Заклятые любовники - Марина Эльденберт

В мои мысли ворвался стук в дверь. Не дожидаясь ответа, де Мортен вошел в комнату. Я не сказала ему о происшествии, было не до того, но пока он в замке, смысла запираться нет. Тот, кто хотел меня напугать, вряд ли повторит свою попытку в его присутствии.

– Ваши волосы словно пламя в камине.

– Вы совсем не умеете говорить комплименты.

– Слишком прямо?

– Чересчур возвышенно. Не побоюсь этого слова, романтично. Вы точно не читаете Миллес Даскер, когда никто не видит?

Винсент улыбнулся и направился ко мне.

– Комплименты не главное. Обычно хватает взгляда.

Герцог опустился рядом, устроился на ковре и коснулся моих волос, словно решил проверить обжигают ли они. От этой невинной ласки я едва уловимо задрожала, хотелось закрыть глаза и прижаться щекой к его ладони.

– Леди падают к вашим ногам, сраженные грозными герцогскими очами?

– Нет, моим обаянием.

Вот это уже больше похоже на Винсента, которого я знаю. И слава Всевидящему, рядом с таким мне проще и привычнее. Стараясь не думать о том, почему его слова так неприятно зацепили, я вытянулась на ковре, подперла руками голову и уставилась в окно. Стекла вставили быстро: еще вчера вечером все было готово.

Какое же блаженство – лежать вот так у камина, в тонком шелковом халате, без вороха стягивающей и стесняющей движений одежды. Иногда мне кажется, что мода делает все, чтобы превратить женщину в чопорную куклу, проглотившую кол. Хорошо хоть с недавних пор снова стали допустимы глубокие декольте, до этого все ходили как монашки. Хотя это скорее состояние души, нежели одежда.

– Что нового вы насоветовали ее величеству за эту неделю? – Я провела пальцами по ковру и бросила на него взгляд через плечо.

Винсент сдвинул брови и теперь смотрел на огонь.

– Я давно занимаюсь проектом, который позволил бы нашему государству сделать стремительный скачок в науке. Ее величество поддерживает меня, но есть еще парламент. И недовольные. Подобно моей матери, многие считают, что наука и магия не способны идти рука об руку и что очень скоро чему-то одному наступит конец.

Он покачал головой, встретился взглядом со мной.

– Помните Пирса? В Энгерии много талантливых ученых, но каждое изобретение им приходится отстаивать, доказывать, что оно не нарушает закон и что его использование не принесет вреда.

Он действительно отличался от своего отца: тот вовсе не признавал технологии. Для Винсента же это казалось по-настоящему важным. Я села, поправила сползающий с плеча халат. Тому, для кого магия – основа силы и власти, нелегко от нее отказаться, зато для простых людей работа Пирса и ему подобных неоценима.

– И каково же соотношение голосов в парламенте?

– Раньше большинство было против, но сейчас многие склоняются к тому, что достижения науки пойдут на благо Энгерии. В том числе и аристократов, не обладающих сильной магией.

– Многие, но не все?

– У реформы достаточно сильные противники. Итан Аддингтон – один из них. Он вел дела с моим отцом и до сих пор считает меня паршивой овцой. Хотя и не говорит об этом вслух.

Я вспомнила ледяного лорд-канцлера и поежилась.

– Сейчас они делают основной упор на то, во что это выльется. Итан считает, что это ударит по казне и в конечном итоге приведет к революции. Хотя вопрос о финансировании даже не стоит, главное, чтобы парламент утвердил законопроект.

– Почему не стоит? – удивилась я, перехватила его взгляд и замерла. – Вы… собираетесь взять расходы на себя?

– Не только я. Многие аристократы и предприниматели готовы поддержать развитие Энгерии, и, естественно, получить прибыль.

Винсент оперся на локоть, я его интересовала больше опостылевших дел.

– Вы бывали за границей?

– Однажды. Посетила столицу Вэлеи, отдыхала на побережье.

– Вам понравился Ольвиж?

– Город как город. Шумно, пыльно, пестро, много приезжих, кабаре, развлечений и любвеобильных вэлейцев. Хотя красота многочисленных соборов поражает, галереи и театры там весьма недурны.

– Не сомневался, что вы обратите внимание на театры. Как вам побережье?

Де Мортен коснулся моего плеча, провел рукой по спине и ниже, его ладонь замерла над бабочкой. Кажется, наш разговор только что стал еще откровеннее.

– Океан невероятен. Не думала, что меня что-то сумеет…

Винсент потянул мой халат вниз, обнажая спину, коснулся губами основания шеи.

– … так впечатлить. Он сильный, неукротимый, и… – Он скользнул руками по моим плечам, погладил лопатки и поясницу, дюйм за дюймом сдвигая шелк – поразительно, раньше я и представить не могла, что у этого мужчины могут быть такие нежные прикосновения. – Мягкий, волнующий. Опасный.

Мы все еще об океане говорим?

– Опасный. – Дыхание Винсента щекотало кожу на затылке, и я задрожала. – Продолжайте.

Его губы нежно касались спины вдоль позвоночника, а руки поглаживали ягодицы. Я вздрогнула, когда он отбросил халат, опаляя кожу прикосновениями. Не могла продолжать, потому что узор под его ладонью отзывался пульсацией и обжигал так, словно мне заново наносили татуировку. Попытка вывернуться не увенчалась успехом: Винсент подтянул меня к себе, заставляя приподняться и встать на четвереньки. Теперь его ладони скользили по внутренней поверхности бедер и между ними, тем неожиданнее оказалась короткая искра боли, ужалившая чувствительную кожу и тут же сменившаяся дразнящим поглаживанием.

Каждое откровенное касание наполняло силой, а моя бабочка помогала ему в этом. По телу разливалась истома, заставляющая пьянеть, для того, кто обладал магией, – привычно, но мне открылось совершенно новое чувство. Колени подрагивали от напряжения, спина взмокла. Чувства стали ярче, сильнее, тело пронзил острый разряд наслаждения – достаточно для того, чтобы стонать в голос от издевательски-медленных ласк. Я подалась назад, стремясь вжаться в его бедра, но он не позволил. Желание смешалось с чистой энергией, будоражило, заставляло извиваться и кусать губы от невозможности получить больше. Тело горело, словно меня окунули в прорубь или я шагнула в огонь, тысячи иголок впивались в кожу.

Не знаю, что он со мной делал, просто не представляю. Теперь уже не только браслет змеи рассыпал изумрудное сияние, перед глазами полупрозрачным флером плыла мерцающая пелена, коконом окутавшая нас и в точности повторяющая контуры наших тел. Сознание словно отключилось, когда он вошел. Наслаждение шло по нарастающей, я только чудом не забывала дышать. Это действительно напоминало слияние, словно мы стали единым целым. Я цеплялась дрожащими пальцами за ковер – до той самой минуты, когда сладостный жар внутри стал нестерпимым. Закричала, меня затрясло так сильно, что на миг показалось: не выдержу. Пульсация внутри и последние несколько толчков накрыли второй волной, я обрела возможность дышать, лишь когда он меня освободил.