Волшебная луна - Алисон Ноэль

— Ой, мамочки! Ну, я точно провалила контролку! — стонет Рейчел, отбрасывая за плечо копну каштановых волос и делая жалобную гримаску. — Слушай, вчера вообще не занималась почти! Серьезно! А потом полночи смс-ки отправляла… — Она качает головой, выразительно раскрывая глаза. — В общем, жизнь кончена, Полюбуйся на меня, пока можно, а то скоро нам сообщат оценки, и предки посадят меня под замок на всю оставшуюся жизнь. Так что больше ты меня не увидишь!

— Да ладно тебе! — отмахиваюсь я. — Если кто и провалил контрольную, так это я. Я в этой химии вообще ничего не понимаю! И зачем она мне? Я же не собираюсь в науку!

Мы стоим в школьной раздевалке. Рейчел отпирает свой шкафчик и запихивает внутрь стопку учебников.

— Хорошо хоть, что отделались! А оценки объявят только на следующей неделе, в общем, живем, пока можем! Кстати, в котором часу за тобой заехать?

Рейчел так высоко поднимает брови, что они совсем пропадают под челкой.

Я вздыхаю, сообразив, что ничего еще ей не рассказала. Вот она разозлится…

— Тут такое дело… — Мы идем к автостоянке, и я на ходу заправляю длинные белокурые волосы за уши. — Небольшое уточнение планов. Мама с папой куда-то собрались, и мне придется караулить Райли.

— Ничего себе «небольшое уточнение»!

Рейчел останавливается с краю стоянки и быстро осматривает ряды машин: кто с кем поедет?

— Ну, я подумала — может, когда она заснет, ты приедешь и…

Нет смысла заканчивать фразу — Рейчел явно не слушает. Отключилась, как только я упомянула младшую сестру. Рейчел — уникальный случай, она единственный ребенок в семье и при этом в жизни своей не мечтала о младшем братике или сестричке. Не любит ни с кем делить свет рампы, и все тут.

— Не-не-не, и думать забудь! Мелкие детишки или куда-нибудь залезут, или все подслушают. С ними ни в чем нельзя быть уверенными. Как насчет завтра?

— Не могу. Завтра мы всей семьей едем на озеро.

— Ясно. — Рейчел кивает. — Хорошо, когда родители в разводе — по крайней мере, от этой мороки я избавлена. Наша семья собирается вместе только в суде, когда родители спорят, кому оплачивать чек на содержание ребенка.

— Вот счастье-то!

Едва произнеся эти слова, я уже жалею о своей шуточке. Мало того, что это неправда, почему-то еще мне становится ужасно грустно и совестно. Так бы и взяла свои слова обратно…

Правда, Рейчел все равно не слушает. Ей не до меня — она пытается привлечь внимание Шейлы Спаркс, самой крутой старшеклассницы за всю историю нашей школы. Рейчел машет руками, только что не подпрыгивает с визгом, словно какая-нибудь фанатка. Надеется, что Шейла взглянет на нее, усаживаясь в небесно-голубой «Фольксваген-жук» вместе со своими шикарными друзьями. Шейла в упор не видит ее стараний, и Рейчел, опустив руку, делает вид, будто проста хотела почесать себе ухо.

— Машинка-то — ничего особенного. — Я смотрю на часы и озираюсь: куда Брэндон, к дьяволу, запропастился? Давно уже должен быть здесь. — «Миота» в сто раз лучше слушается руля.

— Извини? — Рейчел сводит брови в полном изумлении. — А то ты водила ту или другую? Давно ли?

Я растерянно прищуриваюсь. Все еще слышу эхо собственных слов у себя в голове и понять не могу — почему я так сказала?

— Да нет, не водила… Наверное, читала где-нибудь. Рейчел смотрит на меня. Взгляд прищуренных глаз продвигается сверху вниз, слегка зацепляется за черный свитер с V-образной горловиной и спускается на джинсы, волочащиеся по земле.

— А это у тебя откуда? — Рейчел хватает мое запястье.

— Да ты их миллион раз видела. Родители на Рождество подарили.

Я пытаюсь выдернуть руку, потому что к вам уже подходит Брэндон, Какой он хорошенький, когда волосы падают на глаза…

— Да не часы, дурочка ты, вот это!

Она подталкивает пальцем браслет, надетый вместе с часами. На нем болтаются серебряные подковки со вставками из розового хрусталя. Впервые в жизни его вижу, а почему-то от этого браслета возникает странное ощущение в животе.

— Н-не знаю… — мямлю я, а Рейчел смотрит на меня, как на слабоумную. — То есть, кажется, это мне тетя прислала — помнишь, я тебе про нее рассказывала, она живет в Лагуна-Бич…

— Кто живет в Лагуна-Бич? — Брэндон обхватывает меня рукой за талию.

Рейчел смотрит на нас и закатывает глаза, когда он склоняется меня поцеловать. А мне его губы сегодня почему-то кажутся чужими и неприятными. Я быстро отворачиваюсь.

— О, за мной мама приехала! — Рейчел бросается к джипу-паркетнику, крикнув через плечо: — Звони, если вдруг что изменится — ну, насчет сегодняшнего вечера!

Брэндон крепче прижимает меня к себе, так что я практически распластываюсь по его груди. От этого меня начинает чуть подташнивать.

— Если что изменится? — спрашивает Брэндон, словно не замечает, как я вывернулась из его рук.

Ну и хорошо, что не замечает, а то я понятия не имею, как ему это объяснить.

— Да Рейчел собирается на вечеринку к Джейдену, а мне сегодня сидеть дома с сестрой.

Я забираюсь в его джип и бросаю сумку себе под ноги.

Брэндон улыбается:

— Хочешь, заеду? Вдруг тебе понадобится помощь?

— Нет! — Отвечаю слишком резко и, заметив выражение его лица, понимаю, что нужно как-то сгладить. — Понимаешь, Райли всегда очень поздно засыпает, так что лучше не надо, наверное.

Он смотрит на меня, как будто тоже почувствовал неладное. Нечто необъяснимое повисло между нами, и из-за этого все стало так странно и неловко. Брэндон пожимает плечами и садится за руль. Домой мы едем в молчании. Точнее, мы с Брэндоном молчим, а вот радио разоряется вовсю. И хотя обычно это действует мне на нервы, сегодня я рада. Лучше уж думать об отвратной музыке, чем о том, что мне расхотелось целоваться со своим бойфрендом.

Я смотрю на Брэндона — смотрю по-настоящему, как не смотрела с тех пор, как привыкла, что мы с ним — пара. Косая челочка затеняет зеленые глазищи уголками книзу — неотразим, да и все тут, но только не сегодня. Сегодня его обаяние совсем не действует. И даже трудно себе представить, что еще вчера исписала целую тетрадку его именем.

Он почувствовал мой взгляд и, улыбаясь, берет меня за руку. Переплетает пальцы с моими, чуть сжимает их — и у меня в ответ сжимается желудок. Но я заставляю себя ответить улыбкой и таким же пожатием, потому что этого от меня ждут. Так положено себя вести хорошей подружке. Потом я, сдерживая тошноту, смотрю в окно на пролетающие мимо промокшие от дождя улицы, дощатые дома и сосны. Хорошо, что ехать осталось недолго.

— Ну так что, до вечера?

Он останавливает машину, приглушает радио и умильно смотрит на меня.

А я, сжав губы, заслоняюсь школьной сумкой, как щитом.