Мир миров - Павел Майка

* * *

Февраль 1969 года по старому календарю, пятьдесят четвертый год Предела, семнадцатый год Мира, Краков

Духи бросались на крошки хлеба, вымоченные в бараньей крови, как на самый лакомый в мире деликатес. Они обсели тарелки серой тучей, и так как были они небольшими, то напоминали Кутшебе краковских голубей, таких же ненасытных и не желающих пугаться.

– Это твой хваленый контакт? – он наклонился к уху Корыцкого, чтобы говорить полушепотом и не привлекать внимания духов. – Этот отстой?

– А ты думал, я тебе зеркало Твардовского принесу? Радуйся тому, что есть.

Старик, которого притащил Корыцкий на чердак подгурского дома, бегал вокруг стола, где собрались духи. Он что-то бормотал, подбрасывал им новые крохи, добываемые из подвешенной через плечо сумки. Он напоминал Кутшебе одного из нищих, которых полиция прогоняла из центра города, однако он также осознавал, что не стоит недооценивать таких, как он. Полузнахари-полушаманы, бродяжничающие по приютам, они слышали старые притчи и знали обычаи столетней давности, которые казались всем уже давно забытыми. Среди славян христианство не так сильно распространилось, как в Западной Европе. Люди в деревнях до сих пор сохраняли верность языческим ритуалам, даже если им покровительствовали святые вместо древних божков. Поэтому, когда мир изменился, именно деревня оказалась лучше всего к этому подготовлена.

Чудища не переступали пороги деревянных домов, защищенных ритуалами, которые проводили здесь многие поколения хозяев. Люди в городах были вынуждены заново учиться, как сделать из своих домов крепости, способные защитить их от хаоса, а деревня никогда не теряла этих знаний.

– Летите, парите! – прокричал дед, и духи сорвались, словно птицы. Они вознеслись к потолку и исчезли. Некоторые вернулись назад, проверяя, не появилась ли новая еда. Они быстро растаяли, расстроенные видом пустых тарелок.

– Его нет! Его нигде нет! – закричали духи, вернувшиеся час спустя. – Мы искали над темными долинами и темными реками. Его нигде нет!

Старик отогнал их, не давая ни крошки.

Те, кто прилетел два часа спустя, сказали, что спрашивали духов в мире живых, облетев все четыре стороны света, и в мире мертвых с его неисчислимым количеством сторон, что спускались под землю и взбирались на кроны деревьев жизни, но не нашли того, кого им приказали найти. Тогда их тоже прогнали. Три часа спустя прибыли очередные духи и сообщили, что они облетели мир вокруг, расспрашивая ветер, спускаясь под воду, чтобы поговорить с водными девами и утопленницами, опускались на дно морское, куда не ступала нога человека, и взбирались на вершины самых высоких гор, но тоже не нашли того, кого искали. И они ушли ни с чем.

– Ну, похоже, всё? – Кутшеба потянулся за кошельком, чтобы заплатить старику, но тот его остановил.

– Еще нет, господин. Подождем.

И только семь часов спустя вернулся последний дух. Старик выслушал его, улыбнулся и накормил целой горкой хлеба с кровью. А когда дух насытился и улетел, старик недвусмысленно протянул Кутшебе ладонь.

– Есть один такой упырь, – сообщил он довольным тоном. – Он о вас уже знает. И он вас найдет.

– Сам?

– Вы ему нужны больше, чем он вам, – ответил старик. Но потом взглянул на Кутшебу пристальнее и исправился: – Хотя видится мне, что вы одинаково нуждаетесь друг в друге.

* * *

Июнь 1972 года по старому календарю, пятьдесят седьмой год Предела, двадцатый год Мира, Пристань Царьград

– Мы не пойдем дальше сами, – сообщил Новаковский, когда Кутшеба навестил его в покоях. К собственному неудовольствию, он застал там Ростова. Граф сидел возле камина, как обычно искренне улыбаясь, но что-то изменилось. Всё, что он теперь делал, было отмечено печатью целесообразности, из-за чего потускнела всегдашняя радость и щедрость Ростова. – Не справимся.

– Вы что, не продадите нам коней, граф?

– Конечно, не продам! Я их вам подарю, – рассмеялся Ростов. – Вы пропустили важный разговор, мой друг. Оказалось, что нас с вами снова объединяет общее дело! И я этому очень рад! Я оставлю вас одних, чтобы вы объяснились.

Новаковский подождал, пока за хозяином закроется дверь.

– Они нужны нам, – начал он. – Я не в восторге от этой идеи, но похоже, что они нужны нам.

– Что изменилось? Что вы узнали?

– Давайте по очереди. Что вам известно о Кощее?

– Маг из русских легенд. Очень сильный. И очень плохой.

– Я спросил, что вы знаете об этом Кощее? О царе.

– А между ними есть разница? Около четырех-пяти лет назад появился на Диких Полях новый главарь. Вербовал чудищ, жителей украинских деревень и городов, российских беженцев. Казацкие подразделения. Казаки, во всяком случае большинство из них, не хотели его, у них уже был свой хранитель. Чернь отвергла его, потому что всё еще ждала возвращения Хмельницкого, которого почитала как бога, но многие верили, что именно Кощей способен отстроить Российскую империю. Я только не знал, что он провозгласил себя царем. Некоторые говорили, что он поможет построить свободную Украину. Наверное, забыли, что он русский.

– Он силен, не так ли?

– Победил большинство воюющих с ним магов, даже Баба-яга предпочла скрыться от него на территории Речи Посполитой. А это неслабая волшебница. Вы хотите, чтобы он обеспечил нам охрану во время путешествия?

– Охрану предложил нам князь Кутузов. Очень интересный человек. Удивительно современный для вновь воскресшего человека восемнадцатого века.

– И чего он хочет взамен?

– Часть прибыли от похода. Это несколько усложняет дело, однако, возможно, без помощи Кутузова мы вообще не сможем реализовать свой план. Вы ведь помните о том, что первый разведывательный корабль уцелел, я узнал благодаря наблюдениям за черным рынком? Оказывается, не только я пришел к такому выводу.

– Кутузов? Кощей?

– Да нет же! Они понятия не имеют о наших технологиях, они родились в мире мифов и живут прошлым. Кутузов – тем, которое помнит, а Кощей – тем, которое воображает себе по сказкам. Но многие следят за черным рынком и делают свои выводы, как и я. Я думал, что опережаю остальных, потому что располагаю данными, позволяющими идентифицировать почти каждый марсианский артефакт, который попадает на рынок. Оказывается, другие смогли справиться и без моей базы данных. Короче говоря, исходя из того, что я тут узнал, нам уже незачем идти в Сибирь. Обломки корабля были, очевидно, разграблены Вечной Революцией.

Кутшеба задумался, мог ли марсианин знать об этом раньше и нанять его именно по этой причине. Сибирский опыт Кутшебы не был таким уж уникальным. Зато он не знал никого, кто побывал бы на территории Революции и вернулся оттуда целым и невредимым. Могло ли всё это быть подстроено, а план похода на Сибирь был лишь выдумкой? Если так, то, быть может, Новаковскому удалось сбить с толку также человечестволюбцев, потому что никакие дирижабли не преследовали в последние дни экипаж «Батория». Вот только Кутшебу не интересовали ни сокровища, ни поддержка возрождаемой царской России.