Призрачная ночь - Клаудия Грэй

— Может быть, в основном это так, — согласилась я, думая о миссис Бетани, — но только не Лукас. И не Балтазар, не Патрис, не Ранульф. Почему ты так цепляешься за понятия «черное и белое»? Почему смотришь только на то, что они такое, а не кто?

— Это помогает, — прошептала она. — Когда ты не живая, но и не окончательно умерла, начинает казаться, что все вокруг серое. А тебе хочется черного. И белого.

— Я понимаю. — Я в самом деле понимала.

Тут распахнулась дверь, и в комнату вошли Вик с Ранульфом. У них был перерыв на ланч.

— Погоди, погоди, — говорил как раз Вик. — Ты пригласил на Осенний бал Кристину дель Вале? Как тебе это удалось? Она же самая знойная девчонка в школе!

— Я очень хорошо умею обхаживать миловидных девиц, — ответил Ранульф.

Тут оба остановились, заметив меня и… Макси. Она не успела вовремя сделаться невидимой, а теперь слишком испугалась и растерялась и просто стояла, приоткрыв рот и глядя на них.

Я торопливо произнесла:

— Макси, Вика ты, конечно, уже знаешь, а теперь познакомься с Ранульфом.

— Еще призраки! — хмыкнул Ранульф. Сразу после моей смерти он отнесся ко мне с опаской и преодолел настороженность не сразу, но сейчас ему потребовалась лишь какая-то секунда. — Добро пожаловать. Вы часто будете к нам заглядывать? Если да, пожалуйста, не замораживайте слишком много сидячих мест. Бьянка вечно оставляет их такими холодными, что сесть уже невозможно.

— Эй! — возмущенно воскликнула я, но Ранульф внезапно очень заинтересовался постерами с Элвисом.

Вик молча смотрел на Макси. Она знала его всю жизнь, но всегда оставалась невидимкой. Он впервые по-настоящему увидел ее.

— Ну и ну! — произнес наконец Вик. — Гм… ого! Ну, привет.

— Привет, — шепнула Макси.

Я знала, что это первое слово, которое она ему сказала. Макси перешла черту, ту самую, которую пересекать наотрез отказывалась, и мне это нравилось. Неужели она начала думать самостоятельно? Начала понимать, что границы между вампирами, призраками и людьми такие же размытые, как между жизнью и смертью?

— Может, ты хочешь… потусоваться немного с нами? — Вик в растерянности оглядел комнату, пытаясь сообразить, чем тут можно развлечь Макси. — Давай поболтаем, или… у меня тут есть музыка…

— Мне нужно идти, — сказала Макси. Но прежде чем я успела расстроиться, добавила чуть тише: — Но я как-нибудь снова зайду.

Вик улыбнулся:

— Класс. В смысле, это… будет просто классно.

Макси исчезла, но я ее чувствовала. Она очень медленно выплывала из комнаты, словно ей совсем не хотелось этого делать. Когда она все-таки просочилась сквозь крышу, Вик повернулся ко мне.

— Просто невероятно! — воскликнул он.

— Правда, здорово? Наконец-то с ней познакомиться?

Я улыбалась ему. Он стоял с приоткрытым ртом, то ли улыбался, то ли изумлялся.

— Я думал… я никогда не догадывался… в смысле, я знал, что мое привидение женского пола и все такое, но даже и не думал, что это девушка.

— Вик просто до сих не овладел искусством общения с девушками, — вмешался Ранульф.

— Научишь меня парочке своих фокусов, приятель? — спросил Вик.

— Это ерунда, нужно всего лишь понаблюдать несколько столетий.

— Отлично. — Вик вздохнул и швырнул на пол рюкзак.

— Я сейчас вернусь, ладно? — Я сняла браслет и дематериализовалась, просочившись наружу сквозь крышу. Как я и подозревала, Макси парила высоко в небе. Мы видели друг друга — туманные очертания, неразличимые с земли.

— Я разговаривала с Виком! — воскликнула она. Ее улыбка сливалась с солнечным светом. — Я с ним разговаривала, и он мне отвечал!

— Видишь, как это весело — переходить границы?

— Нет ничего плохого в том, чтобы двигаться дальше, — твердо произнесла она. — Ты и сама знаешь, насколько там лучше, чем здесь. Но пока мы частично здесь…

— Думаю, мы должны жить после смерти ради тех, кого любим. — Я начала подниматься выше, в основном из любопытства: интересно, как высоко мы можем взлететь. — Все остальное бессмысленно.

— Но я же не знала Вика раньше, когда была жива, — возразила Макси.

— Если тебя интересует мое мнение, то нет никакой разницы, когда ты начинаешь кого-то любить. Просто любишь, и все.

Слово «любишь» напомнило мне о Лукасе и о тех новостях, которыми я так сильно хотела с ним поделиться, что это жгло меня изнутри. Но нужно убить еще полчаса, поэтому я полетела еще выше, а Макси за мной.

— Как высоко мы можем подняться? — спросила я.

— О, безумно высоко. Над тропосферой. Если захочешь, можешь увидеть звезды днем.

— Правда? — Вот на звезды я посмотрела бы прямо сейчас. Точнее, я всегда готова смотреть на них. Конечно, телескопа у меня нет, но все равно это зрелище, которым стоит полюбоваться, как снимки, сделанные телескопом «Хаббл». — Так давай посмотрим!

Макси засмеялась, и я поняла, что она этого все время хотела. Не ради того, чтобы я выбрала правильную сторону, а ради себя — ей требовался компаньон в ее мире-между-мирами.

— Давай!

Мы поднимались вверх, все выше и выше, и академия «Вечная ночь» превратилась просто в пятнышко на земле, а потом ее закрыли облака. Солнечный свет над нами был не просто яркий, а ослепительный.

Затем вдалеке появилось что-то огромное, серебристое и приближалось к нам быстрее, чем можно вообразить.

— Что это еще такое?

— Держись! — завопила Макси.

«Неужели это самолет?»

Пассажирский лайнер мчался прямо на меня, вот я уже видела его очертания — лобовые стекла… пилоты внутри… а потом бац! — мы с Макси ударились прямо в центр самолета, пролетели кабину, длинный проход, дюжину пассажиров, небольшую тележку с напитками, и все кончилось. Мы вылетели наружу.

Мы с Макси какое-то время просто парили там, оглушенные, а потом она произнесла:

— Как ты думаешь, кто-нибудь в самолете нас увидел?

— Все произошло слишком быстро, — ответила я. — Но может быть, они почувствовали турбулентность.

Она засмеялась, и я тоже.

Хотя Макси хотела и дальше создавать «воздушные ямы» для самолетов, летящих из Бостона, я с ней рассталась, потому что почувствовала, что Лукас уже освободился. Мы договорились в ближайшее время слетать посмотреть на звезды, и хотя это приводило меня в восторг, по мере приближения к земле реальные заботы становились все ощутимее.

Лукаса я нашла в беседке. Он, как обычно, дожидался меня, бросив рюкзак на пол, сложив руки на коленях и опустив на них голову.

— Ты выглядишь усталым, — прошептала я, превращаясь рядом с ним в облачко тумана.