Береги моё сердце - Тина Титова

Вопрос прозвучал над самым ухом, я даже не заметила, как мужчина приблизился вплотную. Вздрогнула и обернулась, сжимая в руках первое попавшееся платье.

– В твоем положение бегать опасно, – он оскалился, как зверь, готовый в любой миг растерзать добычу. – Вдруг с ребенком что-то случится…

У меня внутри всё заледенело. Не в силах справиться с паническими эмоциями, я стала хватать ртом воздух. А Филипп угрожающе навис и выдохнул мне в лицо. Уловила запах спиртного и поморщилась. В душе всё переворачивалось от присутствия этого мужчины рядом.

– Думала я не узнаю, как вы с папашей решили меня провести. Выдать нагулянного ребенка за моего родного. О, Беатриче, не смотри на меня, словно жертва на внезапного палача. Мы ещё не стали мужем и женой, а я уже знал о каждом твоем шаге. Глупая, наивная, летающая в облаках девчонка. Не ожидал, что ты так просто запрыгнешь в койку к этому магу с раздутым эго. Но мне это только на руку. Оказалось намного легче заполучить тебя. А твоя беременность стала хоть и ненужным, но подарком судьбы.

Вся его обходительная манера поведения рассыпалась пылью. Передо мной стоял до отвращения противный тип, которого, казалось, впервые вижу. Живот скрутило спазмом, ком подкатил к горлу. Я постаралась отстраниться, но Филипп схватил меня за руку и больно дернул на себя. Попыталась вырваться, однако сил не хватало. Тошнота усилилась, голова закружилась.

– О, нет-нет, – Филипп вздернул меня вверх. – Обморок изображать не надо. Где он? Ну? Где твой оживший любовник?

– Ты знал! – прохрипела я, не оставляя попыток вырваться.

– Конечно знал. И не мог позволить узнать тебе. Это бы спутало мне все планы. Брак с тобой, это всего лишь возможность заполучить в родственники королевского судью, чтобы прикрывал, когда надо. А оживший жених только бы всё испортил. Но ты сама легко прыгнула ко мне в руки.

Он потащил меня к двери, не обращая внимания на мои попытки вырваться. Моя сила ничего не значила против его, а дар целителя не позволит сотворить ни одного защитного заклинания. Филипп вышел на лестницу и осмотрелся. Во всем замке царила давящая, если не мертвая тишина.

– Выходи! – закричал он в пустоту. – Я знаю, что ты здесь!

Сначала ничего не происходило, а затем в темном коридоре раздались шаги, и Дамир появился возле лестницы. На его лице не дрогнул ни один мускул, когда он поднял на нас ледяной взгляд.

– Живой и невредимый Дамир де’Страж пришел спасти свою любимую, – ехидно произнес Филипп, сжав мою руку сильнее. – Она у меня. Иди же и спаси её!

Дамир занес ногу на ступеньку, но дальше не пошел.

– Кто предупредил тебя? – спокойно спросил он.

– Да так я тебе и сказал! – выплюнул Филипп. Его спокойствие давало трещины, на лице заиграли желваки. – Убирайся отсюда, если хочешь чтобы она и твой ребенок не пострадали.

– Ты не покинешь замок, – холодно парировал Дамир. – Во всяком случаи живым. Отпусти Беатриче и сдавайся сам. Возможно тогда тебе назначат более гуманную казнь.

Неожиданно Филипп звонко рассмеялся.

– У меня в зятьях королевский судья! – радостно выкрикнул он. – Оскар не позволит осудить на смерть свою дочь и её мужа.

Дамир усмехнулся, скрещивая руки на груди.

– Оскар ор’Ваедлен подал в отставку. Если не ошибаюсь, в документах проставлена дата двухнедельной давности. Как раз незадолго до вашей свадьбы.

От его слов Филипп подавился воздухом и закашлялся. С него вмиг слетела вся бравада, лицо побледнело, а глаза налились кровью.

– И здесь успел влезть, – прошипел он.

