Трон Знания. Книга 3 - Такаббир Эль Кебади

— Что я здесь делаю? — пробормотала Эйра, глядя на лестницу, устланную алой дорожкой.

— Возьми себя в руки, — сказал Адэр.

— Я забыла всё, что вы говорили. Я боюсь всё испортить.

— Сейчас соберёшься и вспомнишь.

— Давайте посидим. Пусть другие идут.

— Эйра, посмотри на меня.

Она устремила на Адэра лихорадочный взгляд:

— Никто не войдёт во дворец, пока не зайдём мы, — сказал он.

— Бог мой, что я здесь делаю…

Адэр откинулся на спинку кресла:

— Хорошо. Давай посидим.

Эйра посмотрела через плечо:

— Это все на бал?

Адэр оглянулся на бесконечную вереницу машин:

— Не все. Кто-то успел проскочить перед нами.

В письмо вместе с приглашением и списком девиц, как обычно, был вложен список гостей. Их было немного — всего пятьсот холостяков и столько же сопровождающих дам. На балах короля Толана IV, отца наследного принца, иногда присутствовало до десяти тысяч человек. А Великий как-то устроил бал, на который пригласили сорок тысяч.

— Как я узнаю, в ком из них течёт королевская кровь? — спросила Эйра.

— Ты их увидишь и сразу поймёшь.

Эйра встряхнула головой:

— Хорошо. Идём.

Адэр вышел из автомобиля, подал ей руку. Холодные пальцы мелко дрожали. Эйра выбралась из салона, и Адэр выпустил её ладонь. С этой минуты они могут прикасаться друг к другу только в танце. Но танцевать они не будут. Адэр не успел найти ей учителя. Точнее, не искал — за полтора месяца невозможно выучить даже самые простые па. Поэтому, если вдруг Эйра станет дамой другого кавалера, она скажет ему, что подвернула на ступенях ногу.

Они прошествовали по ковровой дорожке — Эйра шла за левым плечом Адэра — и очутились в холле, украшенном ледяными скульптурами в человеческий рост: сидящие на скамьях музыканты играли, пары танцевали.

В гардеробе было шумно, людно. Увидев Адэра, гости отступили к стенам. По царившему в Росьяре придворному этикету к членам королевских семей нельзя подходить ближе, чем на три шага. Даже нечаянное прикосновение к ним могло стоить титула. Это правило не распространялось на дам отпрысков правителей — они подчинялись другим требованиям.

В полной тишине Адэр и Эйра отдали дворцовым слугам плащ и накидку и направились в одну из смотровых комнат, которые находились рядом с гардеробом.

Стены обиты бледно-зелёной тканью, в вазах белые розы. С потолка струился мягкий свет и отскакивал от золотистого паркета. Роскошное трюмо с тремя зеркалами. Пуфики на изогнутых ножках. На столике лежали новенькие шпильки, булавки, пуховки и гребни. На табурете — щётки для одежды и обуви. Устроители праздника ни о чём не забыли.

Адэр не видел Эйру в бальном платье — из своих покоев она вышла в норковой накидке. В гардеробе разглядывать её было неудобно и неприлично. Весь путь до смотровой комнаты Эйра проделала за его плечом. Похоже, что до этой минуты она тоже не успела себя толком рассмотреть и теперь смущенно взирала на своё отражение. Бронзовое платье с морозной росписью золотой нитью. Такая же нить обвивала собранные на затылке волосы. Ни украшений, ни декольте, ни оголённых плеч и рук.

Глядя на Эйру, Адэр сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

Она посмотрела на него растерянно:

— Что с вами?

— Я изо всех сил стараюсь дышать ровно.

Будь на её месте другая, Адэр сказал бы, что он с бóльшим удовольствием вернулся бы в гостиницу и закрылся с ней в спальне. Эйре говорить этого нельзя. Как можно обладать такой потрясающей внешностью и быть такой зажатой?

— Вы волнуетесь?

Адэр улыбнулся:

— Уже нет.

Эйра прижала ладони к щекам:

— А я волнуюсь.

— Не стóит. Если ты в чём-то ошибёшься, никто не заметит.

Адэр одёрнул мундир шоколадного цвета, поправил стоячий воротник, расшитый золотом. Если бы не Парень, на них были бы другие наряды, более подходящие к цветовой гамме бала: платье оттенка слоновой кости и костюм цвета «райская свежесть». Что ж, на фоне гостей они будут таким же тёмным пятном, каким стал Грасс-Дэмор на карте Краеугольных Земель.

— Я готов, — сказал Адэр и отвернулся от зеркала.

Отвечая кивками на поклоны дворян и реверансы дам, он пересёк холл, поднялся по высокой лестнице и пошагал по широкому коридору, продолжая обмениваться приветствиями с гостями и придворными. На секунду задержался перед распахнутыми дверями бальной залы, бросил взгляд через плечо на Эйру — правильное ли расстояние между ними — и переступил порог.

Огромный кремовый зал опоясывали белые колонны. В люстрах горели сотни свечей. На окнах паутинно-тонкие занавеси. Сбоку от входа сидели музыканты.

Арочные проёмы в боковой стене вели в три просторные гостиные, где можно было отдохнуть от танцев. В первой установлены бильярдные столы, во второй — ломберные, на которых лежали колоды нераспечатанных карт и коробки с шахматами и шашками, в третьей гости могли перекусить фруктами и бутербродами.

Адэр планировал переходить с Эйрой из одной гостиной в другую, чтобы избежать участия в играх Толана. Принц не следил за гостями; они собирались вместе перед открытием бала, а потом разбредались кто куда.

В зале тихо разговаривали очаровательные дамы в светлых платьях и кавалеры в костюмах приглушённых оттенков. Членов королевских семей было видно издалека. Их выдавали позы, жесты и лица, отмеченные божественной печатью высших сил.

Продолжая здороваться небрежными кивками, Адэр прошёл к возвышению возле передней стены, где стояли два кресла, обитые пурпурным бархатом: большое, вальяжного вида — для наследного принца; изящное, с резным ободком вокруг спинки — для нынешней фаворитки.

К Адэру присоединились отпрыски королей Партикурама и Маншера, Бойварда и Хатали. А когда рядом прозвучал смех сестры Толана и её возлюбленного — тезарского герцога, Адэр не смог сдержать улыбку. Как ни старался Великий, ему не удалось сделать своего сына изгоем.

Представительный голос известил о появлении наследного принца. Вспомнив об Эйре, Адэр оглянулся. Вместе с другими дамами она стояла в нескольких шагах от величественной компании и смотрела в пол.

Толан и его фаворитка Лалидá прошествовали через зал и поднялись на возвышение. За год принц ничуть не изменился: такой же подтянутый, с неизменным ёжиком дымчатых волос и высокомерным изгибом тонких губ. Фаворитка метнула в Адэра взгляд, а он поймал себя на мысли, что пышная грудь и маленький рот Лалиды уже не волнуют его как прежде. Карамельные волосы пассии принца потускнели, родинка над губой смотрелась вульгарно. И было заметно, что Лалида на пять лет старше Толана и на десять лет старше Адэра. Принц с ней четыре года. Видимо, привык, а пора бы прозреть и найти более эффектную любовницу.