Проклятый. Hexed - Кевин Хирн

Оберон подставил морду под ее руку, а потом ловко перекинул ладонь Морриган себе на шею. Она тут же, тихонько посмеиваясь, начала ее осторожно массировать.

«Она думает, что гладить меня – это честь, – сказал Оберон, хвост которого вилял с полным энтузиазмом. – Довольно странно для богини смерти, но я аплодирую нарушению всех конвенций».

Завтрак получился приятным. Морриган спрашивала совета о том, что следует делать дальше с амулетом, и я посоветовал ей носить его в качестве талисмана, проверяя на разные заклинания, чтобы определить, как он на них реагирует. Я объяснил Морриган, что она должна найти способ творить заклинания так, чтобы холодное железо не оказывало на них влияния, и тем временем познакомиться с элементалем железа, подарить ему несколько фейри и ничего не просить взамен. И так повторять до тех пор, пока элементаль не спросит, может ли он что-то для нее сделать.

– Возможно, на это уйдут годы, – предупредил я. – Мне потребовалось целых три, чтобы добраться до этого момента, а я очень дружелюбный парень. И никогда не выказывай нетерпения.

– А где ты брал для него фейри?

– Энгус Ог периодически посылал их за мной.

– Ха! – вскликнула Морриган. – Значит, в некотором смысле он помогал создать защиту, которая позволила тебе выстоять в схватке с ним.

Кода Морриган ушла, мне наконец удалось облегчить мой благодарный мочевой пузырь, после чего я обнаружил, что совсем немного опаздываю на встречу с Грануаль. Мой сотовый телефон все еще оставался на крыше магазина, поэтому я воспользовался телефоном на кухне, чтобы позвонить ей и попросить за мной заехать. После этого я принес из гаража гадальные палочки, потому что мне требовалось срочно погадать.

Я использую для ворожбы двадцать палочек с огамическими^[59] надписями. Каждая означает определенную букву алфавита, которые, в свою очередь, связаны с ирландскими деревьями и пророческими предсказаниями.

Я вынес палочки на задний двор и очистил свой разум. Вскоре мне удалось сфокусироваться на моих друзьях и их безопасности, после чего я не глядя вытащил пять палочек и аккуратно подбросил их в воздух, чтобы они упали прямо передо мной. То, как они лягут – и как я интерпретирую их положение, – позволит мне заглянуть в будущее.

Я увидел иву, ольху, боярышник, терн и тис. От последнего я сразу похолодел – тис предсказывал смерть. К счастью, он не пересекал ольху или иву – они обозначали моих друзей мужчин и друзей женщин, однако нес угрозу и тем, и другим – тис лежал между ними как нечто весьма вероятное, один из возможных исходов. Боярышник и терн – магическая защита и опасность. Мои друзья нуждались в магической защите: я понял, что немецкие ведьмы снова нанесут удар, возможно, в самое ближайшее время.

– Прочь, прочь, развратница Фортуна!^[60] – воскликнул я, полный яда, как Чарльз Хестон.

«А что такое развратница?» – спросил Оберон.

– Так Шекспир называл шлюху.

«Клевое слово. Оно рифмуется с кошатницей. И с задницей. Почему же «Black Eyed Peas»^[61] не используют ее в своих песнях? Разве рэперы не ищут новые классные рифмы? Им следует надрать задницу старой школе с помощью Барда».

Я фыркнул.

– Несомненно.

«А кого ты назвал развратницей?»

– Фортуну. Это цитата из «Гамлета». Идея состоит в том, что Фортуна непостоянна и вероломна, как шлюха. Дальше тот персонаж говорит: «Вы все, весь сонм, ее лишите власти» – ему не нравится то, что Фортуна приготовила для него. Ну, я не бог и не весь сонм, но, быть может, у меня имеется способ лишить Фортуну власти и помешать ей причинить тебе вред. – У меня есть три амулета из холодного железа, которые я могу использовать как талисманы, чтобы защитить трех людей. – Иди сюда, Оберон. Дай мне взглянуть на твой ошейник.

«О, только не нужно больше блях!»

– Не сейчас. Это особенный магический талисман, который защитит тебя от человека.

«Подливка! Спасибо, Аттикус!»

– Тебе нужно несколько минут постоять неподвижно, пока я его активирую. Мы должны позаботиться, чтобы человек не мог обойти все заклинания и добраться до тебя, понимаешь?

«О, я врубился, я полностью врубился. А теперь я прикинусь, что стал одной из спятивших кошек-сфинксов».

– Превосходно.

Талисманы-обереги совсем просто создать из большинства предметов, но они отличаются друг от друга своей силой – она зависит от материала и умений того, кто произносит заклинания. Холодное железо, естественно, обеспечивает самую мощную защиту, но его отвергающие магию свойства существенно затрудняют работу по созданию именно того вида, который тебе нужен, – если только ты не видел, как это делают железные элементали. Как и при создании охранных заклинаний, нужно точно понимать, от каких опасностей должен спасать талисман – нельзя просто сказать: «Оберегай меня от всего», потому что абсолюта не только невозможно достичь, но его опасно использовать на практике.

Холодное железо само по себе почти абсолют, но я создал талисман Оберона таким, чтобы он отслеживал магию фейри, адские атаки, несколько видов старых заклинаний из Европы, которые могли использовать ведьмы, а также каббалистические заклинания. Талисман будет, по крайней мере частично, открыт для магии оби^[62], вуду и Викка^[63], любого колдовства в индийских и азиатских традициях и огромного разнообразия шаманских практик, но мне нужно было сделать хоть что-то.

Грануаль постучала в дверь, когда мы уже заканчивали, и после того как выяснилось, что она принесла биты и бейсбольные мячи для моего алиби на время Бойни в «Сатурне», мне пришлось повторить те же манипуляции для моей ученицы.

– О, сенсей, тебе не следовало это делать, – сказала она, когда я подарил ей амулет.

Она уже носила золотую цепочку, и амулет выглядел немного тяжеловатым, когда она его надела. Рядом с ключицами у нее было несколько веснушек, и я изо всех сил старался туда не смотреть.

– Надеюсь, он не испортит твой наряд, – сказал я. – Отныне тебе следует носить амулет постоянно. Если ты его снимешь, он тебе не поможет. Со временем он будет связан с твоей аурой – как мой с моей, – но до тех пор это всего лишь талисман. Сейчас я намерен его зарядить. Хочешь посмотреть как?

– Что ты имеешь в виду?

– Я намерен подключить свои очки фейри, делающие магию видимой, потом связать твое зрение с моим, чтобы ты видела то, что вижу я.