Сферы Снов - Элейн Каннингем

Три принадлежащих к гильдии экипажа проехали мимо, не реагируя на девушку. Наконец один остановился, и пара возничих-полуросликов спрыгнула на мостовую, чтобы помочь ей подняться. Экипаж оказался не пуст, но Лилли и не ожидала заполучить его целиком в своё распоряжение. Мужчина и женщина уютно устроились вдвоём на одном сидении. Она уселась напротив, вежливо отведя взгляд, чтобы дать своим спутникам немного уединения.

- Решила сходить за покупками?

Голос обладал зловещим акцентом, ледяным тоном и был пугающе знакомым. Лилли вздрогнула и виновато посмотрела на напарницу.

- Да, - промямлила она, безуспешно пытаясь удержать суровый взгляд чёрных глаз Изабо.

- Продала одну из сфер снов, как мы и договаривались. Эти монеты обеспечили мне прекрасный обед и эту новую шляпку...

- Не надо. Я следила за тобой, и к тавернам или шляпникам ты и близко не подходила. Подозреваю, ты продала все семь сфер. Хочу увидеть, сколько ты выручила.

Изабо кивнула своему спутнику, в котором Лилли узнала капитана разбойничьей банды — и единственного вора, пережившего налёт.

- Держи её.

Лилли метнулась к дверной ручке, собираясь выскочить на улицу. Крупная рука сомкнулась на её запястье и дёрнула его вверх и назад. Громила схватил девушку за вторую руку и тоже поднял её вверх. Одной рукой он прочно прижал Лилли к стенке экипажа.

- Я буду кричать, - пригрозила девушка.

- Тогда ты умрёшь, - парировала Изабо. На всякий случай она достала из кармана большой шёлковый платок и сложила его. Она схватила Лилли за челюсть и с силой надавила, затем сунула платок ей в рот.

Лилли сидела, охваченная молчаливой, не находящей выхода ярости, пока руки женщины обыскивали её, за несколько быстрых хлопков обнаружив спрятанную сумку. Из завитков своих волос Изабо достала небольшой тонкий нож и рассекла платье Лилли. Она взяла сумку и высыпала содержимое на обтянутые шёлком колени. Её чёрные брови взметнулись вверх надменной дугой.

- Оказывается, ты умеешь торговаться. Никогда не думала, что можно выручить столько за несколько сфер — которые, как мы договаривались, ты должна была оставить себе.

Лилли беспомощно смотрела, как Изабо рассовывает слитки по карманам.

- Обычно я настаиваю на равных долях, - с милой лживой улыбкой сказала женщина, - но поскольку ты решила изменить наше соглашение, пожалуй, в качестве штрафа я заберу себе всё. Это будет справедливо, мм?

Фальшивая улыбка упала с её лица, как сброшенный плащ.

- Твоя жадность и глупость могли навлечь на меня неприятности. Больше никогда не перечь мне. Надеюсь, ты понимаешь, что будешь болтаться на городской стене, если заговоришь о том, что мы сделали.

Лилли энергично закивала головой, хотя эта угроза подействовала на неё совсем не так сильно, как жуткое представление, устроенное тренами.

- Хорошо. Мы друг друга поняли. Я свяжусь с тобой, когда ты снова мне понадобишься, - она повернулась к своему приспешнику. - Можешь выпустить её в следующем переулке.

Бандит потянулся к дверце. Не дожидаясь, пока экипаж остановится, он распахнул её и выбросил Лилли наружу.

Лилли ударилась о мостовую и покатилась, пока гора деревянных ящиков не привела девушку к болезненной остановке. Экипаж плавно катился вниз по улице, прикрыв жестокий выход от чужих глаз.

Голова Лилли гудела от удара о камень, и мир бешено закружился, когда она попыталась встать на ноги. Она рухнула с болезненным криком — подвернула лодыжку при падении. Даже без этой травмы девушка сомневалась, что сможет устоять на ногах. Она быстро оценила нанесённый ущерб. На руке виднелась длинная, рваная царапина, болела щека. В ушах звенело, в глазах вспыхивали и взрывались разноцветные искры. Платье порвалось вдобавок к оставленному ножом Изабо разрезу. У неё не было денег на экипаж, и первый неверный шаг вызвал уколы боли по всему побитому телу.

Но выбора не было. Она сказала себе об этом, пытаясь встать, пытаясь бороться с волнами мрака. Тело не желало подчиняться. Она лишь смутно осознавала приближение тяжёлых шагов и запах кожаных доспехов, когда над ней склонились двое мужчин.

- Что у нас здесь? - произнёс один. Он намотал локон ярких рыжевато-золотых волос на палец. - Клубничный пирожок, можно сказать, правда, далековато от булочной.

Второй мужчина шлепком сбил его руку.

- Тупица! Посмотри на это личико. Или это отродье Таннов, или я — трёхногий огр. Если леди Кассандра услышит, что ты оскорбил одну из них, она оправит наши орешки в серебро и будет носить их в своей тиаре.

Его товарищ хмыкнул.

- Тогда лучше доставить её домой. У тебя хватит на экипаж?

- Это вряд ли! Стража не так хорошо платит. Постой... у меня есть три серебряных. У тебя?

Пока мужчины считали монеты, Лилли попыталась запротестовать. Но лучшее, что она смогла — слабый мычащий звук, когда один из мужчин подхватил её на руки, остановил экипаж и попросил везти побыстрее в Северный квартал к особняку Таннов. Ей предстояло событие, которого она ждала всю жизнь. Она должна была встретиться с отцом, и эта перспектива наполнила девушку ужасом.

Её отец.

Она никогда всерьёз не думала о встрече с ним, и уж тем более не рассматривала возможность обратиться к нему за помощью. Лилли ожидала, что отец откажется от неё — при условии, если она вообще сумеет с ним увидеться. Девушка предпочла бы остаться лежать в переулке, чем столкнуться с презрением, которого она ждала. Эта мысль последовала за ней во тьму и продолжила мучить её во снах.

* * * * *

Лорд Раммас Танн покрутил деревянную штуковину в руках, провёл пальцами по выступающей резьбе, изображавшей ворона, усевшегося на лошадиную голову. Хорошая работа, но не драгоценная. Такую штуку можно просто выбросить, повинуясь сиюминутному перепаду настроения.

- Это действительно герб моей семьи, и кажется, я припоминаю эту подвеску. Как ты её нашла?

Лилли приложила руку к гудящим вискам и сделала глубокий, успокаивающий вдох.

- Мне вручила её мать — вместе со своей историей.

- Которую, я так понимаю, ты собираешься поведать мне. Моё время ограничено, так что, пожалуйста, поторопись.

Лилли тяжело было понять природу этих ограничений. Комната, в которую её привели, была похожа на кабинет джентльмена, но любые свидетельства, что здесь занимаются серьёзной работой, отсутствовали. На полках лежало несколько книг, но их кожаные корешки были гладкими и не сморщенными от чтения. Пыльное