Перевернутый город - Ханна Мэтьюсон

– И кто их принесет в жертву? – с вызовом спросила Ильза, не упуская двойного смысла его слов. Давали ли лейтенанты клятву умереть за свою фракцию и лидера или просто были готовы жертвовать своими товарищами ради общего дела?

– Клянусь, моя дорогая, все решает игра. – Илиас твердо встретил ее взгляд. Это говорило о том, что он оценивает ее реакцию. Вот где была настоящая игра, поняла Ильза, и она отказывалась в нее играть.

В центре, рядом с королем, стояла фигура, о которой Илиас еще ничего не сказал.

– А это кто? – спросила она, указывая на фигуру.

– Ах, королева, – Илиас поднял фигуру и поставил ее в пустой центр доски. – Это, моя дорогая, Джупитус Фиск. Лидер чародеев. Когда фортунаты убили Рейвенсвудов, Фиск был тем, кто стоял рядом с Эстер, когда она могла думать только о безжалостной мести. Все остальные фракции были готовы закрыть на все глаза, поскольку Звездочет заручился поддержкой многих. Никто не мог винить лидеров фракций за то, что они хотели остаться в стороне. Фортунаты старались сохранить анонимность. Эстер Рейвенсвуд, возможно, могла кричать о том, что видела, как призрак вонзил кинжал в сердце ее отца, но было ли у нее имя убийцы, чтобы призвать Север к ответу? Могла ли она опознать мастера душ, который перерезал горло Лиандре, и предъявить что-то Метрополитену? Что они были в силах предпринять?

Неужели Эстер действительно видела все это в ту ночь, когда была убита их семья? Ильзе было невыносимо думать об этом.

– Так что же сделал Фиск?

Выражение лица Илиаса стало мрачным, но он не смог контролировать блеска в своих глазах.

– То, что должен был, – сказал он. – Как и в случае с нашими недавними неприятностями, Звездочет нашел поддержку среди мятежных чародеев, поэтому Фиск перетряс свою дружину в поисках отступников. По указке Эстер он допрашивал и казнил любого из своих людей, который хотя бы немного проникся идеями и отсталой философией фортунатов. Тем временем Эстер поставила лидерам других фракций ультиматум: последовать примеру Фиска и расправиться со сторонниками фортунатов или она сделает это сама. С мощью Фиска и чародеев никто не мог ее остановить.

Ильза улыбнулась.

– Потому что они только что подписали Принципы. Камден имел право мстить.

Илиас указал на нее пальцем, сверкнув белыми зубами.

– Вот именно.

– Но почему бы не позволить Эстер самой разобраться с фортунатами? – спросила Ильза. – Почему Фиску было выгодно ей помогать?

Илиас медленно улыбнулся; его глаза блестели.

– Похоже, вы уже понимаете, как ведутся дела в этом городе. Безжалостность Фиска положила конец мятежам в Харте на семнадцать лет. Он увидел удобную возможность оскалить зубы на любого, кто бросал вызов его правлению, и тем самым сделал себе репутацию. А репутация, ах, Ильза… Для человека репутация может быть либо броней, либо оковами. Запомните это, – усмехнулся он. – Возможно, Джупитуса Фиска по-настоящему не заботило бедственное положение метаморфов, но этот человек был одним из лучших орудий в арсенале Камдена.

– Был? – переспросила Ильза.

Илиас щелкнул по королеве пальцами, и она упала.

– Он мертв. Умер во сне в весьма почтенном возрасте, да хранят его душу звезды. Человек по имени Сэмюель Люциус взял под свой контроль Харт, и в этом заключается наша недавняя проблема.

– Позвольте, угадаю. – Ильза протянула руку через доску и взяла черную фигуру, которая походила на ее короля. – Это он.

Илиас беспомощно развел руками.

– Этого даже я не могу вам сказать. Сэм Люциус не участвует в игре, если можно так выразиться, поэтому его нет на доске.

Ильза нахмурилась.

– Что вы имеете в виду?

– Этот человек – загадка для нас. Он делал смутные попытки продолжить союз Харта с Камденом, но, столкнувшись с вопросами о том, как он планирует справляться с мятежниками, ответов он нам не дал. Возможно, он просто не такой лидер, каким был Фиск. Возможно, ему не хватает смелости подавлять инакомыслие в манере своего предшественника. Или же, – Илиас откинулся на спинку кресла и элегантно закинул ногу на ногу, – возможно, верховный чародей больше не союзник Камдена. Я теперь в основном занят поиском ответов. Боюсь, с каждым днем необходимость в них только растет.

Ильза взглянула на шахматную доску, на пустой квадрат рядом с королем и упавшую фигуру в центре. Сэм Люциус, возможно, и не был на их стороне, но вдохновителем их противника – королем на другой стороне доски – был Звездочет. Располагая меньшим количеством фигур, Камден должен делать более продуманные ходы.

– Я могу научить вас играть, если хотите, – сказал Илиас, наблюдая за ней. – Держу пари, из вас получится отменный шахматист.

– Может, мне и следовало бы поучиться, раз уж это так полезно для ума. Однако вы не ответили на мой вопрос. – Илиас выжидающе приподнял бровь. – Вы не объяснили, почему Кассия с нами.

Озорная улыбка расплылась по его лицу.

– Разве не объяснил?

– Так Кассия работала одновременно и на своего деда и на Зоопарк? Как посредник?

– Можно сказать и так, но даже у союзников бывают разногласия. Дипломатия – очень сложное дело. Невозможно знать наверняка, когда товарищи начнут планировать ударить вас в спину.

Светло-карие глаза Илиаса озорно блестели, пока он, не мигая, рассматривал нахмурившуюся Ильзу и ждал.

– Так Кассия – шпионка? – в конце концов сказала Ильза, и брови Илиаса подскочили в радостном изумлении.

– Ах, ну разве вы не полны приятных сюрпризов? Ваш отец был так же невероятно проницателен. Должно быть, вы унаследовали это от него, – сказал он, постукивая себя пальцем по боковой стороне носа.

Ильза изобразила свою лучшую смущенную улыбку, но его лесть не могла ее обмануть. Девушка пришла к тем выводам, которые Илиас хотел, чтобы она сделала, – ни больше ни меньше. Если кто-то потом спросит у Илиаса об этом разговоре, он сможет, положа руку на сердце, спокойно поклясться, что никогда в жизни не называл Кассию шпионкой.

Спрятав скомканную бумажку с загадкой в карман, Ильза встала.

– На мой взгляд, это все не похоже на дипломатию. В Ином Лондоне только у уличных банд есть территории, шпионы и сотни способов устранить конкурентов. Все, что происходит здесь, – криминальная война.

На это у Илиаса не нашлось ехидного ответа, но Ильза услышала, как он усмехнулся, когда она развернулась на каблуках и направилась вверх по лестнице к себе в комнату.

* * *

Ильза даже не успела закрыть дверь спальни, когда из парка донесся крик. Затем другой. Она осторожно выглянула в щелочку между шторами и увидела у стены сада стремительно приближающиеся горящие факелы. Кассию, судя по всему, отвлекли от раздумий, теперь она формировала на лужайке линию обороны из волков. Множество рычащих, когтистых гигантских животных готовились защищать Зоопарк.