Перевернутый город - Ханна Мэтьюсон

– Вы мне не сказали ничего такого, что я и так не знала, – соврала Ильза.

– Прекрасно, – радостно сказала Алиция. – Знание собственного разума – первый способ защиты от телепатии. Что касается ваших последних мыслей… – Она повернулась к Файфу. – Вашу принцессу невероятно трудно читать. И ее текущие размышления остаются для меня загадкой.

– Откуда вам знать, что я вообще о чем-то размышляю? Может быть, я беспросветно глупа? – спросила Ильза. – Если говорить гипотетически.

– Это не так! – быстро сказал Файф, но на него никто не обратил внимания.

– Я знаю, что вы размышляете, потому что у вас богатое воображение. Я не вижу ваших мыслей четко, но вижу, что они есть. Представьте, что разум – это паутина. В ней все связано и удерживается на месте посредством нитей. Эти нити – ваша личность, если позволите мне так выразиться. Проникая в ваш разум, я оказываюсь в центре паутины. Если потянусь дальше, смогу увидеть, что находится по краям. Ваш разум огромен, мисс Рейвенсвуд, и ваше воображение имеет характерный узор. Есть вещи, которые нельзя научиться скрывать от телепата, но не те, что находятся в паутине.

– И как насчет… всего остального? – спросил Файф, лохматя свои непослушные волосы.

– Я к этому и веду. Мисс Рейвенсвуд, сейчас я попробую поместить в ваш разум мысль. Я вас предупреждаю, чтобы вы смогли почувствовать, как она отличается от ваших собственных, – губы Алиции дрогнули. – По крайней мере, вы сможете вспомнить о ней и рассказать. Хотя не уверена, что эта мысль может показаться вам реальной. Она будет похожа на сон.

Ильза чувствовала себя пойманной между желанием учиться и ощущением, что над ней только что надругались. Она попыталась расслабиться. Возможно, если думать о чем-то отвлеченном, то можно не только расслабиться, но и заметить, когда чужая мысль проникнет внутрь. Сознание Ильзы поплыло в направлении неизменной мечты: обеда.

– Заметить чужую мысль не так просто, как может показаться, – вдруг сказала Алиция.

– Но я…

– Думали о жареной говядине, да? – Алиция приподняла бровь.

Ильза поморщилась. Ей не нравилось, когда у нее что-то не получалось.

– Мой мозг и без вашей помощи мог думать о жареной говядине. Попробуйте что-нибудь другое.

– Хорошо. Павел!

Лицо Павла, как и прежде, было непроницаемым, и то, что он сделал дальше, для Ильзы было непонятным. Внезапно ее внимание привлекла красивая ваза, стоявшая на консоли позади мужчины. Она прошла мимо Павла, намереваясь дотронуться до нее, может, даже взять в руки. Пальцы Ильзы уже собирались коснуться блестящего фарфора, когда что-то остановило ее. Желание показалось ей неправильным и возникшим из ниоткуда. Это было глупо. Зачем ей трогать вазу? Может, это какой-то обман? Что будет, если она дотронется до нее?

Ильза оглянулась на Павла через плечо. Мужчина сдался и смотрел на нее с каменным лицом.

– Теперь лучше? – самодовольно спросила Ильза.

Алиция была довольна не меньше.

– Прекрасно, мисс Рейвенсвуд. Осмелюсь сказать, осторожность служит вам верой и правдой, как и всегда, – она умолкла, склонив голову набок.

Ильза взглянула на Павла, который мысленно говорил с Алицией. Жутким взглядом он смотрел как будто на нее и сквозь нее. Его глаза были одновременно полны решимости и безразличия.

– Полагаю, не помешает попробовать еще раз, – сказала Алиция в ответ на невысказанный вопрос. – Что-нибудь посложнее на этот раз.

Ильза не успела возразить, потому что комната вокруг нее погрузилась в темноту.

Это было все равно, что стоять под лучом прожектора. Все, что находилось за ним, казалось пустотой. Ужас охватил Ильзу. Ее горло сжала невидимая рука.

– Файф? – Голос Ильзы эхом отразился от стен, которые, казалось, были слишком близко, но когда она в панике вскинула руки, вокруг ничего не было.

Файф ничего не ответил, но в темноте кто-то был. Ильза видела, как этот человек приближается. Огромный темный силуэт, одетый во все черное. И в то же время его как будто бы не было. Ильза чувствовала его запах, в котором смешались гниль с кровью, и в то же время не чувствовала ничего.

Кто-то еще мелькнул в ее сознании, как движение тени, замеченное краем глаза. Павел. Если он делает все это с ней, то где же Файф? Если все это не было реальным, почему она чувствовала, как воздух вокруг шевелится, когда невидимый в темноте человек подступал к ней? Ильза открыла рот и услышала крик, доносящийся издалека.

В ту же секунду комната озарилась светом. Чьи-то руки держали ее за плечи. Большие карие глаза с беспокойством блестели в нескольких сантиметрах от ее лица.

– Ильза? Ильза?

Файф. Гостиная. Пустота исчезла. Бесформенный ужас ослабил хватку на горле, и Ильза вцепилась в руку Файфа, чтобы не упасть на пол.

– Что за чертовщина…

– Ты в порядке? – спросил Файф.

– Я в порядке. Но ему я спасибо не скажу. – Ильза бросила свой самый уничтожающий взгляд на Павла, который никак не отреагировал. Губы Алиции сжались в тонкую линию. Она сверлила взглядом своего компаньона.

– Ты кричала. Что он тебе сделал? – спросил Файф.

Алиция повернулась к ним.

– Приношу свои извинения за мистера Креспо, мисс Рейвенсвуд, – в каждом ее слове сквозило недовольство. – Пугать вас так сильно не было необходимости. Пока, во всяком случае. Тем не менее вам выпала честь получить очень ценное знание.

– Можете забрать это свое ценное знание обратно, мне все равно, – отрезала Ильза, вспоминая о ледяном, странном ужасе, остатки которого все еще пробирали ее до дрожи.

Губы Алиции изогнулись в сардонической улыбке.

– Не стоит драматизировать, мисс Рейвенсвуд. Мы здесь, чтобы помочь вам. – Она повернулась, чтобы обратиться ко всем присутствующим, и Ильза поняла, что тема закрыта. – Я обнаружила некоторые слабости. Боюсь, богатое воображение является помехой, когда дело касается сопротивлению мысленным манипуляциям. Чем сложнее мысленный узор, тем труднее заметить аномалии. Но это мы подробнее обсудим на наших уроках.

– На уроках? – переспросила Ильза.

– Мне нужно, чтобы все мои ученики были готовы к тяжелой работе и ежедневной практике. Если вы приложите максимум усилий, мисс Рейвенсвуд, думаю, вы сможете обезопасить свой разум в течение двух недель или около того. Мы начнем завтра.

Алиция сердечно попрощалась и ушла. Павел последовал за ней. Проходя мимо, мужчина замедлил шаг, и Ильза уловила его запах. От него пахло медью и как будто бы кровью. Страх снова охватил Ильзу, но, подавив его, она встретилась с Павлом взглядом. Уходя, он пронзительно и четко произнес вслух одну-единственную фразу:

– Если собираетесь погрузиться в мир телепатов, будьте готовы встретиться с самым худшим из того, на что способна наша магия.