Лесные стражи - Юлия Журавлева

Некромант положил у стены мешок с вещами, кинул сверху свою куртку, перчатки, снял все артефакты.

— Что от меня требуется? — сразу уточнил Рей.

Ему в подземельях тоже не нравилось. К тому же Миа снова осталась вне поля зрения, пусть и Элис обещала глаз с нее не спускать.

— Сейчас скажу, — зловеще предупредил темный маг.

А потом всучил целителю кипу бумаг и грифель.

— Перерисовывай все символы со стены и пола. Порядок сохраняй, рисуй точно.

— Ты хочешь… — парень обвел стены. Часть знаков стерлась, но в магическом зрении они по-прежнему были хорошо видны. Не иначе кровью жертв рисовали.

— Я не хочу просидеть здесь до ночи, — в руках некроманта появились маленькие черные камушки почти идеальной формы, словно бусинки. — А работы много. Пока надо зафиксировать то, что было. В страже имеются спецы-теоретики, они все расшифруют и точно смогут сказать, как действовал ритуал.

Бусинки начали раскладываться в случайном на несведущий глаз Рея порядке. С таким же успехом страж мог их просто раскидать по полу.

Понаблюдав немного, парень вздохнул и принялся рисовать.

Какие-то символы он без проблем переносил на бумагу, какие-то перерисовывал со стены, обводя светящиеся в магическом зрении контуры. В любом случае, дело шло не быстро, некоторые знаки попадались сложные, их даже обвести было нелегко и не всегда с первого раза выходило точно.

А вот Саймон, кажется, закончил. Некромант стоял и мерно раскачивался с пятки на носок, глядя в одну точку. Рей уже хотел было предложить стражу и самому взять в руки грифель и бумагу, но тут камешки-бусины пришли в движение.

А вместе с ними и земля впереди. И из-под завалов показались кости.

Зрелище было таким жутким, что Рей едва не выронил свои рисунки, но, спохватившись, крепко сжал их в руке.

Кости лезли из стены, часть — переломанные, часть — неплохо уцелевшие. Последним показался череп без нижней челюсти. Скоро перед магами выстроился странный рисунок из костей и бусин с черепом в центре.

— Это кости жертв? — Рей видел повторяющие косточки, значит, здесь точно не один человек.

— Двадцать восемь, двое не откликнулись. Почти все, кого здесь убили.

— А рисунок…

— Состоит из двадцати восьми костей разных людей, — некромант посмотрел на целителя, предлагая ему самому оценить сказанное.

— Он нам нужен? — лично Рею совсем не хотелось тревожить покой усопших. Да еще ушедших не по своей воле.

— Нужен. Поверь, даже очень нужен. Ты все зарисовал?

— Осталось немного, — парень окинул взглядом последний кусок стены.

— Давай, я пока закончу подготовку.

И теперь уже Рей был рад, что Саймон поручил ему рисование. Уж лучше символы со стены переводить, чем взывать к давно умершим людям.

— Ну что, готов? — некромант размял пальцы. Рисунок больше не выглядел набором костей, а смотрелся вполне себе цельным, словно кости специально подгоняли по размеру, чтобы сложить замысловатую мозаику.

— Да, последний заканчиваю, — Рей вернулся к своим бумагам. Давно он столько символов не рисовал, со времен академии так точно.

— Я не про это. — Страж достал клеймо. — Не передумал?

— Нет, — в этом парень был уверен.

— Ну что ж, я сделал все, что мог, — усмехнулся рыжий.

В его руке появился тонкий металлический стилус, которым некромант принялся выводить знаки на полу и стенах. Рей, пытаясь понять, что же все-таки делает страж, перешел на магическое зрение. Символы Саймон рисовал поверх тех, что были. Какие-то он подправлял, какие-то полностью заменял, а какие-то оставлял, как есть.

— Рей, я изменю главное свойство клейма — отдачу жизненной силы. Сейчас клеймо как бы раскручено вовне, я же пущу силу внутрь. В тебя.

— То есть пойдет обратный процесс накопления силы, — и, будучи целителем, Рей не был уверен, что это намного лучше. Любой дисбаланс ведет к проблемам, неважно, с минусом он или с плюсом.

— Да, ты все правильно уловил. Тебе придется сбрасывать излишки. Зато тебя гарантированно не принесут в жертву, ты для этого просто не годишься, — нашел хорошее оптимистичный рыжий некромант.

— Не этим ли объясняется тот факт, что на дендроидов не действует магия? — Рей просматривал перерисованные символы. А заодно вспоминал, как хтонические существа буквально впитывали посылаемые в них Саймоном заклинания.

— Думаю, именно этим, — подтвердил страж. — Через корни они отдают всю магию земле, в них она не задерживается и не накапливается. Зато накапливается в поглощающих ее из земли серебряных дубах. Это такой циклический процесс, для роста одних и выживания других.

— И то самое общее свойство, которое роднило жертв и дендроидов, — понял целитель. Отдача силы вовне.

— Оно самое. Хотя я не удивлюсь, если на поляне был вкопан какой-нибудь черенок, отрубленный от ходячих пеньков. Исключительно для надежности. Просто его никто бы не стал искать в лесу. Ну деревяшка и деревяшка, подумаешь.

Символы на стенах наполнялись силой. И, кажется, собранный из останков людей узор играл в этом не последнюю роль. У Рея невольно появилось чувство, что они тоже косвенно приносят жертвы, заново используя силу мертвецов.

— Я впишу защиту, — продолжал страж. — ты сможешь слышать зов деревьев, но против воли по нему не пойдешь. Все, связанное с подчинением, я исключу. Как и все, относящееся к ритуалу.

Под стилусом в тонких пальцах некроманта знаки менялись. Их нельзя было просто перечеркнуть. Напитанные силой, смертью и кровью, они не отменялись просто так. И Саймон через тонкий стилус переподчинял их себе, заставлял гаснуть или, наоборот, разгораться сильнее.

На последнем символе рыжий стер пот со лба и откинул упавшую на лицо мокрую прядь.

— Снимай рубаху, — скомандовал страж.

Прохладный, даже холодный воздух подземелья выгнал кучу мурашек на кожу. Или это все волнение? Вчера решиться поставить себе клеймо было как-то легче. Сегодня, в разгоняемом мерцающими светляками мраке, рядом с костями умерших, в месте, где убили три десятка людей, было жутко.

— Глотни для храбрости, — Саймон протянул Рею флягу, из которой отчетливо и характерно пахнуло меховской настойкой. — Я разбавил, если что. Пить можно.

И целитель сделал два больших глотка, убедившись, что настойка по-прежнему крепкая, как ее ни разбавляй. Но после нее стало теплее. И смелее. Хотя в пустых глазницах черепа почудилось осуждение.

Саймон взял флягу и тоже сделал из нее несколько глотков.

— Забористая вещь, — страж поморщился и закрутил крышку.

— Ложиться? — Рей с сомнением осматривал землю. Нет бы предупредить, хоть бы подстилку какую взяли. Какой-никакой, а все комфорт…