Лестница в небо - Алексей Анатольевич Федорочев

Привлеченные поднятой тревогой, на правом катере появляются еще два персонажа, присоединяясь к бесполезной стрельбе. Дождавшись, когда расстояние между нами сравняется до приемлемого, бросаю усыпление. По отмашке «можно» мимо меня с разбегу приземляется на вражескую палубу Земеля, а мы спрыгиваем на причал и несемся в здание. Попытку открыть по нам огонь из окон первого этажа прекращаю все тем же заготовленным усыплением, но на этом выдыхаюсь почти полностью — и расстояние, и объем, и усилие были за пределами моих возможностей.

— Зёма, контроль первого этажа, пятое окно слева и, похоже, кто-то в холле! — запыхавшись, командую в рацию.

«Сделаю!»

Снеся двери, врываемся внутрь. Тела спящих и убитых нападавших перемешаны с телами настоящей охраны. Монструозный диван, запомнившийся мне по прошлым посещениям, весь изрешечен и измазан, из-под ножки течет темная кровь. Не останавливаясь, несемся наверх по лестнице, пока враги не очухались — Земеля здесь разберется.

На третьем этаже расходимся в разные стороны: Шаман с бойцами несется дальше по лестнице, а мы сворачиваем в хозяйскую часть. Короткими перебежками крадемся по коридору, старясь максимально использовать как укрытия колонны и ниши. Забег прекращают едва слышные выстрелы в нашу сторону. Чудом избежав попадания и рикошетов, затаиваемся за выступом стены. Так и хочется дать в ответ очередь, но громкие звуки насторожат тех, кто за дальней дверью.

— Гаси его!‥ Пятнадцать метров вперед, на одиннадцать часов, — тихо командую дезориентированному Борьке.

Бледный парень непонимающе смотрит на меня, но после чувствительного тычка и произнесенной свистящим еле слышным шепотом матерной тирады из прострации выходит. Вот она — сила слова! Осознав наконец, что от него требуется, гаситель сосредотачивается и осторожно вытягивает руку за пределы укрытия. Черная бездна в его теле приветливо распахивает зев и стекает в сторону врага, образовывая воронку, направленную на противника. Только бы удержал, только бы удержал! — молюсь всем богам разом. Съежившись, как будто это может помочь, прячусь от голодной мощи за спиной гасителя, вспоминая все упражнения на удержание источника — с моим почти пустым резервом попадать под технику категорически нельзя. И параллельно краем глаза любуюсь Бориной работой: сколько раз видел такое зрелище, но до сих пор не могу привыкнуть к этой жуткой красоте, или красоте жути.

Глухой звук упавшего тела и бряцанье об пол выроненного оружия заставляют нас вздрогнуть. Борька вопросительно смотрит на меня, а я кувырком перекатываюсь к противоположной стене. Отсутствие реакции дает надежду, что все получилось и бандит (или бандиты) в отключке. По отданному сигналу Борька с видимым усилием загоняет силу под контроль, и мы единым махом преодолеваем последний участок, забыв или забив на необходимость передвигаться зигзагами от укрытия к укрытию. На будущее ставлю себе зарубку на этот счет, что-то рано мы возомнили себя бессмертными.

Найденного за очередной колонной едва живого бойца с белой повязкой на руке приканчиваю выстрелом в голову из его же оружия.

У тяжелой двери останавливаемся. Здесь я никогда не был, поэтому расположения помещений не знаю. С другой стороны, а не похрен ли? До крайней стены дома осталось метров пятнадцать-двадцать, звуков боя уже не слышно, так что стоит поторопиться. Распластавшись на полу, приоткрываем дверь. В щель видно удерживаемого блокирующей сетью стоящего на коленях князя, перед которым расхаживает одаренный молодец, вещая что-то о величии клана. Антонина Викторовна в луже крови лежит в углу залы, а вот Машу я не вижу.

— Гаси всех; кого надо — вытащим!‥ — шепотом отдаю приказ.

— Уверен?

— Делай!

Вечно голодный источник не подводит: заозиравшийся чужак, слепо полагавшийся на свои магические силы, изо всех сил пытается что-то накастовать, не понимая, что этим только облегчает работу гасителю. Пока он мечется, пытаясь разобраться, второй одаренный, державшийся до этого вне поля зрения, бросается к князю, но очередь моего автомата утихомиривает его пыл, одна из пуль попадает в голову, а с такими ранами трудно выжить даже магу.

— Достаточно! Контролируй проход! — Одаренный противник мешком осел на пол, второй, раненный мной, уже не дергается.

На этот раз Борьке требуется меньше времени для возврата контроля: то ли «наелся», то ли адаптировался. Дождавшись кивка от гасителя, бросаюсь внутрь.

Мне повезло: измотанный схваткой с князем и его охраной одаренный мало чем отличался от обычного человека, хотя до сих пор оставался в сознании. Из последних сил он продолжал тянуться к автомату, валявшемуся в метре от него. Откинув оружие, указываю на него Черному:

— Ослабь еще насколько сможешь, но не убивай!

— Могу не сдержаться!

— Туда ему и дорога, но лучше сдержись!

Мужчина, раненный моей очередью, еще дышал, но шансов на спасение без оперативного вмешательства у него не было. Без зазрения совести добиваю страдальца и осматриваю остальные тела. Трех солдат с повязками связываю их же ремнями и только потом бросаюсь выпутывать князя.

— Машка, свои! — ору на шатающуюся девчонку, выбравшуюся из не замеченного ранее укрытия и отчаянно сжимающую пистолет.

Борис подлетает к княжне, выворачивая из пальцев оружие, и прижимает к себе содрогающееся в рыданиях тельце.

— Черный, пару пощечин: пусть идет и смотрит мать! На тебе вход!

Укоризненно глянув на меня, товарищ подводит плачущую княжну к телу Антонины Викторовны, в котором еле-еле теплится жизнь. По уму требуется сначала заняться ею, но князь выглядит ненамного лучше. А он быстрее возьмет на себя руководство, чем раненая женщина.

Связываюсь с Земелей:

— Что у тебя?

«Чисто!»

— Шаман?

«Добивает последнего, до хозяев еще не добрался. Галька ранен. Шота — тоже, и сильно».

— Мля! Насколько сильно?

«В живот, нужна помощь!»

— Мля!!! — в бессилии стучу кулаком по полу. Два браслета с «лечилками» уже разделены между ранеными хозяевами, а еще неизвестно, что будет с их сыновьями. Сам я почти пуст, а Метлы тоже может на всех не хватить — он потратился утром на учебе.

Трубка разбитого в пылу схватки телефона наводит на мысль… Целый аппарат нашелся в соседней комнате, но связи нет: видимо, нападавшие позаботились об этом.

— Боря, умри, но найди работающий телефон! Возможно, в дежурке внизу есть, если нет — лети на набережную, я там будку видел!

— И?‥

— Вызвони мою мать, пусть срочно сюда приезжает. Скажи — очень срочно!

— Может, проще «скорую» вызвать?

— «Скорая» полицию вызовет, а у нас тут непонятно что творится. Делай!

Раненых собираем в столовой. Стол и спешно притащенные кровати принимают княжеское семейство, немногочисленных выживших слуг и охрану. Мы с Метлой мечемся между ранеными, стараясь найденными медикаментами и доступными крохами силы поддержать их до приезда мамы. Наверняка где-то в доме есть еще