Видящая истину - Сьюзан Деннард

Это была элегантная каюта, не такая, какой ее представляла Сафи, учитывая, что она принадлежала такому человеку, как Мерик. Сам он ждал ее рядом с резным столом и стульями с высокими спинками и казался суровым и неловким.

– Закройте дверь, – приказал он. Сафи повиновалась, но напряглась еще больше. Она, возможно, танцевала и сражалась с этим человеком, но это не значило, что она доверяла ему, находясь с ним наедине.

«Ложь», – возразила ее магия – как бы говоря ей, что с Мериком она в безопасности. Что ему можно доверять.

Сафи расслабилась… но только слегка. Она до сих пор не знала, был ли Мерик союзником или противником, и магия, казалось, не собиралась давать на этот счет никаких подсказок.

Мерик указал в дальний угол комнаты:

– Там есть вода для мытья и одежда.

Сафи посмотрела в том направлении и увидела коллекцию блестящих мечей на задней стене. Под мечами стоял возле низкой кровати маленький бочонок, там же лежали белые полотенца.

Сафи не волновала ни вода, ни полотенца, а вот мечи очень заинтересовали. Они были закреплены на стене, но даже с такого расстояния она видела, что их легко снять. Если она посчитает нужным, конечно.

Мерик, казалось, неправильно истолковал долгий взгляд Сафи и, кажется, смягчился.

– Моя тетя – хороший целитель. Она поможет вашей сестре.

«Правда».

– А что насчет вас, принц? Вы убьете Ноэль за то, что она номаци?

Мерик открыл рот от потрясения и отвращения.

– Если бы я ненавидел номаци, донья, то убил бы ее на месте.

– А ваши люди? – настаивала Сафи. – Они могут навредить Ноэль?

– Они следуют моим приказам, – ответил Мерик.

Но Сафи не понравилось, как магия отреагировала на это утверждение. Как будто это было не совсем правдой.

Она начала притоптывать. Босыми ногами.

– Я получу новую обувь?

– Я не нашел ни одной пары, которая была бы вам впору. – Мерик разгладил свою манишку. – Пока придется ходить босиком. Выдержите?

– Да. – Хабим упорствовал в том, чтобы Сафи и Ноэль закаляли свои ноги в непогоду и много ходили босиком, и теперь их ступни были достаточно мозолистыми, чтобы ходить даже по раскаленным углям или по очень горячему песку.

Мерик проворчал что-то похожее на благодарность, и жестом указал Сафи, чтобы она присоединилась к нему за столом.

Она села, но для уверенности – с противоположной стороны. На удобном расстоянии от мечей – на случай, если мир снова превратится в козье дерьмо (как это неоднократно случалось в последнее время) и Сафи придется сражаться со всем кораблем.

– «Яна» здесь. – Мерик указал на карте место с помощью небольшого кораблика, точной копии «Яны». Как намагниченная, лодка скользнула по бумаге и застыла рядом с восточным побережьем Яданси.

– Мы плывем сюда. – Мерик повертел пальцами, – удивительно изящными, хотя и огрубелыми, – и легкий ветерок подул в паруса миниатюрной «Яны».

Она скользнула по карте, пробежала мимо трех других крошечных суденышек и остановилась напротив скопления островов.

– На Сотне островов есть город, называемый Лейна, и я собираюсь оставить вас там. Мы отплываем завтра.

– Сотня островов, – мягко повторила Сафи. От этого названия в ее груди вспыхнула надежда. Дядя Эрон отправил их именно туда, куда они с Ноэль хотели попасть. Конечно, это не могло быть просто совпадением…

Это не было совпадением. Магия Сафи подтвердила, что это истина.

Казалось, Эрон отправил ее в Лейну с какой-то целью, но он понятия не имел, каким важным было его решение.

Сафи пыталась не выдать себя, но ее ноги не могли устоять на месте.

– Кто поручил меня отвезти?

– Марстокиец в ливрее Хасстрелей. Почему-то ваша семья хочет, чтобы вы попали в Лейну как можно скорее. Я понятия не имею, почему, поскольку город почти вымер, но оплата была слишком хороша, чтобы отказаться от этого дела.

Сафи едва слышала его слова – она зацепилась за фразу о марстокийце в ливрее Хасстрелей. Хабим. На секунду она представила, как он разговаривал с ней тогда – в карете, разгневанный и встревоженный.

Потом вспомнила, как видела его в последний раз – он помогал ей бежать, а потом исчез за стеной пламени.

Несмотря на всю злость на Хабима и Мустефа за то, что они позволили дяде Эрону самозабвенно врать ей на протяжении всех этих лет, она все еще молилась о том, чтобы эти двое пережили ту ночь целыми и невредимыми. Чтобы ведун Крови не сделал им ничего плохого.

А дядя Эрон может гореть в озере Инан за все, что он сделал.

Ее взгляд резко обратился к Мерику.

– Какова оплата за то, что вы меня доставите на место?

– Если я доставлю вас в целости и сохранности в Лейну, получу торговое соглашение с Хасстрелями.

– Что? – ноги Сафи перестали притоптывать. – Наше поместье умирает, фермеры полуголодные, и у нас не осталось денег.

– Любой договор, – сказал Мерик, сжимая челюсти, – лучше, чем то, что в настоящее время есть у Нубревены. Если я могу заключить договор с одним карторранским поместьем, то я сделаю это.

Сафи рассеянно кивнула, уже не слушая. Когда Мерик заговорил о контракте, его глаза указали на сложенный документ на краю стола. Конечно же, это был контракт с Эроном, – и Сафи прочтет его, как только Мерик выйдет из комнаты.

В этот момент ее желудок заурчал. Она поморщилась и схватилась за живот.

– А как же еда?

Мерик ответил с насмешкой:

– Вы недостаточно наелись на балу?

Сафи прищурилась, удивленная улыбка появилась на ее лице. Но она тут же поблекла. Потом совсем исчезла. Бал и нубревенские «Четыре шага» были целую жизнь назад.

Как будто читая ее мысли, Мерик тоже перестал улыбаться. Он повертел свой воротник.

– Я… не знал, что это будете вы, донья. Если бы я знал, тогда, на балу, я бы… – Он пожал плечами и задумался. Его мысли сильно запутались. – Думаю, я забрал бы вас на «Яну» и спас нас обоих от лишних хлопот и траты времени. Но ваше имя не фигурировало в контракте, пока я не ушел с вечеринки. Тогда я не знал, что вы донья фон Хасстрель.

Сафи без удивления кивнула. Эрону она была нужна на балу в качестве правой руки, чтобы отвести подозрения, и его план никогда бы не сработал, если бы Мерик не забрал ее прочь так стремительно.

Наступила тишина, Мерик обратил свое внимание на карту. Сафи изучала его – она ничего не могла поделать. Хотя она знала, что Мерик, должно быть, такого же возраста, как Леопольд, но он казался гораздо старше. Его плечи были широкими и сильными, его мышцы – тренированными, а его кожа, потемневшая на солнце, – шершавой. Между бровями застыла треугольная складка, будто он привык хмуриться.