Спящие дубравы - Вячеслав Шторм

Уж не знаю, сделал ли Робин Бэд какие-нибудь особые распоряжения, было ли дело в нашем статусе полноправных членов КГБ или просто это мы были такими харизматичными, но все члены экипажа относились к нам очень тепло, если не сказать – сердечно. Все, за исключением кота, разумеется, которому все вышестоящие директивы до корабельного фонаря, а харизмы у него самого – хоть взаймы бери. Если бы его видели, то тут же согласились бы со мной: такого очаровательно-хамского сочетания лени, грации, полос и усов я еще не видел.

«Сами-то мы маленькие и слабые, на борту только один Пират и есть, – говорил, бывало, Йуш. – Зато он, хоть и четвероногий, ни одному двуногому спуску не даст!» Вся команда «Дельфина» души не чаяла в этом паршивце. Кот, впрочем, это прекрасно знал и беззастенчиво пользовался своим положением. Но и с Пиратом мы тоже очень скоро поладили, хотя без курьеза все-таки не обошлось.

Однажды мы сидели на палубе и любовались закатом. Садящееся прямо в океан солнце вкупе с небом, окрашенным во множество оттенков, начиная с золотого и кончая багряным – это что-то! Видимо, решив составить нам компанию, из кубрика вышел Пират.

– Кис-кис-кис! – позвала его Глори. – Иди сюда, хороший.

Зверюга важно прошествовала к девушке и подставила горло; на морде кота прямо-таки было написано: «Чеши сюда!»

В это же время к нам присоединились (как всегда переругиваясь) Бон и Римбольд. К моему немалому удивлению парень, едва увидев кота, вздрогнул и прервал свою фразу на полуслове. Возликовавший было гном, выдал очередную порцию колкостей, но она была самым возмутительным образом проигнорирована.

– Эй, ты чего?

– Да так… – и Бон рассеянно сел на палубу, как можно дальше отодвинувшись от Пирата. Кот (даром, что с закрытыми глазами) моментально это почувствовал, тут же перестал блаженно урчать и испытующе взглянул на него. Весь вид полосатого вопрошал: "Ну, и что все это значит, А?"

Еще слегка отодвинувшись, Бон пробормотал:

– Хороший котик, хороший, иди, иди, гуляй….

Пират широко зевнул и послушно отправился гулять… прямо по направлению к парню. Мы все с интересом наблюдали.

Отодвинувшись в третий раз, Бон уперся спиной в мачту. В глазах кота зажглись торжествующие огоньки. Он царственно возложил на ногу беглеца лапу, словно говоря: «Мое!» Потом, видимо, посчитав, что это недостаточно, он запрыгнул к парню на колени и принялся тереться о его живот, довольно урча. Рука Бона несмело прикоснулась к кошачьей шерсти. Урчание стало заметно громче. Рука молниеносно отдернулась.

– Ты что, его боишься? – не выдержала Глори.

– Да нет, не то, чтобы боюсь… – покрасневший как рак парень робко почесал Пирата за ухом. – Просто не ко времени вспомнился Ай-Ту-Дорр…

Вопреки ожиданиям и рассказам Носителя Хламиды, ни туманов, ни штормов с ураганами, ни прочих стихийных бедствий мы так и не дождались. Не могу сказать, что меня лично это так уж сильно расстроило. Наоборот, непонятно откуда возникло ощущение, что и в самих Дубравах никаких особенных ужасов мы не встретим. Разве что Большой Волосатый Ы на огонек заскочит, но с ним уж мы общий язык как-нибудь найдем. Чай, не впервой. А вот в существовании самих Дубрав у меня сейчас не было никаких сомнений. Просто кто-то явно не хочет, чтобы посторонние туда добрались. А вот кто? И почему? Только ли в короле Гройдейла дело, да и там ли он вообще?

