кстати, на будущее — никогда не играй с искателем.

— Почему?

— Потому что удача всегда на нашей стороне, — пояснила я, рассеянно мешая карты. — Знаешь, как нас принимают в гильдию? Мы должны пройти самое главное испытание — на удачливость, ведь искатель без удачи — ничто, пустышка. Можно выучить все летописи хранилища наизусть, можно пройти испытания на настойчивость, храбрость и отчаянность, но без удачи все это — будущий наставник, а не вольный искатель. И, конечно, не претендент на золотой узел и главные тайны мира.

— И ты никогда не проигрывала? — недоверчиво прищурился Эраш. — Ни разу?

Я помолчала, глядя на костер. В обычных играх и испытаниях — нет, никогда. Но главную игру — с жизнью, судьбой и Вечностью — пока с большим трудом сводила к ничьей. Все, что я имела — или думала, что имела, — все поставила на одну карту: и любимого человека, и истинный путь, и жизненные ценности и достижения, и… собственную душу. Поставила, рискнула и ответила на развязанный Вечностью поединок. И проиграла, отдав ей «битой»… почти все, что имела. И вышла на второй поединок, имея лишь собственное истерзанное «я» и… главный козырь в рукаве. Да, опять тот же самый, но зато… Это пустышка, бьющая даже карту Вечности, — отчаянная искательская удача и холодное, рассудительное безумие темного. Гремучая смесь. Беспроигрышный вариант жизни, несмотря ни на что.