Черный снег. Выстрел в будущее - Александр Конторович

Этот тоннель был очень похож на все предыдущие. За небольшим исключением: он был совершенно прямой, и только караульные выгородки с амбразурами перекрывали его в двух местах. Завершался коридор точно такой же дверью, как и на входе.

— Тут чуток подольше подождем. Этот проход тоже не сразу открывается. Когда внутри люди есть, все проще: они дверь открыть могут. А вот когда их нет, та же самая процедура, что на входе. Только интервал времени больше.

Он снова набирает на двери код.

— Теперь ждем.

— Товарищ капитан! Я схожу пока туда, к бойцам. Посмотреть надо, что там да как. Здесь-то у нас телефона нет. Что случится — так и не узнаем ничего, — говорит лейтенант.

— Пожалуй, лейтенант. Это не помешает. Все равно ждать не менее часа.

Демин поворачивает и уходит вдоль по коридору.

— Какие тут сложные замки! — удивленно покачиваю я головой. — Даже и не знал, что у нас где-то такие штуки делают.

— А это не наш. Немцы делали. Еще в середине тридцатых годов. Это же банковские системы. Точнее, замки банковские, двери-то совершенно обыкновенные. Тут никаких особых хитростей нет. Надо только код не перепутать да со временем не зевнуть. Тогда все легко идет. Я тоже не сразу к этому привык. А уж как втянулся, так и проблем никаких не стало.

По коридору вдруг неожиданно бухают сапоги — бежит лейтенант.

— Товарищ капитан! С поста звонили — немцы!

Мы переглядываемся.

— Есть вариант, товарищ капитан, — говорю я. — Отзываю людей с постов и прячемся в этом коридоре. Потом открываем дверь и уходим запасным тоннелем. Как считаете — прокатит?

— Сомневаюсь, — качает головой Рябинин. — Немцы обнаружат отсутствие своих солдат, найдут их тела. Перевернут весь бункер вверх тормашками. Черт их знает, может, у них и собаки с собой есть. Тогда это не коридор, а братская могила. Хотя… Пожалуй, в этом есть резон. Лейтенант! — поворачивается он к Демину. — Будьте на связи. А вы, товарищ Котов, посмотрите, что там наверху. Может быть, действительно есть возможность уйти тихо…

Несусь по коридору. Поворот, еще поворот, лестница. Вот уже и финишная прямая. Запыхавшийся, врываюсь в каземат, в котором установлен ДШК. Около пулемета стоит сосредоточенный Гришанков.

— Что там?

— Немцы. Вон, посмотри, командир! На дороге их машины стоят.

Выглядываю в амбразуру. Обзор отсюда великолепный, огневая точка расположена так, что просматривается не только дорога, ведущая к монастырским воротам, но и большая часть двора. А то, что не видно отсюда, контролирует второй дот.

Внизу на дороге, прямо около ворот, стоят несколько мотоциклов, легковой автомобиль черного цвета, несколько грузовиков и два бронетранспортера. Около машин строятся немцы. Их тут много, не меньше роты. Около легковушки стоит небольшая группа людей. Надо полагать, командование. Хватаю трубку телефона. Лейтенант отвечает практически сразу.

— Что там на других постах?

— Вдоль реки движется группа немцев. Осматривают прилегающую местность. Ведут себя спокойно.

— А во дворе есть кто-нибудь? Я отсюда не все вижу.

— Есть несколько человек. Ходят около стены. Надо полагать, хотят ворота расчистить, чтобы техника прошла.

— А в подвале что?

— Сейчас позвоню. — Лейтенант откладывает трубку, и слышно, как он вызывает пост. О чем-то говорит и снова вызывает меня. — Плохо дело, Котов. Немцы уже по подвалу топают. Обманки наши их, скорее всего, не задержат, наверняка они знают, где вход расположен.

— Сбегайте к капитану, спросите его. Если фрицы в дверь не войдут, они ее просто рванут ко всем чертям собачьим. Надо что-то прямо сейчас придумывать: уходим в тоннель или держимся? Пока немцы все перед нами стоят, им основательно можно соли на хвост насыпать. А как разбегутся во все стороны, уже не так весело будет.

— Добро, — кричит лейтенант и кладет трубку.

— Осмотритесь, господа. Видите ли вы здесь что-нибудь интересное? — Кранц хозяйским жестом указал на постройки монастыря.

— Ну… Монастырь. — Доктор, прищурившись, оглядел расположенные перед ним сооружения. — Ничего особенного я здесь не нахожу. Похожую архитектуру мне приходилось встречать в Греции, но там это немножко по-другому выглядит.

— А вы, Вайсман? Какова ваша точка зрения?

Контрразведчик не ответил. Внимательно осмотрел входные ворота, стены и башни. Посмотрел на лес.

— Я ошибаюсь, герр оберст, или эта дорога не так стара, как мне кажется?

— С чего вы это взяли?

— Там, — палец контрразведчика указал вперед, — ручей. В обычной ситуации дорога сделала бы крюк вон по тому пригорку. Так проще и дешевле. Но кто-то высыпал в ручей несколько грузовиков камня и пустил дорогу поверху. Я вижу этому только одно объяснение.

— И какое же? — заинтересованно поднял бровь полковник.

— Самое простое: если бы дорога шла так, как я сказал вначале, то какая-то ее часть оставалась бы непростреливаемой со стороны монастыря. А в данном случае этого нет.

— Браво, Вайсман! Вы, похоже, не всю жизнь шпионов ловили.

— Так и есть, герр оберст. До восемнадцатого года я кормил вшей в окопах на фронте. Там же и получил Железный крест. Так что боевой опыт какой-никакой, а имею.

— Ну, что ж, мне приятно сознавать, что в вашем лице я имею дело с боевым офицером. Вы совершенно правы: вся местность вокруг монастыря искусственно изменена. Даже эта, на первый взгляд еле живая, дорога свободно выдерживает тяжелые грузовики. В нужных местах она укреплена.

Полковник обернулся и взмахом руки подозвал к себе офицера, командовавшего ротой:

— Гауптман, вы отправили дозорных в подвал? Надо сообщить гауптману Рольфу о нашем прибытии. Хотя я уверен, что его посты уже сделали ему соответствующий доклад.

Телефон зажужжал, и, протянув руку, я схватил трубку.

— Хреновое дело, Котов! Капитан говорит, не менее получаса ему еще нужно.

— Фигово… столько времени мы немцев дурачить не можем. Что им стоит под входную дверь пару килограммов тротила положить!

— Тогда выхода нет, придется стрелять. Вы уж посмотрите там, чтобы все было как следует.

— Добро, товарищ лейтенант. Делать нечего, зальем немцам чуток горячего сала за шиворот. Авось отшибем охоту в подземелье лезть хоть на какое-то время. Дайте знать, как там, в подвале, музыка заиграет. Я сверху огоньком поддержу.

Двигавшиеся друг за другом солдаты остановились перед стеной.

— И где здесь вход? — Шедший первым немец обернулся назад. — Уснули там все эти диверсанты? Мы тут уже столько времени шумим, что из Парижа пешком добежать можно!