Наконец, на рассвете пятнадцатого дня, впередсмотрящий в «вороньем гнезде» так усердно заорал: «Земля!» – что едва не сверзился из него на палубу. Мы выскочили из каюты и, протирая глаза, уставились в даль. Туда, откуда с каждым пройденным кораблем узлом приближалась наша окутанная туманом неизвестности судьба. Готов спорить, что каждый из нашей четверки в тот момент представлял ее себе по-разному, и при этом – с неизменной надеждой на лучшее.

Казалось, что тот час, в течение которого «Дельфин» плыл к земле, тянется целую вечность, но он все-таки прошел, и глазам всех предстало неизведанное побережье.

Спящие Дубравы во всем своем великолепии начинались за песчаной косой, обрамленной кое-где каменными глыбами и остатками полусгнивших древесных стволов. Правда, береговая линия имела и куда более зловещие украшения – я насчитал четыре корабельных остова, почерневших от воды и времени. Что ж, хоть в этом рассказ нашего неведомого «доброжелателя» оказался правдивым. Эх, ну что ему стоило немного приврать касательно всего остального!..

– Да, кому-то здорово не повезло…

Мы непроизвольно вздрогнули – так неожиданно прозвучал в наступившей тишине голос присоединившегося к нам Йуша. Капитан указывал на следы былых катастроф.

– Вы меня простите, друзья, но у берега, по всему видать, мели или подводные камни, а может – и то и другое сразу. Я это к тому, что у меня приказ от Робина: на время плавания ваше слово – его слово, и точка. Так что коли прикажете… Но если с «Дельфином» что случится, то мы все тут можем застрять надолго.

– Конечно, мы и не стали бы вас просить рисковать командой и судном, – откликнулась Глори.

Пирата ее слова явно обрадовали.

– Отлично, значит, так и поступим! «Дельфин» останется здесь, а вас на берег доставим шлюпкой. Я уже распорядился, чтобы ее подготовили.

Упомянутая шлюпка была невелика, поэтому пришлось перевозить за раз драконозавра с его хозяином плюс два матроса на веслах. Первым, разумеется, отправился я. Инстинкт первооткрывателя и искателя приключений заиграл во мне, как только я увидел неведомую землю. Изверг же, которому изрядно надоели теснота, качка, спертый воздух трюма и однообразный рацион, вообще выразил громовым рыком ультиматум: если его оставят на корабле еще хотя бы на пять минут, он плюнет на всех и отправится на берег вплавь.

И вот мы плывем к таинственной земле. Я так жаждал почувствовать под ногами земную твердь, что мое нетерпение, казалось, передалось и гребцам – весла так и мелькали. Наконец, шлюпка заскребла днищем о песок. То ли Изверг истомился по травке и деревьям еще больше меня, то ли в очередной раз решил пошутить, но он сиганул за борт, даже не дождавшись, пока уберут весла. Само собой, лодка перевернулась, и мы полетели в воду, благо – теплую и на мелководье. Подлый драконозавр, блаженно ворча и начисто игнорируя нашу незлобивую ругань, плескался рядом.

Помнится, некий полубезумный профессор из Оргейлского университета потратил полдня на то, чтобы убедить меня, что драконозавры – потомки каких-то там хладнокровных наземных ящериц, а потому должны бояться воды. Представляете?! Я заметил, что все драконозавры, которых я знавал, страсть как любили поплавать, если вода не слишком холодная. И знаете, что ответил этот чудак? Что мне, должно быть, попадались «неправильные драконозавры»!

Лодка отправилась в обратный путь, а Изверг, наплававшись, выбрался на берег и тут же принялся озираться по сторонам, высматривая, что бы такое сожрать. Всей моей твердости и влияния едва хватило на то, чтобы уговорить его немного повременить с разведкой. Благо команде «Дельфина» не терпелось поскорее убраться от Дубрав подальше, хоть никто этого и не показывал, поэтому перевозка прошла на редкость быстро. За три рейса на берегу оказались Глорианна с Лакой, Бон с Забиякой и Римбольд со всеми вещами. Кроме того, с гномом приплыл Йуш, чтобы в последний раз обсудить место и время нашей встречи.