Спасатель. Вечная война - Михаил Гвор

Роман замолкает. Не тороплю. Мне очень интересно, что остановило этих ребят. Или кто. Но не буду торопить рассказчика…

— А потом пришли демоны, — произносит Роман. И снова замолкает.

— Демоны? Еще одна раса?

— Нет. Они не люди! Хотя внешне похожи. Но… Они возникли неизвестно откуда и обрушились на объединившихся. Люди бились смело. Но что могут луки и бумеранги против молний и рек огня. Демоны убили всех! И ушли. Просто исчезли.

— И что? — спрашивает Шарик.

— И всё, — отвечает Роман. — Эта игра закончилась.

— Это угроза? — мой зам по боевой и политической предпочитает сразу расставлять точки над 'ё'.

Роман качает головой:

— Это предупреждение. Вы не первые, кто собирает людей разных рас и убеждает их жить в мире. Результат всегда один. Демоны! И смерть!

Как-то это все мне очень не нравится…

— А откуда известно о приходах демонов?

— Кто-нибудь всегда остается жив. Из других племен, или из уничтожаемого. Немного, но достаточно, чтобы разнести слух.

— А что представляют собой демоны?

— Они разные. Некоторые совсем как люди. Другие с крыльями. Третьи… Разные, одним словом. Общее одно: у них оружие, против которого не может бороться никто. И они не знают пощады.

— Какое оружие? — любит старший сержант технические подробности.

— Тоже разное. При моей жизни демоны не приходили. Говорят про молнии, бьющие из коротких палок; толстых трубах, из которых выплескиваются огненные реки; неуязвимых железных зверей, плюющихся смертью!..

Переглядываемся с псом. Принял бы человеческую форму, что ли! Хотя я привык уже с собакой разговаривать. Но интересная 'сказка', очень интересная… Надо бы еще чайку налить, тут без стакана не разберешься.

Разливаю напиток. Лепрекон пьет неторопливо, смакуя каждый глоток.

— Никто не может бороться с демонами, Егор, но говорят, — он делает паузу. — когда-нибудь появится Человек, который может выиграть у лепрекона, победить дроу, увернуться от эльфийской стрелы. И победить демонов. Потому что он может всё!

Роман погружается в процесс чаепития. Видимо, выложил, что хотел. И намекнул на некоторые обстоятельства. Да уж… Мне только местным богом заделаться не хватало! А потом — прямым ходом на костер. Или, скорее, на крест! Даже апостолы имеются. Илюша, например, просто вылитый Петр, тот тоже людоед был, а дроу отлично подходят на роль Иоанна и Иакова! Аар, понятное дело, Андрей Первозванный. Елка сойдет за Марию Магдалину, тоже не последняя фигура в пантеоне. Матфея розовый орангутанг заменит. На остальные места девочек подберут. А что, ведут себя ребята вполне праведно! Если не считать, что пьют, убивают и прелюбодействуют. Но тут уж против природы не попрешь! Как и с внешним видом: ну, разноцветные, ну у кого-то усы кошачьи, а у кого-то кисточки на ушах… А Шарика при них сержантом поставить! Кто-то же должен за апостолами следить, чтобы не набедокурили! Был бы у Христа такой сержант, ни один Иуда не проскочил! И на хрена мне всё это надо?!

— Интересная сказка… — говорю. — А что хочет услышать взамен уважаемый гость?

Роман усмехается.

— Ответы на некоторые вопросы. Например, не встречал ли ты человека из легенды?

— Кто ж это может знать, — удивляюсь я. — По внешнему виду не скажешь!

— Безусловно, — улыбается лепрекон. — Но я хотел уточнить другое. Не ты ли увернулся от стрелы своей маленькой подруги? А ведь ее стрелы срезают дерн с холмов и разбрасывают по окрестностям. И не приходилось ли тебе не прислушаться к желаниям приказов вон того крупного человека с бородой? И…

— Стоит ли перечислять столь скучные мелочи, — прерываю Романа. — Шарик увернулся от Елкиных стрел семь раз подряд! А с Илюшей у нас только ленивый не говорит. Они тоже люди, которые могут всё? А, пожалуй, ты прав. Человек может всё! Любой человек. Надо только поверить в себя и захотеть! Очень сильно захотеть. И чтобы другие тоже поверили!

— Ну ты сказанул, старлей! — восхищенно говорит Шарик. — Так красиво даже старший прапорщик Петров не часто говорил!

— Золотые слова, — подтверждает Роман.

— К ним бы еще пару десантных дивизий, — не дает себя сбить пес. — И танковую бригаду. С вооружением, достаточным для адекватного ответа агрессору. Я бы и от тактических зарядов не отказался!

— Но мне интересно, — лепрекон тоже умеет не сбиваться с мысли, — появился ли уже первый, кто поверил в себя?

Ухмыляюсь.

— Вот этого добра у нас навалом! Почитай все! Кроме самых маленьких. И еще осталось пол-ящика!

— Чего пол-ящика?

— Коньяка. Но не суть. Ты вот что скажи, Рома. Зачем ты нам это рассказал? Вроде, здесь так не принято.

— Люблю поговорить с умными людьми. Но ты прав. Мне не всё равно, будет этот Лес заселен, или нет. И я не против, чтобы именно ты победил демонов.

И лепрекон снова присасывается к кружке.

— А не расскажет ли, — спрашиваю, — уважаемый гость, зачем он скупает людей, если продавать он их не собирается?

Оранжевые губы кривит усмешка:

— К чему тебе мелкие чужие проблемы…

— Да вот подумываю, где вы разнорасовые команды прячете, чтобы ими демоны не интересовались?

Ох ты, а ведь пробиваем Роман! Аж чаем поперхнулся! И вылупился на меня, как баран на новые ворота.

'А еще, — мысленно говорю ему, — интересуюсь, на какое расстояние ваша связь берет. И как быстро вы можете распустить нужные слухи'.

Лепрекон вздыхает.

— Этого следовало ожидать. Ну что ж, давай говорить всерьез.

Горм, пес специального назначения

Давно бы так! А то сидит тут, антимонии разводит, морда оранжевая! Или церемонии? Нет, точно, вредно долго в человеческом теле находиться!

Егор, спасатель

Это произошло пятьсот лет назад. Люди проснулись, посмотрели по сторонам и обнаружили, что мир изменился. И вместо симпатичного пожилого толстяка Пелмо лавочку на углу Базарной улицы содержит старый жирный гоблин, противный настолько, что нельзя смотреть без содрогания! Город патрулируют заносчивые серокожие уроды с кошачьими усами. И даже в собственную постель вместо любимой жены змеей проползло что-то зеленое, хвостатое и с кисточками на ушах! А 'зеленое', накануне заснувшее на сильном мужском плече, очнулось в объятиях розового орангутанга.

Всё произошло очень быстро. Несколько часов истерики, метаний и воплей. Несколько дней всеобщей неуправляемой резни. Бегство тех, кто слабее…

Города умерли за неделю. В деревнях осталась едва ли треть населения (зато однорасового). А где-то в лесах маленькая зеленая девочка горько плакала, вспоминая пропавшего мужа. Большого, сильного, любимого. Если бы его не унесли демоны, он бы пришел, защитил, убил ту страшную обезьяну…