Королевская судьба - Морган Хауэлл

– Это похоже на колдовство.

– Что может знать об этом нищий? Но я слышал, как Смотритель поднимался по этой дорожке чуть раньше, чем вы появились. Так что будь осторожен, гвардеец, иначе тебя заберут.

– Спасибо за предупреждение, – сказал Севрен. – Я навострю глаза и уши.

Затем он убрал меч в ножны и продолжил свой обход.

Первой мыслью Севрена было отбросить утверждения нищего как бред. Колдуны были могущественными людьми, советниками королей и вельмож. Ни у кого не было причин таскаться за ворами и головорезами. Однако из-за искренности нищего его предупреждение трудно было проигнорировать, и Севрен прошел совсем немного, прежде чем погасил свой факел. Когда он снова двинулся в темноте, то делал это легким шагом и настороженно прислушиваясь. Еще дальше по улице Севрен услышал шум. Он замер и прислушался. Ему показалось, что он слышит, как идет пара мужчин, их шаркающие шаги стали тяжелее от общей ноши.

Севрен всмотрелся в мрачную улицу. Она казалась темно-серой лентой между еще более темными домами. Если бы снежная пыль не осветила замерзшую слякоть на дороге, Севрен мог бы и не заметить движущиеся фигуры. Он напрягся, чтобы разглядеть их, и ему показалось, что это двое мужчин несут кого-то на руках. По коже Севрена поползли мурашки, как тогда, когда он вошел в башню мага, и это ощущение пересилило все доводы разума. Он повернулся и побежал, не раздумывая ни секунды. Севрен не останавливался, пока не оказался на дальнем краю города.

29

От беспокойства Дар спала некрепко, и, готовясь к заседанию совета, она устала и напряглась. Заседание не могло начаться, пока не будет готово снадобье Мут ла, а это случилось только ближе к полудню. Как только Дар сообщили, что яд изготовлен, она отправилась в Большой зал и послала весть матриархам.

Прибывшая процессия сильно отличалась от той, что была в предыдущий день. Первой появилась Мут-гот, которую двое сыновей несли на носилках. Она дышала с булькающими вздохами, и ее сопровождал Дин-ят, который остался рядом с матриархом после того, как сыновья ушли. Следом вошла Мут-па. Одетая под старину, она производила впечатление суровой фигуры, вышедшей из древних сказок. За ней последовали остальные матриархи. Они казались покоренными присутствием Мут-па.

Дар благословила каждого матриарха, а затем сказала:

– Обычай разрешает присутствие знахаря, если она поклянется молчать о том, что услышит. Дин-ят, ты клянешься?

– Да.

– Хорошо, – сказала Дар. – Тогда мы должны начать все заново. Мне позвать камни?

– В этом нет нужды, – сказала Мут-ят, – ибо камни уже сказали свое слово. А вот что нужно призвать, так это Напиток Мут ла.

– Здесь есть двое, которые не бросили свои камни, – сказала Дар.

– Каждое утро восходит золотой глаз и начинается новый день, – ответила Мут-ят. – Но то, что было в прошлом, остается неизменным. Вы не можете изменить историю в угоду своим прихотям.

– Какая глупость! – сказала Мут-ток. – Пусть снова решают камни.

– Если мы допустим это, – ответила Мут-ят, – решение камней никогда не будет окончательным. Я говорю, что пригодность Мут Маук должна быть проверена, ибо так постановили камни. Она должна призвать Напиток Мут ла.

– Если ее заставят пить без повторного обращения к камням, – сказала Мут-ян, – она не должна пить слишком много. Нам понадобится немного Напитка для ее преемника.

– Я, например, сомневаюсь в пригодности этого преемника, – сказала Мут-ток, зловеще глядя на Мут-ят, – и не я одна. Если ты станешь королевой, в тебя не будут бросать камни. Но ты получишь их приговор.

Мут-па тоже смотрела на Мут-ят.

– С каких это пор уркзиммути научился говорить так, как ты? Ты используешь слова как кинжалы. Но они нужны для рассуждения, а не для убийства. Совет был неполным, когда он советовался с камнями. Теперь это не так.

Она поклонилась Дар.

– Мут Маук, ты призовешь камни?

Дар посмотрела на матриархов и почувствовала, как изменилась их власть.

– Хай, – сказала она. – Мут-ят, откроешь дверь?

Мут-ят поклонилась и безропотно подчинилась. Дар приказала принести камни. Когда их принесли, она обратилась к совету.

– Прежде чем эти камни будут брошены, я хочу знать, зачем пришли Мут-па и Мут-гот, ведь не я их позвала.

– Это Мать Видений послала меня, – сказала Мут-па. – Мне не хотелось отправляться в путь, но как я могла ослушаться?

– Никто из вашего клана не приходил сюда раньше, – сказала Мут-смат. – Неужели Мут ла молчала с тобой все эти поколения?

– Тва, но на нас была возложена участь ждать и наблюдать. Эта задача выполнена. Мут Маук пришла с запада, как и было предсказано.

– Значит ли это, что мир изменится? – спросила Мут-ток.

– Очень похоже, – ответила Мут-па, – но так, как мы еще не знаем. Я знаю только одно: Мут ла послал нам эту королеву. Те, кто обладает мудростью, знают и это.

С помощью Дин-ят Мут-гот с трудом заставила себя сесть прямо. Престарелая матриарх говорила слабым голосом между вдохами, которые давались с трудом.

– Во время путешествия мне... тоже было видение. ...Оно сказало: «Спешите... или надежда умрет».

– Мут ла говорила с этими двумя матерями, – сказала Мут-хак. – Нам тоже следует послушать.

– Мут Маук, – сказала Мут-ток, – мы не знаем, где находится мудрость. Пить или не пить Напиток Мут ла? Эти камни укажут нам путь. Хочешь ли ты сказать, прежде чем они примут решение?

– В этом нет необходимости, – ответила Дар.

– Черный камень означает, что Мут Маук должна быть испытана, – сказала Мут-ток. – Зеленый – нет.

Камни были брошены, и Дар пересчитала их. Два были черными, а семь – зелеными. Мут-ят вышла вперед.

– Принимает ли этот совет решение камня?

– Да, – сказали все матриархи.

– Тогда мы, матриархи, подтверждаем, что Даргу-ят достойна принять Фатму и стать нашей королевой, – сказала Мут-ят. Она поклонилась Даргу. – Я отдаю свое послушание, как того желает Мут ла.

Каждая матриарх по очереди поклонилась и сделала такое же заявление. После этого Дар произнесла традиционные слова.

– Мут ла дала мне эту корону. Вы облегчили ее бремя. Шашав.

От облегчения она чуть не забыла пригласить матриархов на пир,