Сталь и серебро. Книга 1 - Екатерина Полянская

Сволочь!

Меня толкнули внутрь.

Лед там был какой-то особенный, даже обувь с цепляющейся подошвой скользила.

Дверь с противным звуком закрылась. Больше того, начала стремительно затягиваться льдом. Через пару минут уже было сложно сказать, где на самом деле она находилась.

Кругом был лед.

И холод такой, что дыхание норовило замерзнуть в легких.

А еще невообразимая, непередаваемая красота.

В этом вся Тенерра. Прекрасна, но… опасна до смерти.

Роль камеры исполняла самая настоящая ледяная пещера. Просторная, с высокими сводами и множеством причудливых выступов. Отдельно следует упомянуть свет. Синеватые сумерки с изрядной примесью серебра и крошечными золотыми огоньками. Красиво, аж дух захватывает. Хотя нет, это от холода. Главное, что я не осталась в кромешной темноте.

Интересно все-таки, это свет снаружи так преломляется или светится что-то внутри ледников?

Простояла совсем недолго, любуясь, но когда приняла решение исследовать территорию, с трудом смогла пошевелиться.

Ясно. Останавливаться нельзя, надо все время двигаться.

Побродив по пещере, я пришла к неутешительному выводу, что запасного выхода отсюда нет. Предсказуемо, но… все равно обидно. Спина ныла. Хотелось присесть на один из ледяных выступов, а нельзя.

Если сяду, уже не смогу подняться.

Замерзну.

А так что?

Может, я просто растягиваю мучения?

Но самой пугающей была другая мысль. Эрихард. Жив ли он? Что с ним сделали? Плохо слушающейся рукой я потрогала плечо и так и не сумела определить, чувствую ли оэни. Вот теперь стало по-настоящему жутко. Не за себя.

Наверное, его убили.

Или все-таки ждут на завтрашнем испытании? Любое его действие будет обращено против него же, и Арнорх одержит красивую победу. Ненавижу! Заодно и другим покажет, что случается с глупцами, которые хотят изменить мир.

Но тогда все увидят, что меня нет, и информация о похищении может просочиться…

Логичнее и безопаснее для кронса избавиться от противника еще до испытания.

По щеке скатилась слезинка.

– А-а-й!..

Я схватилась за лицо. В местном холоде слезы обжигали. Мокрому месту стало в несколько раз холоднее. Больно так, что в голове отдается.

Сил оставалось все меньше.

Я еле топталась на месте, далеко уже не ходила.

Мысли ползали в голове сонными мухами. Не мысли даже, картинки-видения. Я бегу от преследователей и залезаю в слоттерс к Эрихарду. А он такой холодный и пугающий… Тогда я и представить не могла, что всего через несколько дней буду умирать от одной мысли, что его больше нет. А потом он нес меня на руках перед семьей. И целовал бесчисленное множество раз.

Слезы уже беспрестанно катились по щекам. Жгли кожу, но какое это имело значение?! Я так устала…

Спать хочется.

Ноги подогнулись, и я осела на ледяной пол.

Боли даже не почувствовала.

Глаза закрылись.

Холод, выжигающий жизнь, уходил по капле. Вместе с сознанием.

Мне снились сны, чего вообще-то умирающим не полагается. Ну, я так всегда почему-то считала.

Где-то капала вода.

Кап-кап.

Кап.

Ужасно раздражало.

Потом я летела в слоттерсе через переход. На душе было горько, по щекам катились слезы, а при малейшем неловком движении напоминала о себе тупая боль где-то в теле. Я еще не поняла, где точно, но отчего-то расплакалась горше.

– Ллана!..

Эрихард. Он звал меня.

– Ллана!

В своем сне я задала слоттерсу команду увеличить скорость. В голове – не у меня настоящей, а все еще у той, из сна, – прочно засело знание, что переход вот-вот перенастроится. Надо успеть.

– Ллана, очнись!

Мм-м?

Кажется, это не во сне.

Возвращаться в слишком жестокую реальность разум отказывался. А пошевелиться просто не получилось.

– Лланка… – По ощущениям, меня перевернули. – Это я виноват.

Треск ткани. Магия и оэни.

Узор отказывался реагировать.

Но на меня внезапно навалился мучительный холод. Тело начала бить крупная дрожь.

– Вот так. Ты жива.

Такое чувство, что к сожалению.

Спать. Спрятаться как можно дальше от любых раздражителей. Глубже нырнуть в уютную темноту. Может, навсегда там остаться. Хватит с меня.

И тут до заторможенного сознания дошло: Эрихард!!! Он жив.

Я распахнула глаза.

Правда он.

Скула подбита, в уголке рта запекшаяся кровь, одежда местами порвана, но арлорд жив. И, возможно, скоро станет кронсом.

Сказать, как я рада его видеть, не получилось. Губы отказывались двигаться. И остальное тело тоже. Дрожь становилась все сильнее. Перед глазами плыло.

– Вот так, – почему-то довольно прошептал Эрихард и подхватил меня на руки. – Давай выбираться.

Оказалось, что ледяную тюрьму охраняют. Я видела огоньки камер, дважды нам попадались люди в форме. Главное, мы им не попались. Поначалу Эрихард прятался, прижимался к стенам, уходил в свободные коридоры. Но потом вдруг шагнул туда, где дежурил охранник. И… ничего. Мы прошли к выходу, никто и не заметил.

Мои способности.

Я ушла в себя и забрала с собой Эрихарда.

Ничего себе!

Удивилась и отключилась окончательно.

Следующее возвращение в реальность оказалось еще более неприятным.

На мне не было одежды. Эрихард растирал меня чем-то резко пахнущим. От этого запаха начали слезиться глаза. Кожа горела и зудела. Губы потрескались, и вместо слов опять получился лишь протестующий всхлип.

– Потерпи, – приказал ледяной. – Скоро станет получше.

Не верю, что это правда происходит со мной.

Погано и голова разламывается. А еще стыдно. Кошмар какой-то.

Но уже не трясет.

Снова всхлипнула.

«Жених» всмотрелся в мое лицо, оценил состояние и принялся заговаривать мне зубы. Рассказывал волшебные сказки Тенерры, про магию, цветы, растущие прямо в снегу, из стеблей которых делают самые дорогие местные ткани, и девушку, когда-то собиравшую эти волокна, а потом навсегда ставшую кошкой ради сохранения магии в Тенерре. Фели. Потом про красный лед, оставшийся на месте гибели сына первого кронса. Тот парень стал первой жертвой в борьбе за власть тенерской знати, и магия решила навсегда сохранить этот след.