По краю Вечности - Дарья Гущина

Эраша, понятно, такие сантименты не интересовали, и пока я заканчивала свои дела, парень просидел у порога башни в обществе бальзара, размышляя о вечном — как, наконец, избавиться от моего «приятного» общества и выжить.

— Перекусить не хочешь?

Он вздрогнул, подняв на меня испуганные глаза:

— Н-нет, пожалуй…

Подходило время отлета, и Эраш очевидно трусил. Мне, признаться, тоже было не по себе. Не сказать, что я боялась… нет, я боялась. И досадовала на то, что не придумала ничего другого. Я так долго пряталась от Вечности, у меня оставалось так мало времени и так много дел, и столкнуться с ней лицом к лицу до того, как…

— Тогда не будем тянуть, — я положила на крыльцо сумку и спустилась со ступеней.

И — последний прощальный взгляд на башню гильдии, а в ушах — тихий шорох прощальных слов схаали, повторяющей давнее предсказание. И в этой жизни я останусь той, кем она меня нарекла, но после… Кто знает. У всего есть конец, только он — для чего-то начало, и все может быть, и все будет, хоть и в следующей жизни… До которой — полсезона Пыльной луны и целый — Дождливой. И еще есть, куда успевать, и еще есть, что заканчивать.

Я достала свиток с заклятьями, внимательно вчитываясь в нужное. И, выучив необходимые слова, собралась приступать к делу, когда меня прервал Эраш:

— Рейсан? Скажи, кто тебя так назвал?

Я недоуменно подняла брови. Парень имел дурную привычку — в самое неподходящее время задавать не относящиеся к делу вопросы, на которые я не всегда могла ответить честно. А иногда вообще ответить не могла.

— Как «так»? — я уткнулась в летопись и сделала вид, что мое недоумение связано исключительно с заклятьем.

— Рейсан — значит «неузнанная». Почему?

— Потому что Эраш значит «ненайденный», — буркнула я. — Кто тебя так назвал? И откуда ты знаешь древний язык хранителей Перекрестка?

— А ты?

— Я — искатель, и мне положено все знать.

— А я… ну, знаю и все тут… Так кто?

— Приемный отец.

— Но схаали говорила, что имена связаны с сущностью, а не с придумками родителей.

— Иногда — да. Но есть такие случаи, когда сущность ни при чем.

— Какие?

— А вот это уже не твое дело.

— Почему?

— Потому что.

— Это не ответ!

Да, это… попытка от него спрятаться. Как и вопросы моего спутника — это попытка протянуть время и отсрочить неминуемое.

— Слушай, мальчик, если ты боишься, то оставайся, — вкрадчиво заметила я. — Оставайся здесь, жди подходящей случайности, думай о смысле жизни и сущности человеческого бытия. Но не заговаривай мне зубы значением имен и прочими глупостями, ясно? Заклятье я все равно применю, яйниха вызову и улететь — улечу. А твои попытки протянуть время за разговорами выбраться нам отсюда не помогут. Это ты понимаешь?

— Да, — Эраш покраснел.

— Чудесно. Тогда прикуси язык и не отвлекай меня.

Я сосредоточилась и на одном дыхании проговорила заклятье призыва. И воздух вокруг меня сгустился, почернел, зарябил от шороха сильных крыльев. Я махнула рукой, развеивая тьму, и с интересом взглянула на очередное существо мрака. Древнее создание эпохи Изначальности поразительно напоминало одновременно птицу, летучую мышь и змею. Узкое чешуйчатое тело, птичьи лапы и хвост, хрупкие на вид паутинные крылья летучей мыши и воронья голова с узким клювом и внимательным янтарным взором. Я невольно вспомнила о Молчуне. Как он там, птичка моя?..

— Это… оно?

— Оно, — я подошла к яйниху и подняла руку, с любопытством ощупывая его шкуру. Крупная и теплая черная чешуя оказалась мягкой, как пух, и слегка топорщилась, словно перья.

— И… оно нас отвезет? — Эраш с трудом скрывал дрожь в голосе.

Я едва заметно улыбнулась:

— Что скажешь, дружок? Отвезешь?

Яйних наклонил набок голову и тихо каркнул.

— Отвезет, — существо присело, и я быстро забралась на его спину, удобно устроившись меж крыльев. — Забирайся, и полетели.

— Я не помещусь, — предсказуемо заупрямился парень.

Я устало закатила глаза:

— Хорошо, тогда прощай.

— Но ведь ты не бросишь меня здесь!..

— Брошу, — я с трудом подавила острую вспышку злости. — Брошу без стыда и совести и нисколько об этом не пожалею, клянусь тьмой!

— Подожди…

Эраш шмыгнул носом, набираясь мужества, и на негнущихся ногах подошел к яйниху. Тот снова присел, и парень, помедлив и кинув на меня отчаянный взгляд, кое-как угнездился позади.

Вдвоем на спине создания действительно оказалось тесновато. Поерзав и поворчав друг на друга, мы с Эрашем подготовились к отлету, и я в последний раз посмотрела на башню гильдии Девятого. Прощай, мой древний дом… Благодарю за приют и знания, но… Мне пора в путь. Дорога не любит ждать.

Яйних шумно взмахнул крыльями, подняв тучи снега, и земля в одно мгновение сжалась до размеров расплывшейся по листу кляксы.

— Глаза закрой! — резко велела я, зажмуриваясь. — Увидишь Вечность — окажешься на ее пороге, и даже я тебя оттуда не вытащу.

— Понял, — хрипло откликнулся парень.

В лицо ударило пронзительное дыхание мертвого холода. Я изо всех сил вцепилась в оттопыренные чешуйки, а Эраш — в меня. Ледяной ветер тяжелыми складками плаща обвивался вокруг тела, колючими комками забивал нос и горло, не давая вздохнуть. Пальцы онемели, ладони под перчатками вспотели, на лбу выступила холодая испарина.

Задыхаясь, я из последних сил цеплялась за чешую, чувствуя, как холод по капле высасывает из меня тепло, разрывая связь тела и разума, отнимая последний, подменяя его болью… Но я здесь не в первый раз, и я продержусь… Лишь бы парень вытерпел… Я прижалась к нему спиной, морщась от судорожной хватки его рук. Держись, мальчик, недолго осталось…

Одно бесконечное мгновение жуткого полета — и в мое лицо ударил свежий теплый ветер. Закашлявшись, я вдохнула его полной грудью. И, не открывая глаз, дышала, с удовольствием, с облегчением, всем своим существом впитывая живительное тепло яркого солнца. Как, оказывается, я по нему соскучилась… И осторожно пошевелилась, поводя плечами и разминая окоченевшие мышцы. Все, выбрались…

— Эраш? — негромко я окликнула парня, который и не думал разжимать рук, стиснув меня до боли в ребрах. — Ты там как? Живой?

— Не знаю, — сипло буркнул он.

Я улыбнулась:

— Значит, живой. И — заметь! — мы вернулись!

— Точно? — недоверчиво, обеспокоено, испуганно, изумленно. — Уверена?..

— Точнее не бывает, — весело отозвалась я. — Солнце, тепло, Пыльная луна… Посмотри сам.