Волшебная луна - Алисон Ноэль

Хлопаю по рюкзаку.

— Мозги не забыла?

Я смеюсь. Понимаю, что веду себя странно, и смешно и ужасно по-дурацки. Хотя — за последние несколько дней должна бы уже и привыкнуть.

— Захватила свой любимый форменный свитер команды болельщиц лагеря «Сосновое озеро», цвета морской волны?

— Точно! — Сердце начинает отчаянно колотиться. — Оставила на берегу! Скажи маме с папой, я сейчас!

Поворачиваюсь бежать, но Райли хватает меня за рукав и тянет назад.

— Успокойся! Папа его нашел и бросил на заднее сиденье. Серьезно, пошли уже, а?

В последний раз оглядев поляну, иду за сестрой к машине. Устраиваюсь на заднем сиденье. Когда выезжаем на шоссе, из рюкзака доносится приглушенная мелодия мобильника. Только я его вытащила, даже не успела прочитать сообщение, как Райли наваливается на мое плечо, стараясь подсмотреть. Я резко оборачиваюсь и отпихиваю ее. Лютик возмущенно косится на меня, недовольный тем, что его потревожили, а Райли все равно тянет шею, лишь бы заглянуть в текст. Я, как обычно, воплю:

— Мама!

Она отвечает совершенно машинально, перелистывая страницу журнала:

— Девочки, не ссорьтесь.

— Ты даже не смотришь! — кричу я. — Я ничего не делала! Это Райли ко мне лезет!

— Потому что она тебя любит, — говорит папа, и наши взгляды встречаются в зеркальце заднего вида. — Просто жить без тебя не может, поэтому ей все время хочется быть поближе к тебе!

От таких слов Райли отлетает в дальний угол машины и прижимается спиной к дверце.

— Фу!

Она подбирает ноги, причем снова толкает злосчастного Лютика, и театрально передергивается, как будто от непереносимого отвращения. Мы с папой переглядываемся и хохочем.

Я открываю телефон. Сообщение от Брэндона: «извини, сам виноват, позвони вечером». Я сразу же отправляю в ответ смайлик. Сойдет, надеюсь, пока я не соберусь с силами сочинить более содержательное послание.

Прислоняюсь головой к окошку, чтобы немного подремать, и тут Райли говорит:

— Ты не можешь вернуться назад, Эвер. Невозможно изменить прошлое. Оно уже есть.

Оборачиваюсь к сестре. О чем она говорит? Хочу спросить, но она продолжает, качая головой:

— Это наша судьба. Не твоя. Ты хоть подумала — может, это судьба распорядилась, что ты должна остаться в живых? Может, не просто так Деймен тебя спас?

Я смотрю на нее, разинув рот. К чему это она? Слышали ее мама с папой? Оглядываюсь, и вдруг вижу, что все вокруг словно застыло. Папины руки замерли на руле, глаза, не мигая, смотрят вперед, а у маминого журнала страница неподвижно торчит прямо вверх, как ее перелистывали, и хвост у Лютика остался наполовину приподнятым. За окном птицы оцепенели в полете, а вокруг застыли на полной скорости другие машины, Райли наклоняется ко мне, пристально глядя в глаза, и я понимаю, что только мы с ней одни движемся в этом оцепеневшем мире.

— Ты должна вернуться. — Райли говорит твердо, уверенно. — Ты должна найти Деймена — пока не поздно.

— Что не поздно? — кричу я. Мне мучительно необходимо понять. — И кто такой этот Деймен? Почему ты сказала это имя? Что вообще значит…

Я даже не успеваю договорить — Райли, скорчив гримасу, отталкивает меня.

— Серьезно, Эвер, не лезь ко мне! Что он там ни говори, — она тычет пальцем в сторону папы, — я к тебе не пылаю нежными чувствами!

Скорчив гримасу, она отворачивается и принимается громко подпевать своему плейеру. Песня Келли Кларксон сочинялась вовсе не для того, чтобы ее выкрикивали таким сиплым и противным голосом. Мама улыбается и слегка шлепает Райли по коленке, а папа подмигивает мне в зеркальце, и мы с ним одновременно улыбаемся, словно какой-то шутке, известной только нам двоим.

Мы все еще улыбаемся, когда огромный грузовик, груженный бревнами, врезается в бок нашей машины и весь мир погружается в черноту.