Жена по призванию - Ольга Куно

– Эль, – не раздумывая, заявил Дэн.

– Эль, – повторил Томасу граф, впрочем, как следует при этом скривившись.

– Мне тоже, – присоединился к товарищу Алонсо.

Повторно морщиться Руперт не стал, вместо этого повернулся к нам с мужем.

– Чего желает юная леди? – чуть насмешливо поинтересовался он. – Полагаю, сок?

Я и вправду не слишком-то хотела пить алкоголь. Из всех спиртных напитков я пью только вино, но и его крайне редко. Однако снисходительный тон графа меня задел. И потому я неожиданно для самой себя заявила, отчасти следуя примеру Нэт:

– Да, будьте так любезны. Сок. Апельсиновый. Со льдом.

Апельсины у нас в королевстве не росли вовсе; их привозили из южных земель, с которыми у нас даже не было общей границы. Поэтому данный фрукт являлся редкостью и стоил немало.

По губам Руперта пробежала улыбка; устремленный на меня взгляд был не то одобрительным, не то просто оценивающим.

– А вы? – спросил он у Дамиана.

– Бренди, – заявил тот. – Мои вкусы попроще, чем у Натали.

Руперт вежливо кивнул и, подняв глаза на Томаса, дал тому знак принести напитки.

– По части запросов с нашей наемницей вообще непросто сравниться, – заметил он.

Нэт и не думала возражать.

Томас вернулся достаточно быстро, держа в руках поднос, на котором, к моему немалому удивлению, обнаружилось абсолютно все, что было заказано. Два кубка с элем, один с бренди, один с соком, еще один – с вином для хозяина дома, вкусы которого лакей, несомненно, знал на зубок. А также один пустой кубок и две бутылки вина. Поставив содержимое подноса на стол, лакей раскупорил одну из бутылок, налил в кубок темно-красную жидкость и поставил как кубок, так и бутылку напротив Нэт.

– Итак, прежде чем мы перейдем к главной цели нашего разговора, – начал Руперт после того, как все успели отхлебнуть по несколько глотков, – мне было бы чрезвычайно интересно узнать одну вещь. Как вам троим, – пренебрежительный взгляд на наемников, – удалось связаться с двумя приличными людьми?

– А почему вы решили, будто мы – приличные люди? – парировала я.

Даже не знаю, что меня больше зацепило – то презрение, с которым Руперт говорил про наемников, или же та насмешливая снисходительность, какую он, похоже, проявлял в отношении меня.

Кажется, мои слова графа позабавили. Во всяком случае, ответил он весьма охотно:

– Я неплохо разбираюсь в людях и вполне способен отличить приличного человека от проходимца, равно как и леди – от авантюристки. – Короткий взгляд в сторону Нэт. – Даже если первая носит брюки и стреляет из арбалета.

Я нахмурилась. Откуда ему известно про арбалет? Он все-таки появился в городе раньше, чем сказал, и успел увидеть все, что происходило на площади? Или просто заметил арбалет, который я долгое время несла, перекинув через плечо?

– Вот как? – прохладным тоном произнес Дамиан. – В таком случае, может быть, сообщите, что вам известно обо мне?

– С удовольствием, – не стал жеманиться граф. – Мы с вами так до сих пор и не были друг другу представлены: чего можно было ожидать от наших общих знакомых? Однако, не скрою, я внимательно наблюдал за вами во время нашей поездки и успел сделать кое-какие выводы.

Надо же, внимательно наблюдал. А так мастерски делал вид, будто с исключительным интересом глазеет в окно.

– Вот как? – равнодушно проговорил Дамиан. – И какие же, позвольте вас спросить?

– Извольте. – Руперт был сама любезность. – Однако первым делом позвольте мне представиться самому: я – граф Руперт Лоренсье из графства Истшир, это к северу от столицы. Однако не торопитесь представляться в ответ. Иначе мне станет бессмысленно делиться с вами своими соображениями. Итак, начнем с того, что вы – титулованный дворянин.

– Вы так в этом уверены? – изогнул бровь Дамиан.

– Абсолютно уверен, – кивнул Руперт. – Конечно, одеты вы куда как проще, но манеры говорят сами за себя. Манеры всегда говорят о человеке куда больше, чем его одежда.

– Хорошо, допустим, – согласился Дамиан. – Далее?

– Далее могу сказать, что ваш титул довольно-таки высок. Что-то между бароном и графом. Ну в крайнем случае чересчур зазнавшийся баронет.

– А как насчет чрезмерно скромного маркиза? – с саркастической интонацией осведомился Дэн.

– Чрезмерно скромный маркиз не подойдет, – сухо ответил Руперт, удостаивая наемника лишь беглым взглядом.

– Не будем разводить загадочность вокруг того, что никакой тайны не представляет, – отрезал Дамиан. – Я – виконт. Можете добавить что-нибудь еще?

– Виконт, – задумчиво кивнул Руперт. – Да, у меня было такое предположение. Ну что ж, в таком случае продолжим. Вы – виконт, но не из этих мест, иначе мы с вами были бы знакомы. Далее, вы не были представлены ко двору, во всяком случае не в последние шесть лет, да и раньше навряд ли. Вообще, насколько я понимаю, вы не имеете привычки посещать столицу. Это довольно редкий случай для человека вашего положения.

– Какая необыкновенная наблюдательность.

Последние слова Дамиан практически процедил сквозь зубы. Неудивительно: граф, пусть и сам того не зная, бил по больному месту, а именно по загубленной репутации Дамиана. Впрочем, сколько бы пробелов ни было в информации, которая имелась в распоряжении Руперта, он мог бы и сообразить, что люди такого социального статуса не избегают столицы без причины. Я исподлобья зло посмотрела на графа.

– Не подумайте, будто наш Руперт кичится собственным положением в обществе, – насмешливо заметила с кушетки Нэт, от внимания которой не укрылась наша с Дамианом реакция. – Он ведь и сам у нас с некоторых пор отлучен от двора. Так сказать, находится в опале.

Она одарила графа широкой улыбкой – не то ласковой, не то гаденькой; где-то на грани.

– Смотря что ты называешь опалой, – пожал плечами граф, однако тон его был вполне равнодушным, словно замечание наемницы нисколько его не задело.

– А за что? – тут же полюбопытствовала я.

После той бестактности, которую, с моей точки зрения, допустил по отношению к Дамиану Руперт, я и сама не считала нужным излишне церемониться.

– А вот за все это. – Улыбка Нэт стала еще более широкой, когда она, показательно вертя головой, обвела взглядом столь впечатляющий подвал. – Наш король, может, и не ангел, однако же в определенных вещах довольно щепетилен. И терпеть подобную распущенность вблизи от своего дворца не пожелал. Вот и пришлось нашему графу перебраться в эту глушь.

– Во-первых, Ренберри – это не глушь, – спокойно отозвался Руперт. – Этот город фактически является второй столицей. Во-вторых, я – дворянин и в том, что касается моей личной жизни, имею полное право поступать так, как мне заблагорассудится; этого права не оспаривает даже король. А в-третьих, я нисколько не страдаю от смены обстановки. Возможно, даже, напротив, выигрываю.