Призрачная ночь - Клаудия Грэй

Все остальные разошлись по своим делам, разбегаясь от миссис Бетани, как разлетаются листья на ветру; и я хотела поговорить с Лукасом, но Скай меня опередила, подошла к нему раньше, чем я успела произнести хоть слово.

— Спасибо, что заступился за меня.

— Не за что.

Она криво улыбнулась, и это каким-то образом сделало ее еще красивее. Почему, когда я улыбаюсь, выгляжу глупо?

— Знаешь, ты вроде команды быстрого реагирования в одном лице. Кто бы мог подумать, что в старшей школе человеку потребуется, чтобы его то и дело спасали?

Скай всего лишь шутила, но при этом задела самую чувствительную струнку. Лукас взял ее под локоть и произнес:

— Нужно поговорить.

— Экзамен начнется через пять минут, и разве ты не собираешься привести себя в порядок после драки?

— Забудь об этом. И про экзамен забудь. Это важно.

Я последовала за ними на лестницу; Патрис кинула нам вслед встревоженный взгляд, но не подошла, и это хорошо, потому что она, скорее всего, здорово распсиховалась бы. Зная Лукаса, я догадывалась, о чем он собирается говорить, и мне показалось, что это неплохая мысль.

Пора сказать Скай правду.

— Ну, что такое? — Они остановились на лестничной площадке, и лицо Скай омрачилось. Свет, падавший сзади из узкого арочного окна, подсвечивал ее темные волосы. — Ты наконец решился рассказать, что с тобой неладно?

Лукас насторожился:

— Ты о чем?

— Ты такой… ну, сердитый, — прошептала она ласково. — Сердишься на все подряд и все время. Я не в смысле, что ты не прав, но, Лукас, это сжигает тебя изнутри. В чем дело? Можешь мне сказать?

Если бы она попыталась хитростью выудить это из Лукаса, он ей ни слова не сказал бы. Но простая честность всегда разрушала все его барьеры.

— Моя девушка, Бьянка… она летом умерла. А я все еще люблю ее и всегда буду любить.

Правда, пусть и не полная, согрела меня изнутри и привела в полный восторг. Но меня удивило то, какое воздействие она оказала на Скай: светло-голубые глаза девушки моментально наполнились слезами.

— Я тоже кое-кого потеряла этим летом. Моего старшего брата.

— О господи. — Она застала Лукаса врасплох. — Скай, сочувствую.

Она сжала его руку.

— Поверь мне, я тебя понимаю. Наверное, мне удается лучше прятать гнев, чем тебе, но иногда мне просто хочется… — Скай раздраженно выдохнула, смахнула слезу и даже сумела улыбнуться Лукасу. — Бьянка была… необыкновенная? Спорю, она была необыкновенная.

Лицо Лукаса дрогнуло. Они говорили обо мне в прошедшем времени, это напомнило ему о моей смерти, и боль вернулась.

— Ты даже не представляешь насколько.

— Если это хоть немного поможет, я верю… нет, я знаю, что умершие не уходят навсегда. — Она говорила с глубокой убежденностью, на какую способны лишь люди, выросшие в доме с привидениями. Скай знала о живых мертвецах, пусть только на этом уровне. — Они смотрят на нас. Они рядом. И я думаю, они понимают, как сильно мы их любим, может быть, сильнее, чем любили при жизни.

Когда она это сказала, я рискнула легонько, нежно прикоснуться к руке Лукаса. Он выпрямился, поняв, что я рядом, в безопасности и более взволнована, чем раньше.

— Я тоже в это верю.

— Она бы хотела, чтобы ты был счастлив, — сказала Скай. — А не злился постоянно.

— Я пытаюсь.

Я знала, что Лукас говорит это для меня, а не для Скай.

Они еще какое-то время смотрели друг на друга, пытаясь взять себя в руки. Скай с трудом сглотнула и спросила:

— Ну, и что ты хотел мне сказать?

— Эта школа опасна, Скай. Здесь все вокруг опасно. Будь осторожна.

— Да, я уже поняла это, когда та странная банда стариков выстрелила в меня. Какие гангстеры сейчас пользуются арбалетами?

Лукас шагнул к ней и посмотрел прямо в глаза. Сквозь полукруглое окно проник солнечный свет, позолотив ему волосы.

— Нет, я серьезно. Некоторые здешние ученики… они не просто ученики.

Девушка скрестила на груди руки.

— Ты имеешь в виду, что они полные придурки?

— Я имею в виду, что они вампиры.

Скай уставилась на Лукаса. Он не отвел взгляд. Интересно, она сейчас завизжит, или начнет задавать вопросы, или рванет к чертовой бабушке из школы?

Вместо всего этого она расхохоталась.

Лукас пораженно отпрянул.

Она выдохнула:

— Я чуть не купилась!

— Скай…

— Хорошо, хорошо, я поняла. — Она так хохотала, что я едва разбирала слова. — Что-то мы стали чересчур занудными для тех, кому предстоит экзамен по алгебре. Спасибо, что посмешил. Мне этого очень не хватало.

Лукас пытался подобрать какие-то слова, но быстро сдался.

— Обращайся в любое время.

— Пошли в класс. — Скай направилась к двери.

Лукас оглянулся, и я слегка померцала, чтобы он знал, что я здесь. Его робкая улыбка оказалась для меня самым лучшим «добро-пожаловать-домой», каким меня когда-либо приветствовали.

Конечно, я хотела рассказать Лукасу про миссис Бетани, но это могло подождать. Может, его преданность учебе в этом семестре и была просто способом отвлечься от душевных терзаний, но ее следовало уважать. Я решила, что сорок пять минут ничего не решают.

Однако не все настолько дисциплинированны, чтобы дожидаться подходящего времени для разговоров. Когда я вернулась в комнату для хранения документов, мечтая надеть браслет и немного побыть одной, кое-кто решил нанести мне визит.

— Ну, просто королева бала мертвецов! — фыркнула Макси.

Я резко выпрямилась; она материализовалась в комнате, а я так глубоко погрузилась в свои размышления, что даже не заметила этого. На ней снова была разлетающаяся ночная рубашка, как и на мне моя пижама.

— Скажи-ка, приятно чувствовать себя настолько особенной, что тебя даже правила не касаются?

— Ужасно, — ответила я. — Это значит, что даже тем, кого ты считал друзьями, ты не нравишься.

Макси замялась, склонила голову, и светлые, коротко подстриженные волосы упали ей на глаза.

— Мне ты нравишься, — произнесла она тоненьким голосочком.

— Ну, по твоему поведению не скажешь.

— Мы должны сделать выбор, — сказала она, и в первый раз с момента нашего знакомства это прозвучало как слова взрослого человека, а не капризного ребенка. — Мы должны смириться с тем, что умерли.

— Поверь, я это понимаю.

— Вампиры — наши враги!