Заноза Его Величества - Елена Лабрус

«Но в их случае — научный, потому что всех жриц любви явно одновременно кормят «противозачаточными грибочками», — убираю я обратно свои пузырьки. Один от головной боли, второй — от похмелья, ну и «антибеременин».

И пока ищу глазами место, куда же спрятать мою волшебную шкатулку с лекарствами, Марго всё же находит в меню трюфеля.

— Вот, — тычет она пальцем. — Трюфельный соус.

— Вычеркни. И с этого дня не вздумай есть ничего, что хоть отдалённо тебе напомнит такой запах. Это приказ. Ты поняла?

— Да, Ваша Милость, — испуганно приседает она, верно оценив мой властный, включённый в режим «злая свекровь» тон.

— И найди-ка мне подарки, что прислали Его Величеству поставщики грибов.

Понятия не имею есть ли такие. Но пока я буду засовывать пузырьки в тайник под сколотой плиткой в ванной, мне надо чем-то занять Маргошку.

Заодно достаю из тайничка карандаш и блокнот, в который и собираюсь вносить всю полезную информацию, любезно наколдованные феем.

И сам Карло, словно почувствовав, что про него вспомнили, тоже волшебным образом нарисовывается, едва я выхожу.

Первым делом засовывает нос в остывающую еду. А наевшись, устраивается на своём любимом месте на подоконнике. И принимается ковырять в зубах острым кончиком своей шпажки и дополнять Марго не менее колкими замечаниями.

— Так что там с грибами? — отвлечённая мелким зелёным змеем, наконец, открываю я блокнот на пустой странице.

— Я думаю, грибы ко двору Его Величества привозят с той стороны Говорящего моста, — виновато пожимает Марго плечами.

— То есть травники?

— Я же говорил, — убрав шпажку, фей продолжает ковырять в зубах ногтем, — Грибы, орехи, сыр, молоко, снадобья — всем этим торгуют травники.

— Нет у меня склероза, Карлито. Помню я всё, что ты говорил. Только давай конкретно о грибах. Кто-то ещё может развозить их по борделям?

— У нас — только травники, — заявляет он безапелляционно. Но кажется, я уже слышала этот тон, когда он говорил «только сон-трава». — И бордель в столице всего один.

«Выяснить!» — рисую для себя пометку.

— Можешь узнать, когда в Белом доме следующая «грибная неделя»?

— Конечно, — кивает Маргарита, и я делаю ещё одну пометку рядом: «Исполнитель: Марго».

— Тогда и откуда они получают грибы уточни. А теперь давай к подаркам, — показываю я рукой.

И я конечно, подозревала, что это будет нелегко — разбор подарков, но что та-а-ак долго… Я уже и подушку под костлявую Катькину задницу подкладывала. И запасы вина ещё одним дежурным графинчиком пополняла, и свечи зажигала, когда буквы от недосыпа и усталости стали расплываться у меня перед глазами. А ещё раз десять бегала в туалет, прежде чем, наконец, вписала в свой блокнот последнюю фамилию.

«Тюсси».

— М-м-м, какое бельё! — трётся Марго щекой о ткань, подаренную графской четой. — Это мягчайшее волокно из особого сорта конопли. Очень дорогой. Каждый комплект неповторим, ткётся вручную и расписывается на заказ.

Как у неё ещё силы остались радоваться таким вещам? Явно волшебная сила ромашек. Я же как отжатая половая тряпка.

— Вижу, не поскупились эти Тюсси, — ставлю я жирный плюс в блокноте.

— Его Величество даровал сто золотых из казны на восстановление их замка, когда тот на половину сгорел.

— Ясно, — ставлю я ещё один жирный плюс. Значит, они королю обязаны. Если что, нелишне будет напомнить, что это по его доброте душевной живут они сейчас в обновлённом замке, а не в курятнике.

— Они главные поставщики льда во всём королевстве, — поясняет Карло, хмуро глядя на затянутое тучами небо. Парень тоже устал. Но скорее от нашего трёпа. — Но они не просили Его Величество помогать.

— А где у нас добывают лёд? — делаю я упор на слово «нас», типа я местная, хоть ничего и не помню.

— Высоко в горах, в пещерах, — высовывает Карл руку в окно под дождь.

— Их хранилище подожгли, а Георг пошёл им на встречу, — кажется, первый раз называет Марго короля по имени.

— Он откупился, чтобы не устраивать расследование, потому что в этом был замешан Фогетт, — кривится Карл, вытирая мокрую руку о рубашку и явно давая понять, что тупой женщине не понять такие тонкости.

Мне не нравится его пренебрежение к Маргарите. Но пусть, хоть он её дрессирует, раз я решила лояльничать. А ещё он явно что-то знает о Тюсси и Фогетте. И раз это знает он, должна знать и я. Причём немедленно.

— Слышь, Марго, раз уж мы закончили. Давай зови Фелисию, пусть уносят эти коробки. А ты проследи там за ними!

И когда моё приказание выполняют, и мы с зелёненьким остаёмся одни, подзываю его пальцем сесть рядом с собой на стол.

— Колись, что там у Фогетта с этими Тюсси за тёрки? Подозреваю, в Стране Вечного Лета это выгодный бизнес — лёд?

— Владения Фогетта с той стороны Ледяных гор, — приземляется Карл рядом с корзиной с фруктами, которую не забрали. И до того, как получает по руке, успевает закинуть в рот виноградину. — Ай!

— Ты уверен, что виноград мытый?

— Не-а, — косясь на меня, тянется он снова.

— Обосрёшься. Но дело твоё, — отмахиваюсь я. — Так и что Фогетт? Тоже приторговывает льдом?

— Угу, — мычит Карл, жуя.

— И тоже хочет стать единственным на этом рынке?

Он снова кивает, а потом удивлённо округляет глаза.

— Почему тоже?

— Папаша Лемье хочет один торговать своими сырами и козьими шкурами. А вообще, знаешь, как-то странно у вас тут всё устроено. Как-то неправильно. Аристократия должна быть отдельно, всякие торговцы и промышленники отдельно. Понимаешь? Котлеты отдельно, мухи отдельно. У вас вообще есть потомственные аристократы?

Он показывает один палец, а потом тычет им в меня.

— Король? — догадываюсь я и получаю кивок. — У него казна, налоги, земли и доходы всего королевства? А остальные сами зарабатывают? — накрываю я рукой виноград, потому что он мои вопросы явно игнорирует.

— Я не знаю, Дарья Андреевна. Я совершенно в этом не разбираюсь, — жалобно кривится он.

— Так же, как и я, — вздыхаю, но даже несмотря на его просящий взгляд не убираю руку. — Но откуда ты знаешь про разборки Фогетта и Тюсси?

— Катарина у них в хранилище держала то, о чём вы спрашивали, — даёт он понять, что больше не скажет ни слова пока не получит сладенького.

— И это? — сама протягиваю я ему виноградину, но отдёргиваю руку, когда он наклоняется.

— Крокусы.

— Молодец! — жду, когда, как послушная зверушка, он съест лакомство прямо из руки. Правильно оценив мой вопрошающий взгляд, он добавляет сам: