Ходок - 16 - Александр Львович Тув

целительницу куда подальше — хочешь не хочешь, а терять такой плацдарм, как стадион и полигон для экспериментов с Астральным Лазутчиком, причем в одном флаконе, да еще и расположенном в шаговой доступности от артефактной лавки Арэмэзда Зэрэзустра, на которого у Дениса имелись далеко идущие планы, было бы верхом самодурства, если не сказать волюнтаризма. Вот старший помощник и терпел. Правда, если называть вещи своими именами, то вел себя Денис с девушкой по-свински.

Не выказывая никаких претензий Кире по поводу ее, если опять же называть вещи своими именами — блядского поведения, вербально, то есть не выражая вслух никаких претензий, не кривя рожу, мило улыбаясь, не отказываясь, разумеется, от близости — кто же в трезвом уме и здравой памяти, не страдая простатитом и импотенцией, откажется трахнуть такую красавицу, сделал это старший помощник "по-солдатски", как средневековый ландскнехт в городе, отданном на три дня на разграбление, словно старый, суровый, свирепый и вонючий наемник с молоденькой дебелой купчихой, разложенной прямо в ее же лавке на москательных, или каких иных, товарах и отвернувшийся от нее сразу после использования, никоим образом не интересуясь получила партнерша хоть какое-то удовлетворение, не говоря уже об удовольствии, или нет, давая тем самым понять невербально, что относится к ней, как к шлюхе.

Ну и так, по мелочи — не позвал вместе перекусить после вечернего "солдатского" секса — мол, захочет — сама придет, не захочет — ее проблемы, утром не стал вместе с Кирой завтракать, дождался пока уйдет и только потом поднялся. Короче говоря — невербально демонстрировал неудовольствие, мягко говоря, а грубо лучше и не говорить, а прекрасная целительница все это молча глотала, что еще больше раздражало старшего помощника.

"Специально нарываешься, чтобы выгнала?" — вкрадчиво поинтересовался внутренний голос. Денис долго молчал, потом признался:

"Умом не хочу, но сердцу не прикажешь… Само как-то получается…"

"Ну-ну…" — уклончиво отозвался голос.

"А вообще-то уходить надо… — с досадой признался старший помощник. — А жаль…"

"А уж, как мне жаль…" — посочувствовал ему голос.

Тренировку Денис провел с ожесточением, чтобы заглушить усталостью поганое настроение — бежал на разминке так, будто за ним черти гнались — на разрыв аорты, растягивался так, что сухожилия трещали, а каты прокатывал так, будто сдавал экзамен где-нибудь в Шаолине на звание монаха первой категории. Помогало слабо — хмарь из души не уходила. Тренировка Астрального Лазутчика тоже веселья не добавила — как держался на ногах десять секунд, так и продолжил держаться, ни мгновением больше.

"Ну-у… на нэт и суда нэт…" — очень правильно заметил внутренний голос, когда носитель отправился на помывку.

"Ничо, — попытался сделать хорошую мину при плохой игре старший помощник. — Ща у Арэмэзда развеселюсь!" — тут надо честно сказать, что никакой уверенности в этом Денис не испытывал — как ни уговаривал себя, что поступает целесообразно, а чувствовал он себя альфонсом и от этого старшего помощника слегка корежило, а если называть вещи своими именами, то не слегка.

"Понюхал старик Ромуальдыч свою портянку и аж заколдобился…" — вдруг ни с того ни с сего вспомнил классику голос.

"Ты это к чему?!" — насторожился старший помощник, никакого сочувствия от паршивца не ожидавший и даже вовсе наоборот — ожидавший какой-нибудь ехидной пакости.

"Это я к тому, — менторским тоном начал голос, — что ментальные страдания можно шунтировать физическими!"

"Поясни!" — снова не допер Денис.

"Ну-у… долбани молотком по пальцу, посильнее, — на полном серьезе посоветовал голос. — Сразу о всякой херне, вроде страданий по поводу альфонсизма, забудешь!"

"А не пошел бы ты с такими советами…" — вполне адекватно отреагировал старший помощник.

"Не хочешь долбануть, — невозмутимо продолжил голос, — понюхай портянку! Ну-у… или еще чего-нибудь, — развеселился голос. — Короче! — вдруг рявкнул он фельдфебельским голосом: — Нюхни, гнида, не западло в натуре!"

"Больше ничего не придумаешь?" — мрачно осведомился Денис.

"Это почему же!?! — обиделся голос за предположение о недостатке фантазии. — Вот пожалуйста — спробуй заячий помет — он ядреный, он проймет! Враз свою хуйню забудешь и отправишься в полет!"

"А полет-то откуда взялся!? — изумился старший помощник. — Ты это о чем, вообще!?!"

"Это я для рифмы…" — несколько смущенно признался голос.

Чувствовалось, что он, как всякий начинающий автор, очень побаивается критики, а к своему творению относится трепетно, словно курица к снесенному яичку. Поэтому оценивать поэзию голоса по гамбургскому счету, да и вообще по никакому, Денис не стал, чтобы ненароком не обидеть — пусть живет паршивец. Хоть и гад, но свой. В таком подходе старший помощник был далеко не одинок. Как сказал еще президент Рузвельт по поводу диктатора Самосы: "Он может быть, и сукин сын, но он наш сукин сын".

Сложно сказать, всерьез давал свои советы внутренний голос насчет молотка, портянки и заячьего помета, или нет, но своей цели он добился — носитель от мрачности, хмурости и угрюмости вернулся к нормальному — не веселому, конечно же, но нормальному расположению духа, в котором и направился в артефактную лавку.

— Соскучился? — ухмыльнулся Арэмэзд при виде Дениса. — Хотя вряд ли, — продолжил он, — я же не молоденькая симпатичная девица, а десять дней еще не прошли — значит ты не за чистящим артефактом. Но тебе от меня что-то надо… — артефактор задумался и принялся размышлять вслух: — Низкоранговые артефакты тебя не интересуют — покупать ты ничего не будешь. Деньги у тебя есть, значит и продавать тоже, но что-то же тебе от меня надо, раз пришел… — Он развел руками: — Ничего не приходит в голову. Сдаюсь. Выкладывай — зачем пришел?

— Хочу позаряжать пустые артефакты, — озвучил цель визита старший помощник и на всякий случай уточнил: — Потренироваться.

— Вот оно что… — покивал в такт своим мыслям Арэмэзд. — Подзаработать решил! Но учти, — он погрозил пальцем, — больше ползолотого за артефакт не заплачу!

— Не, — покачал головой Денис. — Я чисто для тренировки. Бесплатно.

— Бесплатно — это неправильно, — немедленно возразил артефактор — видимо знал, или, на худой конец, догадывался, где хранится бесплатный сыр. — Не будет должного старания, — разъяснил он. — Давай я тебе все-таки буду платить по ползолотого!

— Ну-у… не совсем бесплатно, — признался Денис. — Поучиться у тебя хочу…

— Чтобы поучиться, надо для начала видеть! — отрезал Арэмэзд.

— Я вижу, — пожал плечами старший помощник.

— И что именно? — ехидно усмехнулся артефактор. — Маркировку? Светящийся синий овал — водяной щит? Искрящийся зигзаг — молния? Голубое копье — воздушная стрела?.. — он хотел продолжить, но Денис его перебил:

— Нет-нет-нет. Когда я вчера заряжал воздушный щит, то увидел действительно щит, — хмыкнул старший помощник, — и символ, — он хотел сказать, — чем-то похожий на лигатуру "собачка", но вовремя сообразил