Видящая истину - Сьюзан Деннард

Она тихо произнесла:

– Я только что говорила с ведуном Голоса Хермином, адмирал. У меня есть новости.

Мерик сжался, готовясь к худшему. Если его отец мертв, если Серафин наконец сдался этой странной изнуряющей болезни – Мерику придется с этим так или иначе справляться.

Хотя он молился Богу, чтобы его отец был еще жив.

– В монастыре, – спокойно сказала Иврена, – знают о девушках.

– А. – Мерик вздохнул с облегчением. Новости о каравенцах он мог пережить. Он кивнул на пассажирскую каюту. – Пойдем.

После того как они расположились внутри, Мерик перевел испытующий взгляд на Ноэль – ее грудь размеренно вздымалась во сне. Как кто-то может ее бояться, подумал Мерик. С другой стороны, он видел много караванов номаци в детстве. Их обычаи всегда казались ему странными, но он привык к их мертвенно-бледной коже и черным как смоль волосам.

Мерик повернулся к Иврене, которая возилась со своими опаловыми серьгами.

– Кажется, – сказала она, – монахов, которые загнали этих девушек в угол, вызвал их собрат из Веньязы. Им приказали захватить донью фон Хасстрель живой, поэтому, когда они увидели девушек, большинство из них отступило.

Что-то в уклончивом взгляде Иврены заставило Мерика задуматься.

– Почему? – спросил он. – Они что-нибудь знают? Например, того, кто нанял первого монаха?

Она покачала головой.

– Эдуан работает на высокопоставленную особу, но кто это может быть, монахи не знают. Но я знаю кое-что о нем самом. – Тяжело вздохнув, Иврена подошла к окну и посмотрела на солнце. – Эдуан – Ведун крови, и если он жив, то я уверена, что он до сих пор охотится на твоих пассажирок.

Мерик откинул голову назад.

– Ведуны крови существуют на самом деле?

Тетя мрачно кивнула, а он мысленно вернулся к сражению на маяке. Он ярко представил себе красное пламя, горящее в глазах молодого монаха – пламя, приковавшее Сафию к месту.

Но нет. Все это было на самом деле. Ведун крови был реален.

– Конечно, хотя… – медленно сказал Мерик. – Этот Ведун крови не сможет настигнуть нас, прежде чем мы доберемся до Лейны. А когда мы высадим донью, найдет ее этот монах или нет, меня больше не будет касаться.

Иврена вскинула брови.

– Ты так легко отдашь ее на растерзание волку?

– Я сделаю это, чтобы защитить свой флот.

– И все же целый флот может справиться с одним человеком. Даже с Ведуном крови.

– Без жертв не обойдется, а я не могу рисковать экипажем ради двух девушек. Независимо от того, насколько сильно нам нужен этот контракт. После того как мы высадим их, – добавил Мерик, – донье и ее подруге придется справляться самим.

Иврена сморщила нос.

– Разве прошло так много времени с тех пор, как я последний раз тебя видела?

Мерик напрягся.

– Что это значит?

– Что ты стал больше похож на свою сестру, чем на мальчика, которого я знала.

Долгое время в каюте слышался лишь скрип корабельных досок и всплески волн. Потом Мерик резко поднялся и поклонился.

– Спасибо, монахиня Иврена.

– Ты очень хорошо знаешь, что это не было комплиментом.

Мерик молчал, хотя чувствовал, как вспыхнули его глаза. И то, как гнев наполнил легкие.

– Если ты думаешь, – продолжала Иврена, разрумянившись, – что твой отец будет уважать тебя больше, если ты будешь вести себя, как Вивия – потому что это она бросила бы беспомощных девушек, – то, возможно, ты не так уж хочешь его уважения.

– Эти девушки, – ответил Мерик, указывая на Ноэль, – совсем не беспомощны. Если бы у меня были деньги, чтобы откупиться от ведуна, я бы это сделал. Но, – он вскинул руки, – у меня их нет. Так что я буду защищать своих людей, и да, я буду зарабатывать уважение своей семьи. Я командую флотом умирающего отца. Эти моряки будут бороться за него до последнего, так что если я буду вести себя, как он – или моя сестра, – и заработаю ту же преданность себе, то пусть так и будет.

Девушка на матрасе повернулась во сне.

Дыхание Мерика сбилось. Его тетя… хотела как лучше. Он был уверен в этом. Тем не менее, она оставила нихарские земли почти десять лет назад, а королевский дворец – и того раньше. Она не имела ни малейшего представления о королевской семье. И конечно, не знала ничего о королевском флоте.

Поэтому он постарался взять себя в руки и спокойным… более спокойным тоном сказал:

– Пожалуйста, помни, что нубревенский флот обычно не переправляет монахов через океан, и если отец узнает, что я взял тебя на борт… Ну, ты сама можешь угадать его реакцию. Не заставляй меня жалеть о моем решении. Я буду защищать донью Сафию до тех пор, пока действует договор с Хасстрелями, и я доставлю ее в Лейну любой ценой. Но если появится ведун Крови, флот встанет для меня на первое место. Так должен поступать адмирал.

Несколько долгих мгновений Иврена стояла неподвижно и молчала, впившись глазами в Мерика. Затем резко выдохнула и отвернулась.

– Да, адмирал Нихар. Как пожелаете.

Мерик смотрел на ее серебряные волосы, а она подошла к койке и еще раз встала на колени подле Ноэль. Желание извиниться щекотало горло – он чувствовал, что ему необходимо еще раз объясниться с ней. Вивия могла быть холодной, да, но она была лучшим капитаном нубревенского военно-морского флота. Мерик провел последние пять лет, изучая действия своей сестры и подражая им.

Но Иврена сложила свое мнение об их семье задолго до того, как он родился. Она была непоколебима – и Мерик не мог ничего с этим поделать.

Он вышел из каюты, думая о том, как лучше всего справиться с Ведуном крови, если тот на самом деле был жив. Кажется, единственный шанс – достичь Лейны в кратчайшие сроки. Чтобы это сделать, хотя ему очень этого не хотелось, он должен был снова использовать магию. Конечно, его морякам придется немного поработать.

К счастью, Мерик точно знал, как справиться с простоем.

– Стройся! – проревел он. – Все по местам!

* * *

Ноэль ворочалась во сне. Она застряла в ужасном состоянии между сном и бодрствованием – в той дыре, где точно знаешь, что если сможешь открыть глаза, окажешься жив. Это полусонное состояние всегда мучило ее во время болезни. Когда единственным желанием было проснуться и попросить что-то от распухшего горла или зудящей оспы.

Хуже всего было то, что этот полусон застал Ноэль посреди кошмара. В котором она понимала, что может убежать от всего этого, если просто…

Проснется…

Ноэль было десять, она собирала яйца в курятнике за домом Гретчии. Гудели цикады, едкий запах куриного помета, казалось, сочился из деревянных стен, нагретых летним солнцем.