Скверна - Сири Петтерсен

– Не думаю, что мы выживем, – пробормотала Гретель.

Ример подошел к ним и остановился в круге света.

Пастыри остолбенели. Они стояли, подобные серым статуям, и смотрели на него. В руках у Сетри было три книги. Ладонь Гретель лежала на корешке. Ример видел, как кровь отлила от ее лица. Одна из книг в руке Сетри с шумом упала на деревянный пол. Ример и подумать не мог, что пастыри способны уронить свои драгоценные тома.

Он стянул маску с лица.

– Правда? Все эти книги? В этой тележке?

Третья из пастырей бросилась к тележке и схватила лом. Не слишком грозное оружие – обычная железная палка. Женщина крепко обхватила ее и дикими глазами уставилась на Римера. Она была моложе других и коротко подстрижена. Может, зим тридцать. Никаких сомнений в том, что за всю свою жизнь она никому не наносила увечий.

Римеру пришлось сдержать себя, чтобы не рассмеяться.

– Так ты руки переломаешь, – сказал он и подошел на шаг ближе. Женщина подняла лом над головой.

– Твои, не свои! – На ее лбу выступили жемчужины пота. Она собралась приблизиться к нему. Переполненный Потоком Ример понимал, что сейчас произойдет. Планировал. Ему не потребуется доставать меч, надо только перехватить ее левую руку. Локоть. Колено. И она окажется на земле – целая и невредимая.

Планы остались планами. Сетри схватил женщину за мантию.

– Берглин… Он же Колкагга.

Берглин посмотрела на Римера. Мужество улетучилось из ее глаз, рухнуло на пол вместе с ломом.

– И все же, – шептала она в отчаянии. – И все же…

Он не мог корить ее. Сейчас пастыри боялись за свою жизнь.

Ример огляделся.

– Так значит, это здесь? Здесь находится все то, что спрятал Совет?

Сетри положил книги, которые держал в руках, на тележку.

– Нет, Ример-отче. Это то, что мы спрятали от Совета.

Ример подошел к нему и заставил посмотреть себе в глаза.

– Ты врешь мне?

Сетри помотал головой:

– Зачем мне врать? Ведь если вы станете думать, что мы работаем на вас, мы выиграем больше.

Ример не ответил. Слово «вы» резало ему ухо. Он провел рукой по полкам и стал выдвигать одну книгу за другой. Книги о войне. О древних богах. Дневники давно почивших аристократов. Книги о Потоке. Книги на языке, которого он не знал.

Ример улыбнулся Сетри:

– Значит, если бы я привел их сюда, они удивились бы так же, как я, ты это хочешь сказать?

Перед тем как ответить, Сетри сделал глубокий вдох и закрыл глаза.

– И даже больше, как мне кажется.

Он открыл глаза, и Ример вновь ощутил покой в его взгляде. Сетри сливался с Потоком. Он был готов умереть ради того, чтобы защитить свои тайны. Ример сообразил, что ему пора объясниться, пока не пришлось кого-нибудь покалечить.

– Как долго вы знаете?

– Мы всегда знали. Каждого из нас назначили те, кто был до нас. А мы уже назначили тех, кто будет следующим. Кто-то всегда должен знать. Трое имлингов. Ни одним больше.

– Ну а теперь нас четыре, – сказал Ример и протянул руку. Сетри бросил взгляд на остальных. – Нас четверо, – повторил Ример. – Я здесь не по воле Совета. Пусть члены Совета остаются в неведении, в котором находились всегда.

Берглин открыла рот. Ример сделал вид, что не заметил этого. Он раньше произносил и более страшные вещи и заканчивать с этим в ближайшее время не собирался.

– Вы пастыри. Вы славитесь своим умом, так что не разочаровывайте меня сейчас. Вы можете попробовать остановить меня и лишиться жизни. Или же можете помочь мне.

– Помочь тебе в чем? – спросил Сетри. – Научиться слеповству? Усилить Поток? Продать душу за власть?

В его словах не было силы. Он говорил то, что, по его мнению, должен.

– Если для того, чтобы остановить трупорожденных, требуется это, то да, – сказал Ример. – Но нам же не придется так много трудиться.

Сетри мгновение помедлил, а потом протянул Римеру за руку. Две женщины переглянулись.

– Ты Ворононосец! – произнесла Гретель, протестующе и недоверчиво.

– Больше нет ворона, которого надо носить, – ответил Ример и взял с тележки книгу. Что это за язык? Он никогда не видел ничего подобного.

– Но… ты не просто часть Совета. Ты и есть Совет! Ты не сможешь скрыть этого от остальных!

– Да в Шлокну этот Совет! Я стал Ворононосцем не ради них. Я стал Ворононосцем ради каждой живой души в Имланде. Я отказываюсь позволить одиннадцати государствам погибнуть от неведения! Так что делайте то, что всегда было вашим предназначением. Думайте. Расскажите мне, кто они!

Сетри поднял фонарь и повел Римера дальше по коридору. Становилось холоднее. Здесь сквозило.

– Мы просто охраняем эти книги, Ример. Не изучаем их. Боюсь, мы лишь можем указать тебе верное направление.

Они подошли к концу коридора, и Ример сообразил, что там не было стены, только зияющая черная дыра. Они остановились. Сетри поднял фонарь. Свет поглотила бесконечная пустота. Шахта в горе, без дна и потолка. Лишь мрак. Если бы Ример сделал еще один шаг, он бы упал. Ясно, что в бесконечность.

– Но одну вещь о слепых я могу тебе рассказать, – сказал Сетри, уставившись во тьму. Стены шахты были черными и гладкими, как стекло. Ход, в котором они стояли, был одним из тысячи. Молчаливые черные дыры. Здесь все было таким непривычным, что кровь Римера похолодела.

Голос Сетри внезапно стал очень далеким.

– Они появились здесь задолго до нас.