Тропы Трояна - Василий Сахаров

– А-а-а, вот ты о чём, – протянул я. – Непонимание рождает сомнение, и ты желаешь получить разъяснения. Но сдаётся мне, друг Орей, что тебя гложет обида. Так?

– Есть немного, – признал волхв. – Я ведь потомственный служитель Яровита, а ко мне он не приходил, и у меня не получается служить ему так, как это делаешь ты. Хочу быть полезным сородичам нашим и делаю многое, о своих заслугах знаю. Но хотелось бы стать таким, как ты, резким, быстрым и не знающим страха и сомнений человеком, который прозревает будущее не сердцем, а разумом, да вот только не получается. Из-за этого в душе неудовлетворённость, и потому я начал такой разговор.

– Это ясно. Но дело здесь не в везении. Просто мы из разных времён и думаем по-разному.

– Не понял. Поясни.

– Запросто. Помнишь, как мы с тобой разбирали книги, которые я с Руси привёз?

– Да, конечно.

– Сколько времени ты на одну книгу тратил, чтобы разобраться, где ей место и какова её цена?

– Много. С утра и до полудня я только семь книг просмотрел.

– Вот, а я за это же время с тремя десятками управился. А почему так? Да потому, Орей, что в моё время люди всё делали быстро. Открыл текст, основу выхватил и следующую взял. А ты во всём ищешь скрытый смысл и тайный подтекст, даже там, где его нет. Вот и выходит, что я быстрее. Определился в том, что мне нужно сделать, и пошёл к цели без оглядки на чей-то авторитет или мнение общества и без долгих раздумий. Но это не главное. У меня за плечами уже есть одна жизнь, которую я прожил не так, как мне хотелось бы. Был период в жизни, когда я много мечтал и немало читал. Мне хотелось изменить жизнь к лучшему и сделать что-то великое. Однако я постоянно откладывал осуществление планов на потом, и так проходил день за днём. Затем я служил, женился, получил тяжкие увечья и понял, что жизнь в общем-то окончена. Всё! Приехали! Конечная остановка! Мне оставалось только иллюзия существования, ибо цели уже никакой не было, и все мои близкие умерли. Но случилось чудо. Я получил возможность прожить новую жизнь, и не использовать шанс было бы величайшей глупостью. И вот я здесь, дышу полной грудью, молод, здоров, и то, что не сделано в моём родном веке, может быть осуществлено здесь. Меня ничто не сдерживает и не стесняет. Я иду вперёд и, хотя случается, что сомневаюсь в собственных силах, не останавливаюсь. Яровит, наверное, понял, что я готов идти до конца, и потому Вадим Сокол стал тем, кого ты видишь перед собой сейчас.

– Это я понимаю.

– В таком случае, Орей, пойду я. Возможно, меня не будет весь день, это нормально. Ну а ты плохого не думай.

– А я и не думаю, – откликнулся волхв.

Допив взвар, я направился к порталу. Площадка вокруг входа была расчищена, и, успокоив дыхание, я начал своё путешествие.

На дороге древних чародеев всё было неизменно. Глухая тишина возле камня и выкрики из тумана на тропе. Относительно спокойно я добрёл до Руяна и там вышел. Караул из витязей Яровита и волхвов встретил меня, и я оставил записку Лебедяну, который должен был знать, что реанимирован ещё один портал. Затем продолжил путешествие и выбрался в реальный мир уже в степи, точнее, в одной из комнат деревянного острога на реке Саксагань, где на страже находились чёрные клобуки и сотник Юрко Сероштан. Охранники портала проводили меня в просторную горницу. Один из них принёс кубок подогретого вина – это именно то, что нужно после ходки на тропу Трояна, и я упал в удобное глубокое кресло, которое было привезено из Переяславля. Это, конечно, не трон, но мне и не надо. Главное, чтобы удобно было. Спустя пару минут появился Юрко Сероштан, а вслед за ним в горницу вошли Гэрэи, Кулибин и Аслан-бильге. Мы обменялись приветствиями, и, когда они сели рядом, я сказал:

– Рассказывайте, как живёте и что нового в степи.

