Поцелуй Мистраля - Лорел Гамильтон

– Это я виноват, - прошептал Гален. - Я не хотел.

Заговорил Айслинг, и его птицы запели, словно от восторга,что слышат его голос.

– Мы появились на поверхность в Зале Смертности.

– Но там почти не действует магия, - удивился Рис. -Именно поэтому мы не можем сопротивляться пыткам.

– Мы появились из стен и пола, а с нами появились цветыи деревья, и светлый мрамор. Зал изменился навеки, - сообщил Айслинг.

Гален задрожал, и я обняла его как могла крепче.

– Я был похоронен заживо, - сказал он. - Дышать не мог.Мне и не нужно было дышать, но тело пыталось вдохнуть. Я выскочил из пола своплем.

Он упал на колени, хоть я и пыталась его удержать.

– Королева замуровала сидхе Нерис в стены, - вступилАматеон. - Гален после пребывания в земле отнесся к этому плохо.

Гален затрясся как в припадке, каждый мускул судорожносокращался, словно стража колотили озноб и лихорадка одновременно. Слишкоммного силы и слишком много страха.

Сияние Адайра чуть потускнело, стали видны глаза.

– Гален сказал: «Никаких стен, никаких узников». Истены исчезли, а в камерах выросли цветы. Он не понял, какую силу обрел.

Издалека донесся еще один крик:

– Кузина!

– Галеново восклицание «никаких узников» освободилоСеля, - заключил Дойль.

У Галена полились слезы.

– Простите, - выговорил он.

– Онилвин, сама королева и часть ее стражи сейчассражаются с Селем, - сказал Готорн, - иначе он уже был бы здесь. Он хочет убитьпринцессу.

– Он совершенно безумен, - продолжил Айслинг, - и убитьхочет нас всех, но принцессу в особенности.

– Королева велела нам скрыться в Западных землях. Онанадеется, что со временем он станет спокойней, - сказал Готорн с сомнением,заметным даже в свете звезд.

– Она признала при всем дворе, что не может обеспечитьтебе безопасность, - хмыкнул Айслинг.

– Нам пора идти, если мы хотим скрыться, конечно, -заметил Готорн.

Я его поняла. Если Сель нападет на меня сейчас, прилюдно, мыбудем вправе его убить, если получится. Стражи клялись меня защищать, а Сель немог сравниться ни в силе, ни в магии с теми, кто стоял со мной рядом. Никак немог.

– Если б я думал, что королева оставит его смертьбезнаказанной, я бы предложил не уходить, - сказал Дойль.

Черный пес ткнул носом Галена, и тот почти машинально егопогладил. Пес превратился у меня на глазах - в гладкошерстного белого гончака срыжим ухом. Пес слизал слезы с лица Галена, и страж удивленно уставился насобаку, словно впервые ее заметив.

Сдавленный, почти неузнаваемый, опять донесся крик Селя:

– Мерри!

Крик оборвался внезапно, но тишина пугала едва ли не больше,чем крики, и сердце у меня в груди громко заколотилось.

– Что случилось? - воскликнула я.

На ближний пологий холм поднялась Андис. Она шла по тропе изцветов, оставленной Галеном, одна - не считая ее консорта Эамона. Они с Эамономбыли почти одного роста; черные волосы струились у них за спинами под невестьоткуда взявшимся ветром. Одета Андис была так, словно собиралась нахэллоуинскую вечеринку - и при этом намеревалась всех поразить жутковатойкрасотой. Одежда Эамона была поскромнее, но тоже черная. То, что Андис большеникого с собой не взяла, значило, что ей не нужны лишние уши. Свои секреты онадоверяла только Эамону.

– Сель немного поспит, - сообщила она словно в ответ нане заданный нами вопрос.

Гален попытался подняться, я его поддержала. Дойль шагнулвперед, между мной и королевой, и еще несколько стражей шагнули с ним.Остальные внимательно глядели по сторонам, словно ожидали предательства отсобственной королевы. Только Эамон - хоть временами вступался за меня, хотьненавидел Селя, предполагаю, - только он никогда бы не пошел против королевы.

Андис с Эамоном остановились так, чтобы их было не слишкомпросто достать оружием. Гоблины смотрели на них и на нас, сбившись в теснуюкучку, как будто не могли выбрать, за кого они. Я их не винила: я-то вернусь вЛос-Анджелес, а они останутся. Заставить Курага, их короля, прислать мне воинов- дело одно, а ждать, что они отправятся в ссылку следом за мной - совсемдругое.

– Приветствую тебя, Мередит, племянница моя, дитя моегобрата Эссуса.

Она решила упомянуть в приветствии нашу родственную связь,успокоить меня хотела. Получалось у нее из рук вон плохо.

Я шагнула вперед, под ее взгляд - но не так далеко, чтобывыйти из защитного кольца стражей.

– Королева Андис, моя тетя, сестра моего отца Эссуса,приветствую тебя.

– Ты сегодня же должна вернуться в Западные земли, Мередит,- сказала Андис.

– Хорошо, - согласилась я.

Андис посмотрела на вьющихся у ног стражей собак. Рис тоженаконец решился погладить несколько псов, и они превратились в терьеров давнозабытой породы - бело-рыжих и черно-палевых.

Королева попробовала подозвать к себе собаку. Этих черныхмастиффов люди называли Адскими гончими, хотя к христианскому дьяволу ониникаким боком не относились. Крупные черные псы были бы королеве подстать,только они не обращали на нее внимания. Собаки желаний, псы волшебной страны нехотели подходить к руке Королевы Воздуха и Тьмы.

На ее месте я бы встала в снег на колени и подманила их ксебе, но Андис не склоняется ни перед кем и ни перед чем. Она стояла прямая ипрекрасная - и холоднее, чем снег у нее под ногами.

Два других пса подбежали ко мне и терлись об меня боками,выпрашивая ласку. Я их погладила, потому что мы здесь привыкли ласкать тех, ктопросит ласки. Едва коснувшись шелковистого меха, я почувствовала себя лучше:смелей, уверенней, даже близкое будущее не так меня теперь пугало.

– Собаки, Мередит? Почему бы тебе вместо них не вернутьнам наших лошадей или, скажем, коров?

– В видении были свиньи, - припомнила я.

– Не собаки? - без интереса спросила она, словно ничегоособенного не происходило.

– Собак я видела в другой раз, еще в западных землях.

– Значит, это был вещий сон, - спокойно, дажеснисходительно сказала она.

– Видимо, так, - согласилась я, играя ухом той гончей,что была повыше.

– Уезжай сейчас же, Мередит, и забирай с собой всю этудикую магию.

– Дикую магию не так легко приручить, тетя Андис, -возразила я. - Я заберу с собой то, что со мной пойдет, но вот то, что летает -останется на свободе.

– Я видела лебедей, - процедила Андис, - но не ворон.Ты просто до чертиков Благая!