Безвременье страсти - Лера Зима

Опасность миновала, друзья переводили дыхание. Пионерки мчались дальше.

Мимо пронеслась деревянная приземистая изба. Только величественные ели, что окружали хибару, выдавали в ней тот самый временный вокзал. Несколько раз приходилось переводить стрелки вручную, пока не проехали угольный склад и ответвления в старые ремонтные мастерские. Здесь путь был представлен двумя линиями. Рельсы одной колей блестели серебристым металлом на солнце. По ним пронесся поезд-преследователь. Но друзья мчались по второй, заржавелой и заброшенной ветке, не опасаясь, что их собьют или растопчут в пыль.

Лиственный лес сменился еловым.

– Древний Дорский лес, – сказал Никколо. – Но мы пока не поедем в сам Дор. Остановимся в селении Митрофаново Поле. – Он показал рукой вдаль. – Всего километр, и мы там. Свернем и по старым путям заедем прямо к моему огороду. Картошку, подсолнухи, клубнику выращивал когда-то.

– А почему не сразу  в Дор? – спросила Наталия.

– Башня-то наша в Амон-Ра. А Митрофаново Поле совсем рядом. В огороде спрячем наш состав. Еще есть дом,  где можно остановиться первое время, пока нам нужно найти башню в Амон-Ра.

– Быстрее бы вернуть дочку, – вздохнула Ленора.

– Вернем, – ответил Никколо. – А затем отправимся в Дор восстанавливать лагерь. И назовем его именем Возрождение.

Пока Никколо маневрировал, Сольдбис любовалась природой. Тонкое напыление снега на зелени иголок сосен делало их цвет волшебно-голубым.

– Как бы хорошо смотрелись на этих ветвях елочные украшения Йултада, – произнесла девушка вслух, глядя на крупные пушистые ветви, под которыми лежал путь. Никто не ответил. Но о том, когда закончится этот долгий и неравный этап борьбы, мечтал каждый, и каждый надеялся, что хотя бы Йултад можно будет отметить в мире.

– Вот мы и в Митрофановом Поле! – сказал Никколо.

– Почему поле? – наконец, задала мучивший ее вопрос Сольдбис.

– В Дорском лесу и окрестностях все луга и лесные поляны именуются полями. Гусиное поле, Лебяжее поле, Каменное поле, Черепахово поле, Митрофаново поле. Вот так повелось в здешних краях с давних пор.

Шли медленно: постоянно приходилось кому-то сходить на землю и, пробираясь через сугробы, переводить стрелки. Где-то стоял заброшенный снегоочистительный вагон. Где-то кран. Все было забыто. Вдоль железнодорожных путей тянулись огороды. Кое-где виднелись забытые дома. Похоже, здесь никто не жил.

Наконец, путь увел в заросли кустарника, и, когда открыли ворота, состав полностью зашел в огороженное старым деревянным забором пространство.

– Когда-то здесь давали землю под огороды. Я присмотрел этот участок.  Огородил его, прихватив участок колеи, вдруг пригодится? Вот и пригодился. – Похвалился Никколо.

– А желания разобрать, чтобы место под огород побольше стало – не возникало? – Спросила Ленора.

– Соседи так и делали. А я засадил междурядья клубникой, оно и не мешалось. Здесь дикая клубника еще разрослась, летом всегда цвела вдоль дорог. Потом осталась только у меня, везде дальше вытоптали.

Кроме участка пути, на которых стояли пионерки, укрытый снегом огород казался пустым. Только колодец, старые деревья и прикрытая железным листом стопка строительных материала, лежавших в углу, в аккурат на рельсах, удачно маскируя их с противоположной воротам стороны и от взглядов назойливых соседей (впрочем, какие  соседи в этом забытом месте?). Паровой агрегат состава аккурат примыкал к этому складу добра. Бойцы быстро воспользовались листами железа и досками для маскировки состава, укрыли импровизированной крышей, для пущей убедительности присыпав снегом. Теперь состав походил на хозяйственные времянки. Нашлась здесь и тележка.

– Сейчас отправимся в дом, который я построил много лет назад, – сказал Никколо.

В тележку погрузили все самое необходимое, и друзья отправились в путь. Прошли вдоль старых огородов.  Кто-то пустил шалы на ограду, кто-то на сруб. Было видно: железную дорогу разобрали не зря.

Прошли кладбище, развилку дорог и аллею из вековых елей, после чего свернули в старый поселок. В глубине, за забором-штакетником одиноко стоял маленький кирпичный домик с мансардой.

– Вот это избушка без дверей! – удивилась Сольдбис.

Штакетник был сплошным, казалось, в нем не было предусмотрено никакого входа.

– Заклинание? Флора наложила? – спросил Валентин.

Никколо усмехнулся, подошел к краю забора, куда-то нажал и отвел часть забора. – Вот такая магия, – произнес он, – Невидимые ворота. Добро пожаловать! Друзья обогнули домик, вход был со внутренней стороны. Никколо достал припрятанный ключ, открыл дверь, и друзья занялись обживанием нового места. Собрали дрова в ближайшем лесу, набрали воды, растопили печь. Никколо принес продукты. Ленора, Наталия и Сольдбис занялись готовкой. Сделали чай, накрыли стол на втором этаже, под косыми скатами мансарды, куда можно было попасть по узкой лестнице. К чаю Валентин достал две банки варенья.

– Где взял? – удивилась Сольдбис.

– Никколо показал подвал, просил особые орденские запасы достать. Вот выбрал. Земляника, клубника лесная. Кому что нравится?

– Пока Флорентина не добралась до нас, – начала Наталия, – нам необходимо найти башню.

– Чертеж есть, – ответил Валентин, – найдем.

– Но у нас пока недостаточно сил, чтобы укрыться от сил зла. – продолжала Натали. – Флора и Эдмонд уведут от нас самого страшного противника. Но есть и другие. А еще чудища, которые сторожат врата.

– Нам нужен совет предков.

– Каких предков? – далеко не все из орденцев знали про Безвременье.

– Многие из нас, – начал рассказ Никколо, – принадлежат к древнему народу. Там, на одинокой поляне в лесу, недалеко от Амон-Ра спряталось место, которое застряло в безвременье. Родословные стерлись еще до прихода пастыря, но зов крови остался. Как и стремление к чистоте души. Есть хутор, забытый и скрытый ото всех. Потому не случайно, что здесь, в Ордене, многие связаны с этим местом.

– И оно нам помогает, – добавил Валентин.

– Они спасли Валентина, – пояснила Сольдбис.

– Быть может, – сказал Никколо, – помогут и еще раз.

– Я в этом уверена, – воскликнула Соль.

– Что это за место, Никколо, расскажи?

– Наш народ жил на этой земле испокон веков. Пришли мы из дальних земель и поселились здесь, в дремучем бору, под мачтовыми соснами, на берегу реки Лесной, что текла по низинам и моховым болотцам, пока не впадала в Данай-Ра. Здесь же наши предки соорудили алтарь. Серебряный камень, окруженный лабиринтом. И жили в гармонии с природой. Кормили оленей, приручали белок и бобров. Собирали ягоду. Дикую клубнику, голубику, бруснику, чернику. Земля и вода нас кормили – все было. Мельницы на ручьях молотили муку, пчелы приносили мед.

Гости внимательно слушали.