Чёрный клобук и Гэрэи переглянулись, и первым доложился сотник, который, как обычно, был краток:

– Острог, как видишь, построили. Припасов привезли столько, что можем тысячу человек целый год кормить. Под моей командой сто девяносто воинов, а вскоре из Макотина и Зарубина ещё полусотня подойдёт. Серебро на исходе, и, если будет нужно, как ты и велел, вождь, обратимся к приказчикам ладожан в Киеве. Нас пока никто не тревожит, но половцы насторожились и весной наверняка попробуют напасть.

Сероштан замолчал, и его сменил Кулибин:

– В нашем кочевье всё хорошо, вождь. Люди не голодают, скотина не болеет, и еды хватает. Воинов четыре десятка бывалых и три десятка молодых.

Глава рода Гэрэй слегка кивнул, и настала очередь Аслана-бильге, который в затеянной мной степной авантюре стал главным дипломатом:

– Зимой мы посетили сорок шесть старых родов, которые бедствуют, и многие готовы встать под знамя Сокола. Поэтому уже в конце весны они придут сюда. Вожди хотят встретиться с тобой, Вадим, и только после этого примут окончательное решение.

– Списки родов, о которых я тебе говорил, сделаны? – спросил я старика.

– Да. – Аслан достал из-за пазухи бумажные свитки и протянул их мне: – Вот они.

Я раскатал листы, и взгляд заскользил по тюркским рунам, которые были поразительно похожи на славянские и скандинавские. Но это и понятно, ведь корни у нас общие, и пусть современные потомки тюрок обликом больше смахивают на дагестанцев из моего времени, лично мне они гораздо ближе, чем монголоидные половцы. Впрочем, половцы тоже разные бывают: среднеазиатские кипчаки сильно смахивают на калмыков или уйгуров, а осевшие в пределах Дикого поля племена, смешиваясь с местными народами, всё больше походят на европейцев и славян. А всё почему? Степь хоть и бескрайняя, но народа в ней живёт гораздо меньше, чем на землях осёдлых. От Волги, Дона и Кубани до Днепра во всех ордах, вместе взятых, не более девятисот тысяч человек вместе с женщинами и детьми. Своего производства практически нет, одна кустарщина, больших продовольственных запасов тоже не имеется, детская смертность зашкаливает, и нет единого вождя (вроде Бату-хана или Аттилы), который бы собрал мощь Дикого поля в кулак. Отсюда слабость степняков, которые могут налетать на Русь, Кавказ, Среднюю Азию или Византию. Но толку с этого мало, и они регулярно получают по башке, а затем поступают на службу к более богатым соседям, в основном венграм, русским, ромеям, персам и грузинам, которые их ассимилируют. Правда, иногда половцам и другим кочевникам кое-что перепадает и удаётся урвать жирный кусок: где-то набег удачен, а где-то правители ведутся на банальный шантаж. Вот только добычу можно найти лишь там, где царит смута и нет крепкой власти.

Однако что-то меня занесло. Я сосредоточился на списке Аслана-бильге и постарался в него вникнуть. Род. Общая численность людей. Количество воинов и лошадей. Имя вождя. Строка в строку, мелкий аккуратный почерк. Все чётко и ясно. И если хотя бы половина указанных в списках родов из трёх разных орд, Лукоморской, Приднепровской и Заорельской, придёт на Саксагань, то это будет двадцать пять тысяч человек, из которых минимум три тысячи воины. Да, большую работу проделал Аслан, и это достойно награды. Ничего подобного я не ожидал, хотя знал, что старейшины рода Гэрэй взялись за выполнение моего задания всерьёз, и это значит, что мне в очередной раз придётся менять свои планы.