– Филипп, – голос Дамира мог заморозить всё живое, – отпусти Беатриче. Это последняя просьба.

Неожиданно де’Ерни схватил меня за горло и сжал пальцы. Я захрипела, стараясь вырваться. Колотила его руками и пыталась достать ногой.

– И что ты теперь скажешь? – вновь, словно змея, произнес он. – Сделаешь хоть шаг, выпустишь хоть каплю магии, и ей конец. Дай нам пройти!

– Убьешь Беату и лишишься последнего прикрытия. А после я разорву тебя на части.

При этом Дамир посторонился, пропуская нас. Филипп, продолжая держать меня за горло, быстро спустился. А я смотрела в глаза любимого и не верила, что это конец. Просто знала, что сейчас надо довериться ему и не мешать.

– Открой портал! – приказал Филипп. – И тогда я отпущу её.

– Нет, – отозвался Дамир. – Ты отпустишь её прямо сейчас.

Стало холодно. Очень. Я выдохнула облачко пара и заметила, как всё вокруг покрывается инеем. Мороз буквально пробирался под тонкую ткань платья, неприятно покалывая кожу. Я закусила губу, но стерпела.

– Ты заморозишь мать своего ребенка! – закричал Филипп посиневшими губами.

И вдруг стало очень жарко. Под нами словно пол нагрелся. Де’Ерни отвлекся всего на миг, посмотрев под ноги. Я воспользовалась моментом и дернулась вперед. За спиной закружилась настоящая вьюга, закрывая меня от мужчины. Бросилась к Дамиру и прижалась к его груди. А вьюга стала бушевать сильнее, сорвала со стен гобелены, раздался звон стекла. Я бросила взгляд через плечо и увидела, как Филиппа окружил снежный кокон, а под ногами раскалялись камни. Мужчина закричал и бросился к нам, но снежный поток не позволил ему пробиться. Отброшенный на пол, он стал кататься по полу и кричать от боли.

Дамир прижал меня к себе и закрыл ладонью ухо. Другим я прижалась к его плечу и закрыла глаза. Показалось, что теперь я нахожусь в защитном коконе, сквозь который не пробиваются звуки мучительной смерти. А потом всё постепенно затихло. В нос ударил неприятный запах гари, и я почувствовала, как меня вновь начинает тошнить. Дамир молча подхватил меня на руки и вынес на улицу. Оставил возле ворот, а сам быстро вернулся обратно.

Пытаясь прийти в себя от пережитого ужаса, я осматривала ночную округу. Вдруг заметила всадника, стремительно приближающегося к нам. Обернулась и вскрикнула. Замок уже вовсю полыхал. Слышался треск дерева, в воздухе сильно пахло дымом. Я вновь бросила взгляд на всадника. Что-то в его облике показалось мне знакомым. Присмотревшись, с облегчением выдохнула.

Леонард остановил лошадь и, спешившись, быстро подошел ко мне. Обняв друга, я всхлипнула. В душе бушевала буря различных эмоций. Мне хотелось плакать и веселиться одновременно, кричать и ругаться, и в тоже время быть просто счастливой.

– Леонард, он жив, – выдохнула я, отстраняясь. – Дамир жив!

– Да, я уже знаю, Бет, – он улыбнулся в ответ. – Хорошо, что он так вовремя появился.

– Но я ничего не понимаю, – обхватила себя руками. – Что сделал Филипп? За что Дамир так жестоко поступил?

– Бет, – друг выглядел напряженным, – Филипп жив?

– Уже нет, – раздался холодный голос за спиной.

Я обернулась и бросилась в объятия любимого. В голове царил хаос из вопросов, которые рвали разум и сводили с ума. Но всё пропало, стоило рукам Дамира сомкнуться на моей талии. Горячие губы коснулись моих и мир замер, а потом медленно стал проплывать мимо. Ушли тревоги, боль, осталось только умиротворение. И зародилась вера, что теперь всё будет хорошо.