Святой остров - Андрей Чернецов

– С ним, что ли? – Миша неприязненно взглянул на храпящего на полу Лоуренса. – Придется взять его с собой.

– Но как же?..

– Авось в воздухе протрезвеет. Давай вызывай такси, живо! Если мы ровно в восемь не поднимем машину в небо, то к началу церемонии вручения вертолета на острове точно не успеем, и тогда уроет нас Сипягин по самое здравствуйте!

– V nature, – согласился Покровский, хмуря густые брови.

Перси, к счастью, нести не пришлось. Управлять вертолетом он, конечно, по-прежнему не мог, но идти кое-как ухитрялся, поддерживаемый под руки Гурфинкелем и Бум-бой. В общем, его удалось свести вниз без особых эксцессов, заботливо усадив его, словно младенца, на заднее сиденье такси.

– Если он заблюет мне машину, – предупредил чернявый таксист, – вам придется заплатить штраф в двести долларов.

– Он будет вести себя спокойно, – заверил таксиста Миша, – я за него ручаюсь.

– Мое дело предупредить, – хмыкнул таксист, безразлично жуя жвачку.

Погрузились. Тронулись.

Перси вел себя более или менее спокойно, только время от времени громко икал, наполняя салон такси парами спирта.

– Иностранцы? – поинтересовался таксист, невозмутимо крутя баранку.

– Мы – да, – кивнул Гурфинкель. – А вот он, – Миша указал на дремлющего на заднем сиденье Лоуренса, – коренной одессит. Или по лицу не видно?

Желание общаться с пассажирами у таксиста резко отшибло. Впрочем, справедливости ради следует заметить, что Гурфинкель этого и добивался. После целой череды недавних обломов Миша больше одесситам не доверял. Да он и раньше не питал насчет них никаких светлых иллюзий и теперь стал лишь более подозрительным, чем прежде. Жуликоватый народ, что и говорить.

…Таксист же оказался тем еще типом. Он специально не сбрасывал скорость на поворотах, чтобы пассажиров как можно больше трясло и укачивало. Явно жаждал, подлец, чтобы Перси испортил ему сиденья! Но Перси держался молодцом, то ли сразу раскусив намерения мерзавца, то ли отличаясь редкой для своей расы спиртостойкостью.

– Э… – Гурфинкель указал рукой на дорогу. – Куда? Вон ведь корабли уже виднеются, зачем сворачивать?

– Ремонтные работы, – просто ответил таксист.

Миша незаметно переглянулся с Бумбой. Тот понимающе кивнул, нащупывая в кармане кастет. «Лучше перестраховаться, чем недостраховаться», – гласит старая, мудрая еврейская пословица. Но тревога была ложной – через десять минут такси затормозило у здания одесского морского порта.

– Время? – закричал Миша, расплачиваясь с таксистом.

– Семь тридцать, – быстро ответил Покровский, помогая выбраться из машины похожему на сомнамбулу или даже на зомби Персивалю.

В кармане Миши мелодично затренькал сотовый.

– Да? – вздрогнул тот, поспешно выхватывая трубку. – Гурфинкель слушает.

– Михаил, это Юсупов, как вы там?

Миша неприязненно посмотрел на икающего Лоуренса.

– Да все нормально, шеф. Думаю, доставим вертолет на остров вовремя.

– Это хорошо, – заспешил Феликс, – но звоню я вам по другому поводу. В Одессу приехал профессор Енски и попросил меня помочь ему добраться до Змеиного.

«Так, – подумал Миша. – Проблема номер два».

– Я сказал ему, что за ним в гостиницу зайдут мои люди и на вертолете доставят его на остров.

– Все понятно, – тяжело вздохнул Гурфинкель. – Называйте адрес.

– Ну что там еще за проблемы? – спросил Бумба, поддерживая под руки качающегося из стороны в сторону Перси.

– Не проблемы, – хмыкнул в ответ Миша. – Проблема. В лице профессора Енски.

– Что?!!

– Что слышал. Мы должны будем подбросить его на остров.

– Jadron baton! – протянул Покровский.

– То-то и оно, – грустно согласился Миша.

Естественно, на то, чтобы ехать за профессором, времени уже не было, и Гурфинкель, позвонив Енски прямо в гостиничный номер, попросил его подъехать к зданию одесского порта как можно быстрее.

– Но я совершенно не знаю города, – возмутился тот. – Как же я найду здание порта? Миша беззвучно выругался.

– Профессор, возьмете такси и скажете водителю, что вам нужно в Одесский морской порт. И все дела. Енски подумал и согласился.

– Но как же? – удивился Бумба, глядя, как Гурфинкель нервно вешает сотовый телефон на пояс джинсов. – Ведь профессор хорошо знает нас в лицо. Помнится, во время прошлогоднего кашмирского дельца мы почти сутки провели с ним в одной камере в Сринагаре. Еще драться полезет, а то и в menturu сдаст!

– В том-то и дело, – хмуро кивнул Миша. – Но, думаю, мы эту проблему легко решим.

…Друзья быстро нашли в окрестностях порта магазин под неказистым названием «Приколы» и приобрели там накладные черные бороды в комплекте с усами.

– То что надо! – решил Бумба, показывая Гурфинкелю отставленный вверх большой палец. – Теперь нас не узнает даже родная мама.

– Поправь бороду, остолоп, – прошептал Миша, опасливо озираясь. – У тебя усы на подбородок съехали…

– Ты знаешь, у какого пирса стоит нужный корабль? – спросил Бумба, сажая Лоуренса на аккуратную белую скамеечку в тенечке у газетного киоска.

– Конечно, знаю, – огрызнулся Гурфинкель, здорово нервничая. – Ждите здесь, я сейчас.

И он скрылся в здании порта.

Когда Миша вернулся, было восемь сорок, Покровского же с Персивалем на скамеечке не наблюдалось.

– О Боже! – прошептал Миша, но тут увидел идущего от киоска Бумбу с бутылкой пива в руках.

Покровский приветливо помахал приятелю. Гурфинкель, медленно закипая, двинулся ему навстречу.

– Где Перси, дурья твоя башка? Ты куда это ходил?

Бумба испуганно посмотрел на пустую скамейку.

– Да за пивом я ходил, – удивленно пояснил он. – А Персиваль на скамейке дремал.

– Где он, покажи мне его? – закричал Миша, потащив покрасневшего Бумбу за шиворот к скамейке. – Где он?!

– Нету, – вздохнул Покровский, виновато вжимая голову в плечи. – Миша, хочешь пива? Гляди – «Хайнексн».

Зажмурившись, Гурфинкель посчитал про себя до двадцати. Немного помогло.

– Куда мог пойти этот идиот? – вслух начал рассуждать он. – Если его только не похитили какие-нибудь… э… э… даже не знаю кто.

– О, – громко сказал Бумба, указывая на противоположную сторону улицы. – Он наверняка там.

«Кафе „Красный Молодец», – прочел Миша большую вывеску. – Имеется водка на вынос!»

– Вперед! – скомандовал он и вместе с Покровским ринулся на штурм.

Перси действительно оказался внутри. В окружении пятерых упитанных девочек он вяло попивал виски с содовой и на чистом русском языке рассказывал представительницам прекрасного пола какую-то невероятную историю.